Дерзкая для Бандита - Кара Райр

Он мне не врет, не врет. И я ему верю…

— Никогда, доченька. Никогда.

Так и просидели мы, черт знает сколько. В объятиях и моих слезах.

А потом в поле зрения показался Николай.

Холеный, в белой рубашке и брюках с пистолетом в кобуре.

— А ты дашь мне пострелять? — первым делом спросила я, увидев его.

Он усмехнулся и расплылся в доброй улыбке.

— Для тебя все что угодно, — он подошел ближе, закуривая сигарету, — завтра в обед поедем. Отец, отвезешь ее к своим парням?

Теперь мы оба уставились на папу. К каким парням?

Папа взглянул сначала на сына, затем на меня, я сделала щенячьи глазки. Видимо у папы там что-то интересное, очень уж интересное.

Надо узнать.

Раз уж у меня идут особые учения, я хочу быть полностью подготовлена ко всем бедам, которые только могут произойти.

— Хорошо, завтра ближе к обеду поедем. И постреляешь и все что захочешь, — сказал папа и крепко сжал мою руку.

— Ну вот и решили, — Коля сел с другой стороны.

Так и осталась я сидеть между братом и отцом.

Взяла их за руки.

Вот это да конечно. Кто мог вообще подумать, что такое в жизни бывает мать его?

Я уже почти привыкла и сейчас даже рада, находится с ними вот так. Рядом. Просто сидеть на одной скамейке в саду и слышать пение птиц.

Сейчас я рада, но вот что мне принесет новый день? Ни на кого кроме семьи сейчас рассчитывать нельзя.

Ни на кого, кроме этих двоих и одного Булыжника, который сейчас далеко. Ни на кого.

Глава 36 Белые тапочки

Карина

Утро началось как боевая подготовка.

Леня привез мне пакет с одеждой. Камуфляжные брюки и черная футболка. Массивные кроссовки. Отлично.

Уже предвкушала, что же там будет такого.

Я быстро умылась, собрала волосы в высокий хвост, взглянула на себя в зеркало. Сняла на всякий случай серьги и пошла одеваться.

Одежда была по размеру и даже кроссовки не жали. Вот это вообще хорошая новость, но я все надела носки потолще. Мало ли. Не хочу снова бегать с мозолью. Неприятное ощущение.

Я зачесала брови фиксатором и покрутилась у зеркала.

Какая же я все таки красивая. Даже так. Без косметики, в камуфляже и кроссовках. Очень красивая.

После того, как выплакалась вчера, настроение было лучше.

Мне видимо стоило выплакать всю эту боль.

Стоило выбросить ее и отпустить. У меня новая жизнь.

Новая, не менее интересная.

Сегодня ночью я поработала, забрала у брата ноутбук, но думаю после обеда куплю себе новый, собственный.

Я взяла сумку, проверила ключи от машины. Надо же, у меня крутая тачка. До сих пор не верю. Спасибо братик.

Все! Все, все! Идем.

Уже в коридоре меня встретил кофейный аромат.

Папа стоял на кухне в розовом фартуке в цветочек, с ложкой за ухом. Салфетка небрежно свисала с его плеча, а на щеке коричневый след.

Папа, да ты индеец.

Поверить не могу, этот великан стоит в розовом фартуке с пионами и варит кофе… Удивительное зрелище.

— Это треш, прикинь, он чуть не сгорел. Сто лет кофе не варил, — вместо доброе утро, сказал отец, торопливо убирая со стола тряпкой остатки убежавшей неудачи.

— Ты чудо, — я подошла к нему ближе, оставляя сумку на стуле.

— Как спалось, звезда моя? — отец достал из-за уха ложку и размешал кофе в одноразовом стаканчике, — тебе с сахаром?

— Да, один, спасибо, — моментально среагировала я, — спалось хорошо.

— Отлично, тогда я сейчас сделаю еще себе и можем выезжать, — папа стукнул по столу ложкой.

Я дернулась и оторопела. Ах, это было неожиданно!

Он развернулся ко мне и нахмурил брови, выдвинул ногу вперед.

Черт. Он в белых тапочках с зайкой. ОН?!

Я рассмеялась еще сильнее.

— Папа, ты очень контрастный мужчина.

— А ты что думала, я могу только пропадать? — он принялся варить дальше.

Его седые усы будто завились в крючки, а тон голоса был такой, что сразу было понятно — он в настроении.

— Пап, а чем ты занимаешь? — мне было дико интересно.

Алик говорил он уважаемый человек и глядя на дом, где я нахожусь, глядя на все то, что есть у них, я в этом точно могу убедиться.

— Сегодня увидишь частично, а потом расскажу, — он закрыл второй стаканчик крышкой и протянул один мне.

— Интригант! Я такое не люблю, — я возмутилась.

Почему нельзя сказать сразу?

— Пф, еще бы, но лучше увидеть, — Халимов старший стянул с себя фартук и оставив его на столешнице последовал к выходу, — поехали, звезда.

— Окей, — мне ничего не оставалось как идти за мужчиной в больших белых тапочках с розовыми ушками.

Ничего, честное слово.

Я ехала за рулем, а этот татуированный дядька, курил в окно.

— Навали ка музла, — неожиданно выдал папа и я прибавила громкость.

Не могу не улыбаться глядя на него. Что он только не выдает.

Я перестраивалась и ускорялась и когда он хотел закрыть уже окно, резко ускорилась.

Машинка подо мной издала дикий рев и я погладила ее по рулю.

— Ты гонщица! — рассмеялся отец.

— А ты странный.

— Ты еще скажи, что я старый, выкину тебя на ходу.

— Да иди ты, папа, — я сжимала одной рукой руль, а другой держала стаканчик с кофе, — спасибо.

Он лишь кивнул. Выглядел очень счастливым. Еще бы, думаю ему не хватало времени с дочерью.

А вот когда мы вошли в охраняемое огромное здание с огромными, высоченными каменными воротами, его лицо изменилось.

— Генерал-майор, — поприветствовал мужчина в черном снаряжении.

Я обомлела. Кто? Ктоооо? Вот этот?

Мой батя? Да ну….

— Вольно, — крикнул отец.

Меня аж дрожь взяла.

Кто?

Да уж…

Я молчала, лучше не буду с ним сейчас говорить, он сменисля в лице и в тоне, оно и понятно.

Мы прошли в здание

Множество мужчин в черных штанах и футболках. Высоких, симпатичных, всех присутствовавших отца и смотрящих на меня с удивлением.

Мы спустились по лестнице вниз. Я слышала звуки стрельбы.

Отец провел меня в комнату и тут я обомлела.

Стена заполненная оружием.

— Папа, ты же не просто… — я даже не знала как выразиться.

— Контрразведка, звезда моя. И теперь, выбирай из чего ты будешь стрелять, — отец показал рукой на стену.

Я офигела и у меня от шока сейчас глаза разбегуться и дыхание остановиться.

Нихрена себе. Отец…

Вот это сейчас начнется веселье.

Мне аж страшно на минуточку стало, но