Дорогами сна - Снежана Масалыкина

«Он знал, все эти год муж все знал и взирал на ее поиски с болью и сочувствием, помогая, чем мог, – билось в висках королевы. – Но сейчас … Почему он не хочет помочь ей сейчас, когда до заветной цели остался шаг. Такой простой и трудный шаг!»

– Мы сможем, вместе мы сможем … – уже практически рыдая в голос, умоляла Эдассих своего короля и мужа.

Но не муж стоял сейчас перед ней в спальне. Добрый, снисходительный к ошибкам, проницательный правитель и мудрый ученый, когда дело касалось вопросов государственной безопасности южного королевства и объединенных государств планеты Тубан, райн Гримиум превращался в истинного наследника старшего Дома.

Жёсткий, циничный, решительный, непредсказуемый, Гримиум решал проблемы быстро и безжалостно, не разбирая ни чинов, ни имен, ни званий. Не слушая оправданий и не снисходя к мольбам.

До сего дня райна Эдассих даже не предполагала, что муж предстанет перед ней королем, который ставит интересы и безопасность государства превыше всего. Даже выше возлюбленной жены своей и ее отчаянья.

– Послушай, – прохрипела сквозь слезы Эдассих, глядя на мужа снизу вверх.

Она сидела у его ног, обхватив его колени руками. Точнее, впиваясь когтями гиены, которая по-прежнему рвалась на свободу.

– Нет, любимая, это ты послушай, – жесткий голос райна Гримиума никак не вязался в сознании с ласковым «любимая». – Ты выйдешь отсюда только на следующий день после Ночи полной Радуги и праздника Но-Ха. И никак иначе.

– Но … – начала было райна Эдассих снова, но король обхватил ее за плечи и поднял с пола, не заметив, что когти гиены повредили его брюки.

Поставив жену перед собой, Гримиум осторожно прикоснулся к ее лицу, поправил выбившиеся пряди волос, и улыбнулся нежной улыбкой. В Эдассих встрепенулась надежда, она открыла рот. Чтоб вновь начать свои уговоры, но муж покачал головой и продолжил:

– Когда все закончится, я все верну, как было. И твоих аардов, и твоего давера. А пока посидишь взапрети, и может быть, наконец, поймёшь, как глупо ты попала в сети дяди, наивная моя девочка. Эр Наг Тэ просто воспользовался твоей доверчивостью и отчаянным желанием.

– Но …

– Никаких «но». Я видел. Что творилось с миром, когда Ананта едва не пробудилась окончательно. И не хочу повторения. Отца моего нет в живых. А я всего лишь регент. Полу-райн… – горько закончил Гримиум, утешая жену ласковыми прикосновениями и утирая слезы.

– Любимый мой, милый, родненький, – горячо зашептала Эдассих, охватив руками лицо мужа. – Умоляю тебя, послушай меня. Мы все сможем! Ты пройдешь обряд! И успокоишь змею, едва она начнет просыпаться! А я увижу сон и узнаю, что делать … И у нас будет сын! Ты ведь хочешь сына, Гримиум?!

– Но не такой ценой, Эдассих, – заключив личико любимой в ладони и глядя ей прямо в душу, твердо произнес Гримиум. – Я очень люблю тебя. И буду любить всегда. Но, поверь мне, твоим планам не суждено сбыться. И если не я, то дядя помешает тебе на последнем этапе. В результате ты останешься ни с чем, а он получит то, чего жаждет столетиями.

– И что же это? – всхлипнула Эдассих.

– Предполагаю, что не только власть. Но до конца не уверен. Слишком много всего намудрил дядя, змеиный клубок я еще не распутал. Поймал пока только маленький кончик.

Гримиум устало улыбнулся, легко поцеловал жену в губы и отстранился, чтобы покинуть апартаменты королевы. В ту же секунду бешеной гиеной райна Эдассих метнулась к мужу и впилась в его губы жадным поцелуем, больно когтями разрывая ткань и царапая кожу. Гримиум опешил, но ответил не менее страстно на порыв жены, не замечая боли в разодранных плечах. Минута-другая, и вот король решительно вырывается из объятий королевы, подхватывает ее на руки и осторожно опускает на кровать. Эдассих приподнялась на локтях, тяжело дыша и неотрывно глядя на мужа. Но Гримиум быстро наклонился, легко мазнул по губам прощальным поцелуем и решительно пошёл на выход.

