Пунктирные линии - Девни Перри

— Ария пошла в гостиничный бизнес. Там было так много отелей с кучей вакансий на выбор, а оплата была лучше, чем где-либо у нас раньше. Я не хотела убирать в номерах, поэтому сначала работала официанткой, пока не получила аттестат о среднем образовании. Вскоре после этого компания Броуди, «Кармайкл Комюникейшнс», наняла меня секретарем в приемную.

Я видел, как она это делает, как улыбается, встречая людей, когда они входят в дверь. Чертовски приятное приветствие.

— Я не сразу начала работать на Броуди, — сказала она. — Какое-то время я сидела за стойкой администратора, и по мере того, как открывались новые вакансии, подавала заявления. Затем, когда личный ассистент Броуди уволился, я снова предложила себя. С тех пор я работаю на него. Когда он решил переехать из Вегаса в Аризону, он попросил меня поехать с ним. Пришло время перемен, и с тех пор мы там.

Я кивнул.

— И вот как Ария познакомилась с ним?

— Да, но они ненавидели друг друга. — Она рассмеялась. — В прошлом году я должна была пойти на свадьбу в качестве спутницы Броуди, но сильно заболела, поэтому Ария пошла вместо меня. Только тогда им удалось поговорить по-человечески. Даже после этого какое-то время отношения были непростыми. Но ребенок свел их вместе. Трейс. Ему только на днях дали имя.

— Трейс. Классное имя.

Август подбежал к нам с ракушкой в руке. Он поднял ее ровно настолько, чтобы Клара улыбнулась и помахала ему рукой, затем сунул ее в карман своих шорт и умчался прочь.

— В следующем месяце ему исполнится шесть. У меня такое чувство, будто однажды я проснулась, а он больше не мой маленький мальчик. Мой малыш исчез у меня на глазах.

— А его отец?

Клара сделала несколько шагов, не отвечая. Ее плечи напряглись. Улыбка исчезла с ее лица.

— Забудь об этом. Я лезу не в свое дело.

— Нет, просто… у нас ничего не вышло. Он не участвует в жизни Августа, и мне так больше нравится.

Какого черта? Почему? Я открыл рот, чтобы сказать ей, что это неважно, и вообще не мое дело, но она убежала трусцой, чтобы догнать Августа.

Вот дерьмо.

С большинством людей я бы оставил все как есть. Это было не мое дело. Но это была Клара. Годы разлуки, и она все еще была… моей. Моим делом.

Я старался наверстать упущенное, и теперь, когда Клара была с Августом, ее улыбка вернулась, такая же великолепная, как и всегда.

Она наклонилась, чтобы осмотреть другую раковину, затем, заметив меня, указала на парковку.

— Давай вернемся. Может, ты еще успеешь искупаться, приятель.

— Да. — Он сжал кулаки и побежал в направлении машины.

— Извини, — сказал я, когда мы шли.

— Все в порядке. — Она отмахнулась. — Это в прошлом. Пока Август счастлив, я счастлива.

— Он хороший ребенок. Ты хорошая мама.

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

— Спасибо. Это многое значит.

Я слегка подтолкнул ее локтем.

— Рад тебя видеть.

— Я тоже. — Прядь волос упала ей на лицо.

Вместо того, чтобы заправить ее за ухо, как я хотел, я засунул руки в карманы.

— Я заеду за тобой завтра, хорошо?

Она кивнула.

— У нас очень свободный график.

— Хорошо. — Тыльной стороной ладони я коснулся ее ладони, и на секунду я чуть не взял ее за руку.

Сегодня она меня не обняла. Обычно она обнимала меня. Мой локоть пронзил электрический разряд. Может, это из-за волн, но я готов был поклясться, что услышал, как у нее перехватило дыхание.

Я отодвинулся. Отодвинулся подальше от Клары и постарался не думать о том, когда в последний раз прикасался к ней.

Это было в ночь перед тем, как мы покинули свалку. Она была в моих объятиях после того, как мы занялись сексом. Не было никаких неловких прикосновений, как в первый раз. Не было ни страха, ни беспокойства. Мы были вместе, как двое людей, которые были любовниками долгие годы, а не один день.

Ночь, которую я никогда не забуду.

— Август! — крикнула она, помахав ему.

Да. Пусть Август будет с нами. Может, если ребенок будет рядом, эти очень интимные, очень сексуальные, очень неприкрытые мысли о его матери прекратятся.

Господи, я был гребаным мудаком.

— Тебе следовало бы взять «Кадиллак», — сказал я, когда мы подъехали к стоянке. — Оставь его себе, пока ты здесь.

— Ты не возражаешь?

Я покачал головой.

— Вовсе нет. Все еще чувствую, что это не моя машина.

— Ладно. Спасибо. Это немного облегчит нам передвижение по городу завтра.

Мы все сели в машину, и я направил нас к своему дому.

— Завтра у меня есть кое-какая работа, но, если ты не против, я бы хотел снова встретиться с тобой за ужином. Чипсы и сальса?

— Мы готовы.

— И искупаться в океане, — сказал Август.

Клара рассмеялась.

— Все верно, приятель.

Дорога до моего дома была короткой, слишком короткой. День пролетел слишком быстро. Меня мучил страх, что, как только Клара уедет из Калифорнии, я больше ее не увижу.

Долгие годы я лелеял надежду, что раз она не сказала «прощай», значит, это и не было «прощай». Даже после того, как я заглянул к ней и увидел ее с ним. Глупая надежда застряла во мне, как песчинки между пальцами ног.

В этот раз я сомневался, что все обернется так же. Хотя, возможно, было к лучшему, что я больше не увижу ее, учитывая обстоятельства.

Почему она не приехала год назад?

Солнце только начинало садиться, когда мы припарковались перед моим гаражом. Горизонт окрасился в оранжевый цвет.

— Если сможете, полюбуйтесь закатом из своего отеля. В последнее время он был прекрасен.

Клара кивнула и вышла из «Кадиллака», встретив меня у капота.

— Спасибо за ужин. И за сегодняшний день

— Не стоит благодарности. Это было, ну… У меня до сих пор кружится голова. Я смотрю на тебя и не могу поверить, что ты здесь.

Краска залила ее щеки, когда еще одна прядь волос упала ей на рот. И, черт возьми, мои руки были не в карманах. Они действовали сами по себе, когда я поднял их, чтобы убрать светлые пряди.

Глаза Клары ждали, когда я уберу руку. И взгляд, которым она одарила меня, и тоска, с которой она на меня посмотрела, скрутили меня в узел.

— Клара, я…

Дверь дома открылась, и появилась Холли, направляясь по тротуару к подъездной дорожке. Она все еще была в своем голубом рабочем халате, а ее темные волосы были собраны в пучок.

— Привет, малыш.