Бедовая невеста Кавказа - Анна Долгова

Еще минута и все стихает. Я потихоньку начинаю выпрямляться. Уже можно выходить? Или ждать Аслана, как он и велел? А если он не придет?

Только сейчас начинаю понимать, что боялась все это время не за себя. А за него.

Слышу в коридоре аккуратные шаги. Не уверенные, а именно тихие и спокойные. Скукоживаюсь от страха опять.

Стук в дверь.

- Катя... Кать открой…

Голос Аслана. Но какой-то удрученный. Усталый.

Чуть ли не одним рывком вылезаю из-под кровати и подлетаю к двери. Распахиваю ее.

Аслан. Живой. Но побитый.

На лбу рана. Из нее течет струей кровь, дошедшая уже до щеки.

Мои глаза заполняют слезы. Самые натуральные. Полноценные.

- Аслан! Живой!

Кидаюсь к своему осетину в объятия. Прижимаюсь к нему и его прижимаю к себе крепко-крепко. Мне плевать в чем я сейчас нахожусь перед ним. А это, между прочим, очень короткие обтягивающие шорты и майка. Как бы сказал мой потенциальный бородатый жених: «Ты же совсем голая. Женщине не подобает так выглядеть». Сейчас бы все отдала за его занудство.

- Испугалась? – только и слышу от Аслана.

Он прижал меня к себе, гладит по голове. А спрашивает так нежно и с такой заботой, что хочется соврать. Но я не вру.

- Ага, - киваю быстро головой, отлепляясь немного от него и смотря в глаза зареванными глазами. Некрасиво всхлипываю.

- Не бойся ничего. Со мной никогда ничего не бойся.

Он продолжает гладить меня по голове, словно маленькую девочку. А я понимаю, что хочу вот так вот… Всегда и почаще…

Аслан приближает ко мне свое лицо. И я даже начинаю надеяться, что он наконец-то меня поцелует. Но он просто прижимает меня к себе еще раз. И я вжимаюсь в него. Реву на его плече. Даю волю эмоциям.

- Все-все. Не плачь.

Какой у него приятный голос, черт возьми! Шепчет мне сейчас в ухо, отчего я плыву. Почему для проявления эмоций надо было нас убить?!

Опять отстраняюсь от него. Хочу дотронуться до его головы, но вовремя убираю руку. Боюсь сделать ему больно.

- Тебе больно?

- Нет. Мурату больше досталось. В него стреляли в этот раз.

Значит, я поняла правильно. Это был пистолет.

- Он жив? – спрашиваю, пытаясь контролировать свои эмоции.

- Жив. Живот по касательной задело. Домой поехал, обрабатывать рану.

- Тебе тоже надо обработать.

- Сейчас умоюсь.

Все это время он не выпускал меня из своих объятий. Да ради этого я готова сама себе черепушку проломить…

Аслан отпускает меня и уходит в ванную. Закрывается там и не выходит несколько минут. Я мнусь возле его спальни, не зная, чем могу помочь в данной ситуации. Скорее всего, мне нужно просто не мешать. Тогда не нанесу Аслану новых травм.

- Сегодня ты спишь в моей спальне, - заключает он, когда выходит из спальни и видит мою разрушенную комнату. – Обещаю, что не трону.

Он опять скуп на эмоции. В глаза мне не смотрит. А я даже не перечу. И немного расстроена его обещанием…

- Ты так и будешь сидеть в кресле? – интересуюсь у него, когда сама залезаю под одеяло.

Аслан обещал не трогать, но и оставлять меня без присмотра тоже боится. Поэтому он устроился в кресле. Сидя. Будто в таком положении уснуть пытается.

- Да, - сухо отвечает он, словно и не было нежного шепота в мое ухо несколько минут назад.

- Ложись на кровать. Обещаю, что не укушу.

Видимо, Аслан настолько устал, что все-таки ложится поверх одеяла на другой край его большой кровати.

- Кто это был? – спрашиваю аккуратно, даже не надеясь, что услышу ответ.

- Конкуренты.

- Это связано с теми спорными территориями? – догадываюсь.

- Да.

- Это первый случай?

- Нет.

- Как часто подобное происходит? – расспрашиваю, чтобы знать, к чему готовиться дальше.

- Не бойся. Больше они сюда не сунуться, - увереннее говорит Аслан.

- А я и не боюсь. Конкуренты – на то и конкуренты. Иногда приходится опасаться близких людей, - огорчаюсь, вспоминая открывшиеся подругой обстоятельства накануне вечером.

Следующий жест Аслана обескураживает и очень даже радует. Он придвигается ко мне и просто хватает меня в охапку. Прижимает к себе как есть, через одеяло, и продолжает смотреть в потолок.

- Не злись на подругу. Она хотела, как лучше.

Аслан понял сразу, о чем я говорю. Он заметил мое подавленное настроение вечером.

- Я очень рад, что ты здесь. Со мной.

Эти слова бальзамом на душу льются. Даже улыбка невольно пробивается.

- О Жене я думаю меньше всего, - пытаюсь отбрыкаться.

- А о чем думаешь?

- О том, что бы приготовить тебе на завтрак, - даже улыбаюсь своей затее.

- Ничего. Я еще от прошлого завтрака не оправился.

Приподнимаю голову, отрываясь от его плеча. Взгляд осетина спокоен. Он будто недоумевает, а что такого сказал. Шутя бью его по грудной клетке.

- Ой, - он также шутя, но с серьезным лицом прогибается под моим кулаком.

Да. Он даже шутит серьезно.

Вновь опускаюсь на его плечо. Несколько мгновений и я засыпаю.

Просыпаюсь, когда уже рассвело. Также в объятиях Аслана. Он еще спит, чуть похрапывая. Минуты две разглядываю его вблизи. Какой же он красивый. Кусочек пластыря на его лбу выступает в качестве дополнительного украшения. Понимаю, что я не хочу уходить из его дома. Мне здесь нравится. Я будто на своем месте.

Воодушевленная странным чувством, решаю, что я все-таки приготовлю завтрак. Этот мужчина достоин правильной и хозяйственной женщины. И я буду ей соответствовать! И пусть мне для этого придется сначала поднять дом на воздух!

Ой, лучше бы я так не думала…

На энтузиазме начинаю готовить Аслану яичницу. И она (о, ужас!) получилась! Яичница не подгорела, техника не улетела. Радуясь такому повороту событий, вынимаю из коробки новенький блендер красного цвета. Нафига я его посоветовала Аслану? Ни к селу, ни к городу этот красный цвет здесь. Ну да ладно. Опробуем его в действии.

В чашу закладываю все, что нужно для апельсинового фреша. Сегодня у меня все получится!

Выдыхаю глубоко и нажимаю кнопку. Раз, два, три… Полет нормальный!

Ой, нет!

Бах!

Ровно через три секунды после включения блендер взрывается. Меня этим не удивишь. А вот как к этому отнесется Аслан…

Стою на кухне. Вся в апельсинах. И я. И кухня.