Окрыленные - Эли Мартинез

В воспоминаниях я все еще была взволнованной школьницей, когда Сэм прервал мои мысли.

— Привет, итак, я Сэм. Ты, должно быть, Генри, — он протянул ему руку.

Я рассмеялась, когда Генри посмотрел на его руку, затем наклонился в сторону, облизнул губы и начал открыто рассматривать достоинства Сэма. Затем я засмеялась еще громче, когда Сэм расположил меня перед собой так, чтобы Генри ничего не смог рассмотреть.

Я должна была сказать что-то, чтобы разрядить безумно неловкую ситуацию, но ведь это совсем не весело, да? Посмотрела на Сэма и, как ни в чем не бывало, сказала, — я говорила, что он попытается соблазнить тебя.

— Это он так соблазняет?

— Ты был бы удивлен, узнав сколько мужчин пали жертвой моего соблазнения.

Девон покачал головой, когда Генри продолжил смотреть с восхищением и нарезать круги вокруг нас.

— Он собирается что-то говорить? — прошептал Сэм.

— К сожалению, да. И когда он это сделает, ты снова захочешь, чтобы он замолчал.

Вдруг Генри успокоился, снял рубашку через голову и объявил:

— Групповушка.

— Извини, — сказал Сэм, когда Генри уже надвигался на него.

— Прекрасно, тогда вдвоем, но Ливи будет смотреть. В конце концов, она мой лучший друг.

Я захихикала и прижала руку к голой груди Генри.

— Надень свою чертову рубашку и оставь его в покое.

Он застонал и оторвал взгляд от Сэма.

— Это так несправедливо. Зачем ты выставляешь напоказ этот прекрасный образец натурала передо мной и даже не позволяешь покусать его. Ты меня совсем не любишь? — надулся он.

— Никто ничего не кусает, — быстро добавил Сэм.

— Это пока, подмигнул Генри.

Сэм отошел в сторону и порылся в кармане, — Господи, мне нужна сигарета.

— О, мне тоже. Пойдем на улицу, — согласился Генри и последовал за ним.

Я схватила его за руку.

— Не смей! Во-первых, ты не куришь. Во-вторых, Сэм совершенно под запретом для тебя. Успокойся.

Его плечи поникли в поражении.

— Ты такая эгоистка, — прохныкал Генри, снова надев рубашку.

— Может быть, но, если ты прекратишь ныть, мы могли бы вместе посмотреть, как он уходит. Его задница — это безумие.

— Серьезно? — цинично спросил Сэм.

— Ну, теперь ты просто ведешь себя подло. Но я согласен, — Генри обнял меня за плечи.

Мы оба повернулись к Сэму, который с недоверием смотрел на наш обмен информацией.

Генри бросил ему вдогонку.

— Вперед горячий мужчина. Кури свою сигарету. И, прежде чем ты спросишь, да, я совершенно в порядке, ведь в моем воображении это я у тебя во рту.

— Генри! — крикнула я, но потом рассмеялась.

— Что? — он притворился невинным.

Сэм скривил губы в отвращении, затем расхохотался и почесал затылок, что можно было охарактеризовать только как изумление.

— Да. Я… э… пошли, Сэмпсон.

Пес побежал за ним.

Я ударила Генри по груди.

— Ты тупица. Не вмешивай меня в это. Ты же знаешь, что он мне нравится.

— Да. И я совершенно точно знаю почему. Черт, этот мужчина — секси.

— Да, именно так. И он хороший парень, — я вздохнула. — Он заслуживает гораздо лучшего, чем я.

Генри потер мою руку.

— Бред какой-то. Если он умный, то, вероятно, стоит на коленях и благодарит Бога за то, что может быть с тобой, — он покачал головой. — И, поскольку он уже стоит на коленях, возможно, мне нужно пойти к нему.

Я снова ударила его по груди.

— Заткнись! Оставь его в покое.

Генри усмехнулся, подняв руки в защитном жесте.

— Ладно, ладно.

Девон заговорил, прервав наш разговор.

— Шоу закончилось. Мне скучно. Ливи, одевайся и пойдем.

— Я никуда не поеду. Приезжай за нами утром.

Глаза Девона широко раскрылись. — Нами?

— Сэм едет со мной в Лос-Анджелес. Он может вернуться с тобой после концерта.

— Потрясающе, — пробормотал Девон.

Я не знала, какая проблема была у Девона с Сэмом, но он явно не скрывал ее. Он всегда защищал меня. В конце концов, это было его работой. Буквально. Но наши отношения были больше, чем просто работник — работодатель. В течение последних нескольких лет мы с Девоном сформировали дружбу, которая в конечном итоге превратилась в отношения брата и сестры. Я любила и ненавидела все это одновременно.

Было бы неплохо иметь сотрудника, который просто делал то, что я говорила. Но мне нравилось, что Девон был всегда там, где нужен, и не важно по какой причине.

— Итак, кто хочет пива? — спросил Сэм, когда вернулся внутрь с упаковкой пива в руках, и надел мятую толстовку.

— Где ты ведешь магическое производство пива? — спросила я.

— У меня есть запасной холодильник в магазине на заднем дворе.

— И толстовка?

Его глаза сверкнули.

— В джипе. Я не думаю, что было бы безопасно возвращаться без рубашки.

— Умный ход, — сказал Генри, подошел и забрал пиво. Он подмигнул, открыл крышку и наклонил бутылку к губам.

— Хорошо. Все это, конечно, весело, но вы можете уйти? Уже поздно, и мы с Сэмом собирались принять душ.

Рот Генри был полон, и он поднял палец, когда проглотил.

— Нет, ты не можешь присоединиться к нам!

— Почему ты так категорична? — проворчал Генри.

— Отвези его домой. Пожалуйста, — умоляла я Девона, который сердито смотрел на всю ситуацию в целом и особенно на Сэма.

— Ливи, нам нужно поговорить. Стюарт не будет рад тому, что ты останешься тут. Мы не знаем этого парня, и сейчас дела обстоят не очень хорошо. Нам нужно какое-то время держать это внутри семьи.

Я подошла и остановилась перед ним, подняв голову верх, чтобы встретиться с его глазами.

— Сейчас у меня дела обстоят не очень хорошо, но Сэм в первом ряду во всем этом происходящем. Нет ничего такого, что он не знает.

— Ливи…

— Девон, я в порядке. Клянусь. Знаю, что ты беспокоишься, но не говори мне об этом. Теперь, пожалуйста, просто возьми Генри и уходите. Увидимся утром.

Он посмотрел на меня в недоумении несколько секунд, прежде чем закатил глаза и прокричал. — Генри, мы уходим.

Генри поставил пиво и направился к двери, задержавшись, чтобы обнять меня.

— Увидимся утром. — Затем он крикнул через плечо. — Спокойной ночи, Сэм! Позвони мне, если передумаешь.

Я застонала.

Сэм подошел, обнял меня за талию и ответил ему. — Будет сделано! Спокойной ночи.

Как только дверь щелкнула позади них, все мое тело расслабилось.

— Боже, я сожалею.

— Не стоит. Это было… интересно.

Я засмеялась. Даже близко не было ничего интересного. Но посмотрела вверх сквозь ресницы, чтобы прочитать выражение лица