Душа наизнанку - Александр Ольский

американец руководствуется принципом: жить лучше, чем сосед, и умереть не хуже. Прожив большую часть жизни в России, я готова петь дифирамбы уникальному американскому сервису сутки напролет. Этот ежедневный марафон вежливости и радушия покоряет даже самых капризных и привередливых. Жестокая конкуренция подталкивает к изощренности и изобретательности и в результате приводит к утонченности сервисных услуг во всех сферах быта, будь то кондитерская, бензоколонка или кинотеатр. Да и похоронное бюро – тоже бизнес: здесь есть продавцы и клиентский отдел, бухгалтерия и план продаж. Можно сказать, почти Гоголь. Для многих искушенных американцев присматривать себе на будущее гроб или бронировать заранее место под сосной на кладбище – нормальное явление. Моя же ранимая русская душа такой дерзкой коммерциализации не выдержала, и пока продавец-консультант бойко рассказывал о плюсах и минусах каждого ящика, словно о достоинствах скаковой лошади, я с трудом следила за его беглой речью и едва держалась на ногах. Когда же он невзначай упомянул, что гробы для кремации можно также брать в аренду, я застыла на месте, а обретя дар речи, поинтересовалась, не практикуют ли они и смерть напрокат.

* * *

В наследие получив ошибок дерзких череду,

Не властны мы попрать законы бытия.

В веретено судьбы попав однажды,

Гонимы натяжением нити,

Плетем мы сети жизни, не ведая начала и конца.

Древнегреческий философ Эпикур, видевший смысл жизни в получении удовольствий, сказал о смерти как никто другой: «Самое ужасное из зол – смерть – не имеет к нам никакого отношения; когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет». В самом деле, почему мы так боимся смерти? Ведь в худшем случае она – лишь неосознанное бытие. Можно ли по-настоящему опасаться того, с чем мы незнакомы?

Многим хотелось бы жить вечно, но это невозможно. И может быть, это к лучшему. Мне кажется, что все мы однажды находим в себе мудрость, чтобы признать смерть частью жизни. Возможно, если бы мы жили в одном теле бесконечно, то никогда бы не выучили сотни уроков, предназначенных нам. Безусловно, и за одну жизнь можно познать немало, но это несопоставимо с тысячами. Никто не учит алгебру в первом классе, а начинают с азбуки и арифметики. Так и мы, переходя из одной жизни в другую, совершенствуем свой дух.

Разве времена года – не реинкарнация человеческих судеб? Каждый раз все возвращается и начинается сначала. Угасает, чтобы вновь возродиться. Этот бесконечный круговорот естественного бытия, в котором нет прошлого и будущего, отсутствуют начало и конец, а добро и зло, день и ночь, война и мир, радость и горе, святость и пошлость несовместимые, но неотъемлемые части мироздания; где одно невозможно без другого, а малое – часть большого, где все едино, как Святая Троица. Вероятно, этот предначертанный союз единства и неделимости жизни есть тайна Вселенной и самый верный путь для очищения душ.

15 июня, 2002

Не помню точно, кто из мудрецов сказал: «Прошлого уже нет, будущего – все еще нет, а настоящее – как взмах ресниц», но трудно не согласиться с его размышлениями о времени. Сложно переоценить быстротечность времени, и, возможно, последнее – мираж, но вместе с тем «лишь оно сметает шелуху, сдувает пену и сцеживает в амфоры вино»[10].

Смысл жизни представляется мне бесконечным познанием непостижимого. Ведь даже седому старцу не под силу научить нас любить, не причиняя боль, иметь, не обладая, дарить, не отнимая, радоваться, не сокрушаясь; чтобы восхищаться без зависти, расставаться без сожалений, оплакивать без слез, творить во благо, а не ради, жить в гармонии со своей душой, не нарушая пульс планеты, и встретить с улыбкой на устах, словно старого друга, смерть – еще одну тайну жизни.

Взгляд в прошлое всегда более трезвый, более истинный. В мгновении сложно увидеть целое, но проходят годы – и мы способны отделить зерна от плевел. Со временем прошлые события приобретают иной смысл и глубину. Удивительно, что незначительные эпизоды по мере удаления оказываются самыми важными.

Я думаю, что полезно смотреть на фотографии сквозь призму времени, потому что они способны примирять нас с прошлым, от которого мы порой отрекаемся. Ведь стихия времени – это не только потери, ошибки и разочарования, но и незабываемые встречи, увлекательные путешествия, неповторимость прожитого, частью которого являемся мы сами. Жизнь состоит не только из грустных юбилеев, а из тысячи прекрасных и печальных мгновений, будь то первый поцелуй, чарующий закат, аромат распускающейся розы, мурлыканье кошки или улыбка младенца. Психологическое время – это истинное время, которое проживает человек.

Веретено фортуны плетет наши судьбы и, будто фокусник-иллюзионист, заставляет нас поверить, что детство, зрелость и старость – вовсе не части, а наоборот, несколько разных жизней, которые мы меняем, словно змеиные шкуры. Создается впечатление, что все это уже было или не было никогда.

Молодость дарит нам чудные открытия, а зрелость – познание себя. С возрастом многое становится понятным, и мы наконец находим ответы на давно мучавшие нас вопросы, но вместе с юностью уходят энергия, безрассудство и даже надежда. В идеале было бы здорово обвенчать молодость и зрелость, но между ними – расстояние в вечность. Молодость находит оправдание безумствам, потакает любым прихотям и капризам, зрелость же судит строже и прощает реже.

В нашем понимании прожитые годы – не что иное, как университеты жизни, которые волей-неволей проходит каждый. Тех, кто заканчивает с отличием, мы называем счастливчиками, а тех, кто учится плохо, – неудачниками. К сожалению, мы редко задумываемся о происхождении душ: в какой стране они родились, в какой семье, в какую эпоху. Почему одним от рождения даны богатство, здоровье и успех, а другим – нищета и болезни? Почему яркая, блистательная жизнь обрывается так внезапно, а к серой и безрадостной смерть почти равнодушна?

И даже при наличии свободы воли всем нам не раз приходит в голову одна и та же мысль: ничто не происходит с нами на земле просто так – на все есть зримые и незримые причины. Создается ощущение, что кто-то постоянно ведет нас по жизни и что у этого кукловода-инкогнито всегда есть намерения и планы.

14 октября, 1998

С Валерой я познакомилась на тренинге. Ему двадцать семь лет, занимается бизнесом, звезд с неба не хватает, но характер замечательный. Легкий на подъем, всегда в прекрасном настроении и, в отличие от Вадима, – никакой депрессии и творческих исканий. Вместе ездили несколько раз в пансионат в Подмосковье, один раз ходили в театр,