Дорогами сна - Снежана Масалыкина

– Нужна, – голос Аиды прозвучал неожиданно громко на фоне внезапной тишины. Водопад Мирозданья снова тихонько запел свою успокаивающую песню и радуги-молнии заиграли в его струях, купаясь и радуясь посветлевшей воде.

– Умирать за ваш мир не буду, и даже не уговаривая, – сжав зубы, процедила я. – Подругу заберу и мы уходим.

– Умирать не придется. Нужно снова шагнуть обратно за радугу. Вернуться туда, где твое тело приняло еще одного дракона.

– Короче говоря, добровольно сдаться психу по имени Егор, и позволить ему делать со мной все, что заблагорассудиться?

– Ты – дракон, – жизнеутверждающе «порадовала» меня Аида Ведо.

– Я в курсе, что я дракон. И что теперь: на те вам на блюдечке мое сердце, а я перекинусь в черную рептилию и выживу, так что ли? – съязвила я.

– Верховный жрец ничего не знает о золотых драконах. Кровь демона, которой он тебя потчевал, всего лишь пробудила в тебе кров всех предков. Ты – старшая в роду. Наследница крови золотых драконов твоя сестра. В тебе же заключена сила радуги. Кровь рода уже начала просыпаться. К празднику Но-Ха ты обретешь всех своих драконов.

– В каком смысле обрету всех своих драконов? – ошарашенно мявкнула я, вытаращив глаза на богиню. – Их разве не два?

Праматерь сделал вид, что не расслышала мой вопрос и продолжила:

– Что ты знаешь о драконах, девочка? – разливая теперь уже вино по высоким бокалам из прозрачного стекла, поинтересовалась Аида.

– Ничего, – принимая фужер, мотнула головой я. – Вообще ничего, только сказки и легенды нашего мира.

– Драконы … – мечтательно протянуло богиня. – Драконы пришли в эти миры первыми. Мои любимцы. Мои создания.

Укрывшись за кромкой бокала, я наблюдала, как на божественном лице заиграла всеми оттенками радуга. Нежная улыбка осветила совершенный облик, на секундочку возродив из глубокой пыли прошлого юную влюбленную богиню. Аида сделала первый глоток и на водном экране вновь заплясали картинки.

Богиня-змея с радужной чешуей. Маленькая змейка, родившаяся из капли воды, которую обрушил на созданные миры Белый змей. Ее символ во всех мирах – радуга поперек неба. Жена и возлюбленная Отца Всех Духов, воды и земли. Он – изобилие и новая жизнь, богатство и процветание. Его символ – дерево. Его цвет – пронзительно-белый.

Аида – благостная мать и защитница всего живого, в ней сила неба и плодородия, ее стихия вода. Ее символ – радуга. Ее цвет – лазурно-голубой, белый и все радужные струны.

Они вместе – древние исконные божества, создавшие наш мир таким, каким мы его представляем. Все миры, теперь я знаю, что их бесконечное множество в За-Гранье.

Их первые дети – близнецы-драконы. Радужный, золотой и черный. Это потом, забыв старых богов, свободные народы миров уверовали в то, что золотых драконов подарили богиня Ирида, дабы помочь своим созданиям справится в не-богом демоном Вритру. На самом деле драконы жили всегда. Намного дольше, чем знают и помнят о них живущие во вселенных существа.

Эти божественные существа с разными характерами, взрослея и становясь на крыло, обретали все новые и новые формы и черты. Радуя и ужасая одновременно своих божественных родителей. Черный дракон-мальчик воплощал то силу жизни, то силу разрушения.

Золотой и радужный родились близняшками-девочками с разными характерами. Золотая стала воплощением мудрости и добродетели. Странствуя по мирам за пределами Небес, она приходит тогда, когда в ней нуждаются, и уходит снова, выполнив свое предназначение.

Радужный дракон стала единственным ребенком, который нес в себе силу и брата, и сестры и обоих божественных родителей в чистом виде. В ней единственной бурлила сила девяти стихий. Тогда как брат и сестра владели магией пяти.

Утоненная, миролюбивая, с магией созидания в крови, радужная девочка легко меняла ипостась. Умела перевоплощаться и в черного, и в золотого полноценных драконов. Чешуя менялась под настроение в любой оттенок или во все цвета радуги одновременно. Эта огромная сила, эта особенность стала ее проклятием. Ее сторонились и свои, и чужие.