– Все будет хорошо, – взявшись за дверную ручку, оглянулся король. – Просто побудь в безопасности, ладно? Я очень тебя прошу!

Не дождавшись ответа от Эдассих, все в той же растрепанной позе лежащей на кровати, райн Гримиум тяжело вздохнул и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. В последний момент райн уловил едва заметную улыбку на губах королевы, но не предал ей значения.

Едва за королем закрылась дверь, Эдассих всклочила с кровати и подбежала к камину, схватила массивный подсвечник и зажгла свечи движением руки. Поставила на столик возле зеркала и принялась рассматривать свои руки. Как она и предполагала, королевская кровь осталась под ногтями. И теперь ничто не мог удержать Верховную жрицу в уютной королевской спальне, ставшей тюрьмой.

Никто и ничто не смеет становиться между Эдассих и ее желанием. И даже король не смеет препятствовать достижению цели, заботясь более о благе королевств, чем о собственном.

– Ничего, он еще скажет мне спасибо, – прошептала райна Эдассих, осторожно втирая в края зеркала кровь райна Гримиума.

Затем королева вцепилась руками в подрамник, и, приблизившись к амальгаме, что-то прошептала на неизвестном языке. В глубине зеркала замерцал крохотную мутновато-красный огонек. Королевская кровь по краям замерцала слабым отблеском, втягивая в себя зазеркальную тьму. Пламя внутри превратилось в арочный проход, райна Эдассих глубоко вдохнула, произнесла последние слова древнего заклинания и всем телом прикоснулась к поверхности зеркала. В ту же секунду погасли свечи, красное пламя арки вспыхнула ярче самой яркой звезды созвездия Дракона и королева исчезла из своей комнаты.

Заклинание замкнутого пространства не шелохнулось. Стражи и маги ничего не почувствовали. Райн Гримиум вздрогнул от острой боли, вспыхнувшей в солнечном сплетении в своем кабинете. Виверна взвыла и забила хвостом, почуяв что-то неведомое и чуждое радужному миру. Привычно потерев грудь, король прислушался. Все было тихо. Столица спала. Стража несла караул. Королева надёжно заперта под магической защитой и охраной. Значит, утром можно оправляться в охотничий домик и посмотреть и поговорить с той, кого Эдассих считала золотым драконом.

Но беспокойство поселилось в мыслях райна, и до утра Гримиум просидел над донесениями и картами, прикидывая возможные действия ехидн. Просчитывая ситуации и прикидывая возможные действия королевских приграничников, если все-таки разведка не ошиблась и дракайны решатся напасть в праздник На-Хо.

Глава 15. Обман зрения, или Здравствуйте, я ваша райна

«Снова я не делаю правильный шаг;

Снова я не ведаю, что творю!

Но у меня зажаты две ладони в кулак,

И я снова тебе пою…»

Е. Ваенга «Королева»

Не знаю, насколько я выпала из реальности, услышав голос подруги и увидев ее рядом с собой, живую, здоровую и без оков. Но сопротивляться я перестала, ошарашено замерев в броске. Была б человеком, приложилась бы хорошенько личиком об пол. Я-кошка мягко приземлилась на лапы, прижалась к земле и насторожилась, нервно задергав хвостом, пытаясь вместе со мной осознать, что происходит.

– Какой сильный и храбрый золотой дракон, – голос подруги снова повторил фразу, и Снежка шагнула из темноты в полосу света.

Она стояла передо мной похудевшая, надменная, в платье непонятного фасона, и оценивающе разглядывала меня. Судя по всему, то, что подруга видела, ее вполне удовлетворяло. Я потрясла головой, дернула ушами, зажмурила глаза и раскрыла их один за другим в надежде на то, что это глюк. Драка-то была нехилой, и меня могли задеть какой-нибудь магической штуковиной или заклинанием.

– Не хочешь принять свой истинный облик, дорогая? – прозвучал вопрос.

– Снеж, ты чего? – вырвалось у меня, я пыталась понять, шутит подруга или нет. – Шутишь? Если это шутка, то не смешная.

А может ее заколдовали? Вот только заколдованного дракона мне сейчас не хватало для полного счастья! Мало того, что несколько минут назад подруга выглядела как живой труп в гамаке между лисконнами. Так теперь несет бред и пытается убедить меня в том, что дракон – это я. А если она сейчас психанет на почве закодованности, и обратится драконом? Она и в человеческом-то