Двуликий бог - Мэл Кайли

осторожный шаг в ближайшую купальню, от которой шёл призывный тёплый пар. После всего, что мне довелось пережить, я уже ничему не удивлялась и даже ничуть не смутилась своей наготы перед нежданным гостем, что ввела его в такое замешательство. Правда, дело, как оказалось, было не столько в ней. Стоило мне опуститься в воду и хоть немного расслабиться, как на мои плечи легли тяжёлые горячие ладони. Сердце встрепенулось, узнавая эти прикосновения раньше разума.

— Рад, что ты сохранила чувство юмора, — насмешливо раздалось за моей спиной. Я вздрогнула, вспомнив этот голос. Изо всех сил стараясь не лишиться самообладания, я медленно повернула голову в сторону. Руки, скрытые под водой, предательски дрожали, однако спина оставалась гордо распрямлённой, а подбородок — чуть приподнятым. Я не была готова встретиться с мужем, столь безжалостно меня казнившим, так скоро. Тем более что я так и не смогла разобраться в своих противоречивых чувствах. И хотя я всё ещё преданно любила его, он должен был осознать, какое оскорбление нанёс мне, какую причинил боль. Что телесные страдания, если он предал моё доверие в миг, когда я была наиболее уязвима? Путь к нашему возможному воссоединению лежал через раскаяние. Только отплатив болью за свою боль, я могла обрести облегчение.

— Не прикасайся ко мне, — голос прозвучал холодно и строго, почти надменно, однако на горло давил ком горечи, мешавший дышать. Я старалась не показать виду. Локи не спорил. Ладони его мягко соскользнули с моих плеч, и, сделав несколько шагов вперёд, двуликий бог сел на пол рядом, опустил кончики пальцев в воду. Он ничуть не изменился за прошедшие несколько дней: тот же ровный золотистый взгляд, скрывавший в своих глубинах бури и океаны, лукавое выражение лица, неизменный насмешливый изгиб губ, широкие огненные брови, приподнятые издевательски и недоверчиво. Ну, и конечно копна ярких рыжих волос и роковые тёмные одежды, небрежно обнажавшие часть груди. Безукоризненный демон, искусное соблазнительное зло.

— Может быть, ты и видеть меня не желаешь? — услужливо подсказал он, хитро улыбаясь и беззастенчиво разглядывая меня, хоть большая часть моего тела и была скрыта под водой. Если только она что-то скрывала. Я вовсе не разделяла его веселья, напротив, смотрела на него тяжёлым мрачным взором, нахмурив брови. — Один свидетель, этот взгляд может уничтожить, — не унимался Локи. Я терпеливо ждала, пока этот двуличный плут угомонится. Он смеялся надо мной, только в его глазах совсем не было радости.

— Трапеза прервалась преждевременно, — как бы невзначай заметила я, так же непринуждённо собирая длинные волосы в небрежный низкий узел, чтобы они не лезли в воду. Ладонь моя медленно прошлась по шее, плечу, груди, — как жаль. Мне понравился тот мальчик. А уж как я понравилась ему… Быть может, он был бы более нежен со мной, нежели законный супруг. Возможно даже, доставил бы мне удовольствие.

— Ты говоришь так, чтобы отомстить мне, — тяжело сглотнув и не отводя от меня шального взгляда, отвечал бог огня. Я не смотрела на него, как он и предлагал. Занятая собой, я дотянулась до изящных позолоченных сосудов, стоявших неподалёку. Они хранили в себе редкие масла, благовония и мыльную воду. Вскоре вокруг меня поднялась пушистая пена, словно высокое облако. Я неторопливо мылась, и мои ладони медленно скользили по всему телу, по ногам, легко показывавшимся над поверхностью воды, по груди и животу. Дыхание моего собеседника участилось.

— Тогда почему дрожит твой голос? — всё ещё не глядя в сторону мужа, насмешливо продолжала я. В эту игру могли играть двое. Мне уже давно не было страшно, и Локи был прав — я хотела отомстить. Выплеснуть всю ту боль, что горькой отравой таилась глубоко внутри, разъедая душу. И раз он всё равно считал меня неверной гулящей девицей, такой же лживой и лицемерной, как и он сам, я могла сыграть для него эту роль. Может, она ему больше придётся по вкусу.

— Не провоцируй меня, — только глухо предупредил Локи, с трудом отводя от меня взгляд — я видела это краем глаза. Голос его недобро дрогнул. Кажется, я сбила каверзного аса с мысли и издевательского настроя. Правда, я и сама сбилась. Я хотела только просить его уйти прочь, но этот насмешливый тон и блуждающий взгляд смешали мои планы. Да и видеть, слышать Локи оказалось так невыносимо больно, что мне бессознательно хотелось уколоть его в ответ. Кровь моя бурлила от негодования и оскорблённой любви.

— А то что?.. — вполголоса уточнила я, теряя над собой власть и проводя мыльными ладонями по талии, ключицам и шее и прогибая спину назад так, что трепещущая грудь показалась над гранью воды. Страстный бог огня изнывал от вожделения — все признаки были налицо, но всё же сдерживал себя. А я… Внешне казалось, что мной овладел дух противоречия, но где-то глубоко внутри я хотела, чтобы он выдержал это испытание, чтобы доказал, что не повторит прежних ошибок, как бы я ни изводила его. Что простит мне — и только мне одной! — любую дерзость во искупление собственного проступка. И я продолжала: — Дай угадаю! Возьмёшь меня силой, а затем утопишь… Своими руками? О, Локи, думаю, мальчик будет огорчён…

— Сигюн! — резко повернув ко мне голову, повысил голос пламенный ас, и глаза его нехорошо сверкнули. Я всё ещё имела власть над ним: зрачки мужчины расширились, дыхание участилось, пальцы подрагивали, а одежды становились невыносимо тесны, это было трудно не заметить. Я, наконец, соизволила перевести на супруга взгляд. Сама не знаю, откуда во мне бралось столько самонадеянной безрассудной смелости, однако я поддавалась сладостному томному напряжению между нами, словно в последний раз. Казалось, мне давно уже нечего было терять. — Чего ты добиваешься?!

— Смотри, двуличный бог огня, — вкрадчиво прошептала я, достав ногу из воды и вальяжно расположив тонкую щиколотку на бедре мужчины, кажется, поражённого моей наглостью. По крайней мере, он не противился, лишь склонил голову и удивлённо посмотрел вниз, закусил губу. — Смотри, кого ты лишился. Женщины, которая любила и уважала тебя, смотрела на тебя, как на равного. Женщины, которой ты одержим. Той, что могла быть одновременно сладостно развратна и беспрекословно тебе верна. Ты погубил меня, Локи. Даже если навек запрёшь в своих чертогах, если каждую ночь будешь овладевать мною силой, никогда больше не узнаешь той женщины, что любила тебя больше родного дома, сильнее свободы.

— Это ты погубила меня, — почти лишившись дара речи, прошептал красивый ас и коснулся тёплой ладонью моей лодыжки. — Предала и унизила, превратила меня в того, кем я меньше всего