Я моргнула, глотнула вина. Терпкая влага смочила сухое горло. И я хрипло выдохнула:

– Сколько?

– Не беспокойся, – Аида протянула руку через столик и дотронулась до моих черных лап, по-прежнему рвущих подлокотники каменного кресло в крошку. – Еще семь.

– То есть …

– Всего их девять – безмятежно улыбнулась Аида, протягивая мне бутылку.

Видит бог, наш земной, родненький, мне это было жизненно необходимо. Девять драконов на меня одну. И каждый со своей стихией. Неплохо, скажете вы?

«Поживем-увидим», – отвечу я, закинув в себя первый бокал вина и щедро наливая очередную порцию по самое не балуйся.

Глава 14. Королевство Элтаннин. На грани За-Гранья

– Мой райн, – глава сыска Коб-Ор склонил голову перед райном Гримиумом, привлекая внимание короля, стоящего в задумчивости возле окна в кабинете.

Гримиум оторвался от созерцания столицы и перевел взгляд на вошедшего. Ищейка из личной гвардии короля стоял у двери, едва держась на ногах. Гримиум махнул рукой, приглашая мужчину присесть, и сам расположился в кресле напротив, предварительно плеснув в два толстостенных бокала крепкого напитка из ягод мажорки, степного кустарника, растущего на границе с предгорьем.

– Докладывай, – сделав глоток и подождав, когда Коб-Ор пригубит напиток, устало произнес король.

– Золотой дракон обнаружен, он в столице, в гостях у вашей супруги, – сыскарь сделал еще один глоток и продолжил. – Если можно темницу под башней дракона можно назвать гостевой спальней.

– Договаривай… – крутя бокал в пальцах, не глядя на Коб-Ора, усмехнулся Гримиум.

– Я уверен, что райна Эдассих ошиблась, или ее сознательно ввели в заблуждение.

– Кто? – король поднял глаза на подданного и Коб-Ор на мгновение опешил: глаза сюзерена вдруг полыхнули черным пламенем и на какую-то секунду резанули мужчину острыми вертикальными зрачками змеи. Ищейка сделал глоток, помолчал и продолжил.

– Эр Наг Тэ из рода Змееподобных, королевский дядя.

– Информация точная?

– Абсолютно.

Гримиум понялся, поставил бокал на стол и подошел к окну. Дядя давно сидел костью в горле у всех королевских наследников до него и вот уже много лет только и ждал, когда райн-регент даст слабину, сломается или поддастся безумию виверны. Эр Наг Тэ жаждал власти и это ни для кого не было секретом.

Второй сын одного из первых королей, практически бессмертный древний интриган трижды пытавшийся прибрать к рукам власть на Тубане, Верховный жрец перворожденного не-бога демона Вритру, родной дядя Гримиума по женской линии, безумец в своей жесткости с ледяной кровью предков, он так и не смог прибрать корону к рукам, провалив обряд Прохождения Сквозь Радугу.

Знанием о сути обрядового действа обладали только Золотые Драконы. Никто из претендентов на трон заранее не мог подготовиться к испытанию. А ставшие королями райны не имели права делиться знаниями с наследниками. На них накладывалась печать молчания Хранителями Крови. Райн Гримиум сжал зубы в отчаянье.

Ни золотого Дракона, ни хранителей не осталось на Тубане. Последний исчез вместе с альфой драконов после рождения дочери. Никто так и не понял, что произошло в королевской спальне сорок с лишним лет назад. Ни один из подданных, ожидавших в ту ночь вестей от королевских лекарей, таки не вернул себе кусок утраченной памяти. Собственно, как и лекарь, что принимал роды у альфы драконов.

А затем, с завидным постоянством, из радужного мира стали исчезать Хранители крови. Погибая в нелепых случайностях или просто растворяясь в мирах За-Гранья. У короля складывалось впечатление, что кто-то планомерно уничтожает тех, кто рождается с зовом крови в жилах и умеет управлять всплески безумия, когда ипостась рвется наружу, пытаясь подавить человеческую сущность.

Иногда хранители крови становились мужьями драконьих альф и тогда, по какой-то прихоти богов, в смешанной семье рождались близнецы. Двойное рождение считалось благословением богини Ириды, поскольку один из рожденных детей обязательно оставался жить в радужном мире. И тогда на Тубане наступала эпоха благоденствия.

Защита мира усиливалась стократно, путешествия по мирам За-Гранья становились легче, магия крови всех родов обновлялась в поколении детей, которые рождались в течение пяти лет