Сердца мира - Анна Александровна Цой

– Все хорошо, – ответила ей я.

Так же заученно и не серьезно. Нет, я не обижалась и не чувствовала ее виноватой за попытку моего «спасения» на маскараде. И чего они все пытаются меня спасти? Неужели я выгляжу настолько забитой и измученной?

– Прости меня, – драконица опустила голову, заставив упасть длинный черные волосы на лицо, – не знаю, что там у вас произошло, но мне страшно.

Я взглянула на нее, не особо понимая, о чем она. Марконтьяр же продолжила:

– Я бы почувствовала выброс магии. Тем более такой силы, что разрушил поместье.

Я нахмурила брови.

– Сила обычно высвобождается постепенно и нарастает по дуге. А тут резкий хлопок, взрыв и меня перенесло. Понимаешь? Меня просто выкинуло за пределы обвала! – она вскочила на ноги и широкими шагами начала отмерять тропинку перед лавочкой, – сперва я думала, что это механизм защиты замка, но ты оказалась ровно посреди воронки!

Ее рассуждения прервал тихий гул, тут же переросший в треск. Что-то громко хлопнуло, зазвенело и вызвало вой сигнальных сирен замка. На мое плечо шмякнулась большеглазая птичка–мирида и, свесив лапки вниз, вжалась в мою шею.

– Это невозможно… – пробормотала Мао испуганно-неверующе и медленно опустилась на лавку рядом.

Я же вглядывалась в черное марево, что быстро заполняло пространство наверху, будто заливая тьмой защитный купол школы. На крыльце стоял отец и с равным подруге ужасом наблюдал, как Вольтер, направляя руку все выше и выше, заставляет собственную темную магию создавать второй защитный купол вокруг замка.

– Он архимаг! – воскликнула Мао и с ужасом взглянула на меня, – даже не вздумай спать с ним!

Я подняла бровь, отвлеченно взирая, как барьер покрывает последние участки незакрытой пространства неба. Полная темнота нарушается синим пока едва заметным свечением, с каждым мгновением, затмевающим черное марево. Неяркая вспышка света явила моему взору синюю, словно горящую пламенем вязь рун и символов в пиктограмме и распространилась по всей площади купола.

Мирида у уха застрекотала и спланировала ко мне в ладони, зарывшись под пальцы головкой. А руны вспыхнули ярче, как бы «разъев» черноту и впустив ставшее непривычным яркое солнце.

Вольтер все так же стоявший у широкого крыльца центральной башни, опустил руку, сделал неуверенный шаг назад, будто качнувшись от усталости, но в ту же секунду встал ровно, выпрямился и совершенно спокойно поднялся по ступеням к ошарашенному Вильгельму. Насколько же нужно быть сильным, если тот же папа ставит барьер вместе со всеми преподавателями и после этого неделю отходит?!

– Почему? – наконец отмерла я.

Девушка рядом все еще потрясенно глядела на небо и видимо пыталась отойти от увиденного. Но ответила она мне почти сразу же:

– Почему архимаг? Потому что уровень силы так и измеряют – зоной покрытия земли стандартным барьером. Стандартным! А тут три слоя! – она почесала нос длинным ногтем и продолжила будто запыхавшись, – у моего отца максимум три километра.  Насколько я знаю у Высших Лордов примерно так же. Но… это! Три слоя и километров двадцать! Просто невозможно.

Я взглянула на нее исподлобья и нахмурилась.

– Я… про вторую часть фразы, – пробормотала я, почувствовав, как предательски алеют щеки.

– Асгард, – на меня посмотрели с явным укором, – ты просто… задница!

Я улыбнулась и послала ей воздушный поцелуй. В ответ драконица скорчилась как от лимона и вдруг стала очень серьезной.

– Я не шучу. Магическая сила напрямую зависит от физической. А значит, если он не сдержится, то убьет тебя.

Что-то подобное я уже слышала, да только не придала особого внимания. Сейчас же стали понятны некоторые вещи, такие как сломанный одной рукой стол или сила, с которой меня сжимали. Страшно от этого было не особо сильно, потому как в игру вступала непобедимая логика Алисы, считающая фразу «Можно все, только осторожно!» пожизненным лозунгом, с которым сносятся горы и осушаются океаны.

Как бы то ни было, я промолчала, считая подругу не виноватой в том, что я влюбленная идиотка. А потому ей не стоит волноваться. Только не из-за меня.

Вскоре Марконтьяр зазевала совсем, и мы разошлись по комнатам, намереваясь заняться каждая своим: она – спать, а я – пойти в школьную библиотеку, дабы разобраться в накопившейся информации.

Однако стоило мне сделать шаг в сторону двери моей комнаты, как в распахнутое настежь окно сквозь решетки влетел пергаментный коричневый шарик из бумаги.

То, что сейчас в моей жизни произойдет очередное «удивительное событие», я поняла заранее. И это даже не потому, что скомканные бумажки не летают сами по себе. Вернее сказать, они не залетают в мои окна просто так.

Был ли у меня особый выбор в этой ситуации? Не думаю. Идти к отцу с чем-то подобным? Определенно нет – Вольтер воздвиг барьер невиданной мощи над школой, а я испугалась свертка, который априори ничего кроме особо впечатляющей информации мне сделать не способен.

Откуда мне знать, навожу ли я бессмысленную панику или оправданно опасаюсь очередного «бабаха» с перепугу.

Моих рассуждений на тему «ах если бы, да кабы» хватило на пару минут стояния в дверном проеме. После я быстро подошла к подозрительному предмету и резко, словно опасаясь, что миг и вокруг все запылает, подняла его с пола. Ничего не произошло. Я так же стояла с бумажным свертком в руках и почти не дышала – только грудь вздымалась от яростного биения сердца.

В голове, было, промелькнула здравая мысль, что хорошо было бы выйти на улицу и прочитать послание там. Но имелось несколько весомых «но»:

Первое – если при прошлом взрыве я разворотила все поместье, то и сейчас будет что-то подобное. А это как минимум воронка до центральной башни.

Второе – увидь меня кто-нибудь из Лордов, то помимо главного купола защиты, на меня навесят столько разной хрени, что я буду согласна взорваться сама, лишь бы не мучиться.

И, наконец, третье – то самое, которое я запихивала в долгий ящик. Я со всей присущей мне любознательностью хотела узнать, что в бумажке. Ведь если это то, чего добивается та странная Леди, то при всех обстоятельствах я узнаю, что она хочет от меня.

Эти самые «но» противоречили друг другу, моим жизненным принципам и кажется безопасности в целом. Поэтому в моей голове тут же построились два плана действий, которые хоть в какой-нибудь мере могли защитить Белокаменный замок от разрушения.

План «Ванна»