Месть озлобленной души - Джулия Диа

Глава 13

Пробуждение в Аду

Джессика

То чувство, когда ты проснулся, но глаза открыть не в состоянии. Я стала приходить в себя после…

После чего?

Попыталась собрать мысли в кучу, но они все равно разбегались по темным углам, оставляя в голове лишь ноющую боль от противного звука. Словно выныривая на поверхность из глубины сознания, я лицом обратилась к свету, однако яркое сияние не радовало, а наоборот, раздражало, просачиваясь через опущенные веки и отзываясь дикой резью. Зажмурившись, я пошевелилась, но лучше бы не делала этого, потому что тело очень сильно затекло. Все мышцы отозвались болезненным покалыванием, даже те, о существовании которых и не подозревала.

Не помню, чтобы выпивала вчера…

Приложив немало усилий, я все же смогла приоткрыть глаза, мгновенно поймав ослепительную вспышку, отчего я уже не выдержала и застонала, отвернувшись. Движение головы вызвало вертолеты, меня замутило. Хотелось принять горизонтальное положение и полежать, казалось, застывший ком в горле уже готовился на выход…

Сначала я ощутила колыхание воздуха от нахождения кого-то рядом, а затем услышала щелчок, после чего стало чуть темнее. Кажется, кто-то опустил штору. Пряный аромат парфюма, с которым у меня уже сложились неприятные ассоциации, ударил в нос, вызывая дурное предчувствие.

Почему он здесь? И где я, черт возьми?

С третьей попытки я все же открыла глаза. Щурясь, устремила несфокусированный взгляд на мужчину, который сидел рядом, однако не он взволновал больше всего, а иллюминатор у его правого плеча, что дало четкое представление, где я находилась.

В висках запульсировало от глухого звука, отражавшегося от деревянной поверхности столика, что был разложен передо мной. Без резких движений и даже как-то заторможенно повернула голову и посмотрела на Мигеля: он расположился напротив и отбивал противный четкий ритм указательным пальцем, словно издевался, видя, как мне плохо.

– Очнулась? Как-то быстро… – Его голос был тихий и расслабленный, но на избитом лице – Алекс хорошо приложил его – отражалось явное напряжение. – Еще долго лететь.

– Как?.. – Фраза встала у меня поперек горла в буквальном смысле слова: еще чуть-чуть, и меня бы стошнило.

– … ты оказалась здесь? – продолжил он, видя мои мучения при попытке выговорить всю фразу. – Не утруждайся что-либо понять, твой мозг не способен сейчас на это. Единственное, что могу посоветовать, – это провалиться обратно туда, откуда ты только что вылезла, впереди еще долгий путь.

Я безучастно смотрела на его лицо, понимая, как он изменился. Та маска шута, надетая в Бостоне, растворилась, как иллюзия оазиса в жаркой пустыне. Передо мной сидел человек властный и жестокий, способный похоронить под тлеющими углями своих черных глаз.

Сильная жажда забрала всю влагу изо рта, оставляя жуткое чувство стянутости и сухости, от которого даже воздух царапал слизистую.

– Воды… Пожалуйста, – прошептала я почти беззвучно, даже не надеясь быть услышанной, однако пристальный взгляд Мигеля уловил каждое движение губ.

– Ты уверена? – Его ухмылка говорила о чем-то ужасном, о том, что мне пока было неподвластно понять. – На твоем месте я бы сто раз подумал, прежде чем просить у меня что-то.

Чутье подсказывало, что он говорил правду, и мне стоило опасаться его. Надо было подумать, как вести себя дальше, но слабость завладела каждой клеточкой в теле, отчего, отвернув голову к закрытому иллюминатору, я прикрыла веки, надеясь уснуть…

Открыв глаза, я сразу же вздрогнула от громкого удара молотком, знаменующего, что решение по заявленному иску вынесено. Снова зал суда, заседание, на котором мы присутствовали, но… что-то было не так. Ничего не понимая, я поставила сумочку на стол рядом с бутылкой воды и поднялась с места, чтобы подойти к своим. Что должно было произойти дальше, я прекрасно помнила и понимала: это не реальность, а сон. Однако стоило мне сделать всего пару шагов, как перед глазами все поплыло, и меня повело в сторону.

Я уперлась в твердую поверхность стола и нащупала бутылку воды, так как спазм сильно сковал горло, порождая сильный кашель. Трясущимися руками открутила крышку и сделала несколько жадных глотков для того, чтобы успокоиться, но после этого весь мир исчез.

Находясь в пространстве, полностью поглощенном мглой, я смогла ощутить лишь мертвенную прохладу на коже. Страшно было лишиться зрения, ведь не знаешь, что тебя ждет, стоит сделать шаг. Однако я подпрыгнула на месте, как только за моей спиной раздался душераздирающий крик боли и отчаяния. Резко развернувшись, я увидела Майка, сидящего на коленях и полностью прижавшегося к земле. Он зажимал в кулаке какие-то глянцевые черно-белые изображения, которые я так и не смогла разглядеть.

С тяжестью в груди постаралась сделать несколько шагов к нему, но ноги не хотели слушаться, словно свинцом налитые. Превозмогая, я все же подошла ближе и увидела то, от чего сердце пропустило удар: перед Нортоном возвышалась надгробная плита, а надпись гласила, что в могиле лежала Алана Нортон…

Открывая и закрывая рот, как рыба на суше, я не могла вымолвить ни звука. По мне словно катком проехались, разбивая все чувства вдребезги под силой тяжести шокирующей новости… Я не могла пошевелиться, тело словно парализовало, однако Майк резко схватил меня за рукав шелковой рубашки и дернул вниз, отчего я упала на колени рядом с ним.

Почувствовав гладкую бетонную поверхность под ладонями, я медленно проследила взглядом, где она заканчивалась. Меня пронзила дикая боль, сжигающая дотла и не оставляющая ничего после себя. Она была настолько острой, что разрывала сердце в клочья, отчего хотелось не просто плакать, а выть… Ведь перед глазами появилась могила того человека, кого я боялась потерять больше всего на свете: Алекса…

Резкий удар по лицу вернул меня в реальность, оставляя сильное жжение на щеке. Простонав от неприятных ощущений, я разлепила слипшиеся от осыпавшейся туши и слез веки, испытав резь от яркого света уличного прожектора.

– Слишком долго спишь. Я думал, что ты вообще откинулась…

Прислонившись к грязному колесу автомобиля, я сидела на гравии на территории перед небольшой усадьбой. Как я сюда попала, даже думать не хотелось, ведь и так понятно, что похитили. Проглотив горькую слюну, которую удалось еле выдавить из себя, вспомнила начало сна и сопоставила с реальностью…

– Анконидин? – Моя речь восстановилась, я могла говорить, хоть и с трудом, потому что очень хотелось пить.

– Да, – Тон мужчины был безразличным, отчего становилось не по себе.

– Как?

Мигель сидел на корточках напротив, пожирая меня омутом своих черных бездонных глаз.

– Мои люди подменили бутылку во время потасовки, когда