Развод за каменной стеной - Лайза Фокс

– Вадим, не надо.

Я постаралась отодвинуться, подальше. Но едва между нами появилось расстояние, Вадим последовал за мной. Теперь я была физически зажата между сыном и Клюевым.

У меня не было ни малейшего сомнения, что его единственным желанием сейчас был секс. Его левая ладонь сдавила грудь, прижимая мою руку к телу, а сзади начало твердеть в районе поясницы.

Вскочив с кровати так, словно я умела летать, я натянула на себя халат. Вадим приподнялся на локте.

– Ну чего ты от меня бегаешь, Лер? Некуда бежать уже, – зашипел он громким шёпотом.

– Вадим, ты же обещал! Говорил, что поможешь просто так! – ответила я, трясущимися руками завязывая халат.

– Так это же не оплата. Это от души!

– Вадим, нету у меня сейчас никакой души! Я, между прочим, замужем!

– За каким ещё мужем? За Вадиком, что ли? – Он снова откинулся на подушку. – В твоём случае надо спрашивать, не замужем ли ты, а за каким хреном ты всё ещё за ним замужем?

– Он твой брат!

– А какая разница? Он же мразь, Лер. Ты же к нему сама не вернёшься, даже если позовёт. Да и где он, а я вот, рядом. Иди в кровать. – Вадим похлопал по матрасу сбоку от себя. – Я тебя отогрею. Я ласковый. Тебе понравится.

Меня передёрнуло. Запах алкоголя, откровенное предложение секса, а, главное, уверенность в том, что мне некуда деваться, всколыхнули во мне волну брезгливости. Я передёрнула плечами и двинулась к выходу.

– Тебе от меня не убежать, Лер! С подводной лодки некуда деваться. Придёшь ещё в кровать. Даже догонять не буду. Всё равно вернёшься.

У меня внутри всё клокотало от обиды. Значит, вот как он решил. Когда не будет выхода, приду, а лучше приползу с протянутой рукой. Я попятилась назад. Нащупала дверную ручку.

– Ты ложись спать. Я водички попью и вернусь.

Наспех сунув ноги в тапочки, я кинулась из комнаты. На цыпочках пробежала коридор. Особенно тихо старалась прошмыгнуть мимо комнаты, из-под двери которой была видна полоска мягкого света. Зуев тоже не спал.

Бесшумно проскользнула к лестнице и спустилась. Едва касаясь перил, нащупала пол и двинулась к кухне. Постояла на пороге, раздумывая, включать ли свет.

Не решилась.

В свете уличного фонаря прошла к дивану. Даже не задела ничего и не уронила, хотя тряслась от внутреннего негодования. Уселась в уголок и, сняв мягкие тапочки в форме мышиных мордочек, поджала под себя ноги.

Что я буду делать, не понимала. Вернуться в комнату в одну постель с Вадимом – опасно. Просидеть на кухне до утра? Вызовет вопросы у Зуева. Да и что значит «просидеть»? Хотя бы прилечь на диван. А это точно подозрительно.

Мне захотелось пить, и я, нашарив у дивана тапочки, двинулась к холодильнику. Разобраться в панели выдачи питьевой воды не смогла. Набрала в кружку воду из фильтра возле раковины. Но вода была тёплой.

Я решила посмотреть в холодильнике. Надеялась найти там бутылку с холодной водой. Её можно было бы добавить в фильтрованную, и она стала бы приятной. Немного. Всего пару ложек.

Открыв холодильник, я замерла. В нём было всё! Сыры и рыба, овощи и десерты. Соки, салаты, мясо. Я даже глазами захлопала от восторга. А потом вспомнила, что это всё не моё и аккуратно закрыла дверцу.

Повернула голову к выходу, где никого не должно было быть. Но мой взгляд, вместо пустого пространства перед дверью выхватил обнажённый мужской торс.

Сердце гулко ухнуло в груди и сорвалось в галоп. Медленно, боясь себе признаться, что я уже знаю, кто стоит передо мной, я скользнула взглядом по пресловутым кубикам пресса, крепкому торсу.

А когда добралась до резкого, словно высеченного из базальта лица и пронзительным голубым глазам, меня тряхнуло, как от разряда тока. Внезапно показалось, что взгляд Зуева захватил меня в плен.

Подавил волю.

Я не могла отвести от него глаза и мелко вибрировала в такт трепещущего в груди сердца. Теряла последнюю способность к сопротивлению.

– Ты голодна? – спросил Артём хриплым шёпотом и посмотрел на мои губы.

Я шумно сглотнула.

Разговоры у холодильника

Простой вопрос негромким хрипловатым голосом, а у меня поплыло перед глазами.

– Ты голодна?

Я смотрела в его нереальные глаза, а у самой подкашивались ноги. Потому что видела я только его крепкое тело, чувствовала терпкий мужской запах с нотками хвои и хотела прикоснуться к дорожке тёмных волос, уходящих вниз.

И да, меня терзал голод. Хотелось кинуться к Артёму, и утолить жажду ласки, нежности. Впиться в его губы поцелуем. Запустить пальцы в волосы на затылке. И не отпускать. Тянуть на себя. К себе. В себя.

Это было какое-то наваждение. Он не соблазнял, но я не чувствовала себя свободной. Было ощущение, что он вёл меня к пропасти на поводке своего взгляда, а я даже не думала сопротивляться.

– Есть хочешь?

Я вздрогнула и отшатнулась. Начала приходить в себя и поняла, что стою почти вплотную к полуобнажённому малознакомому мужчине. И готова с ним на всё! Это какой-то кошмар!

Он смотрел на меня озабочено. В его взгляде была неподдельная тревога. Артём взял меня за плечи, ещё внимательнее вгляделся в перепуганное лицо.

Захотелось сбежать от его дурманящего тела, взгляда, касания. Я ещё раз дёрнулась, но он не отпускал. Держал крепко.

– Я… Нет… Не хочу… Я не голодна…

Мне не хотелось оставаться рядом с Зуевым ни одной лишней минуты. И признаваться в том, что я сегодня не ела ни разу, тоже. Но мой желудок решил сдать меня с потрохами. Он заурчал, напоминая, что его мнение тоже надо учитывать.

Артём хмыкнул. Не разжимая рук, он наклонился к моему лицу. Прошептал хриплым голосом.

– Так и знал, что ты голодная. Давай поужинаем, а то забегался с вами, только кофе и пил.

– В холодильнике есть еда. Вы и без меня сможете поесть.

На мои слабые попытки вырваться Зуев никак не среагировал.

– Прекращай дурить. Если составишь мне компанию, весь холодильник в твоём распоряжении. Ты же не успела купить еду, правильно?

– Не успела. Но я не хочу есть. Я водички попью и лягу спать.

– Серьёзно? – Он смотрел на меня изумлённо. – Ты сможешь уснуть, зная, что там пропадает лосось, креветки, буженина и 6 сортов сыра?

Я уже открыла рот, чтобы оказаться, но желудок снова подал голос. Теперь уже требовательно, а не жалобно, как в первый раз.

Зуев улыбнулся.

Если бы он засмеялся, я бы вырвалась, и убежала