Найди сердце королевы - Фэя Моран

Потом зажимаю рот ладонью, поняв, что выкрикнула ужасное слово, не совладав со своим отчаянием вперемешку с гневом.

Поверить не могу собственным глазам, но Гай… улыбается, опустив голову. Такое лицо обычно бывает, когда еле-еле сдерживаешься от смеха. На щеке у него показывается ямочка, которая напоминает мне о том, что Гай может быть милым, если захочет. А хочет он этого очень-очень-очень редко. Так что увиденное заставляет меня обомлеть.

– Каталина, не нужно выражаться, – говорит он, посмотрев на меня. По-прежнему улыбается. – Это скверный язык.

И почему сердце от этого тает и ноет одновременно?

– А ты мне папой стал, чтобы запрещать? – спрашиваю я.

– А чем он тебе не папочка? – звучит вдруг голос, и я вздрагиваю от неожиданности.

В комнате появляется Зайд, за ним и Нейт, который осматривает всё вокруг с нескрываемым интересом.

Я краснею до корней волос. И снова вспоминаю свой сон, в котором пальцы Гая касались меня там, где я бы хотела ощутить это снова, но не призналась бы в этом. Потом краснею от мыслей ещё сильнее.

Нейт с Зайдом тем временем уже проходят к дивану, снимают свою верхнюю одежду и принимаются шуршать в её внутренних скрытных карманах. Секунды спустя они вытаскивают какие-то небольшие металлические детали, которые я с интересом пытаюсь рассмотреть. Одна из деталей по форме напоминает неполноценный пистолет, среди них также лежат какие-то пружинки, чёрный ствол и непонятные маленькие кусочки металла.

– Твой пистолет, чувак, – говорит Нейт, надев джинсовую куртку обратно и подтвердив мою догадку. – Кретины снаружи ничего не нащупали.

Гай подходит к разобранному оружию и принимается собирать его как сложный пазл. Хотя сложным он кажется только мне – его пальцы очень ловко и быстро справляются с поставленной задачей. Я заворожённо наблюдаю за красивыми руками, которые собирают все детали в единое целое, чувствуя при этом, как внутри всё холодеет от этих уверенных движений. Он занимается этим всю жизнь, не меньше.

Щелчок за щелчком – и вот оружие принимает свой правильный вид. Это чёрный пистолет, в блестящем металле которого отражается свет. И он, кажется, теперь готов убивать.

– Так решать проблему будете? – спрашиваю парней, постаравшись выйти из состояния транса. – Я по-прежнему не согласна сидеть в этой комнате.

– А в чём, собственно, дело? – хихикает Нейт. – Что опять случилось, пока нас не было?

– Принцесску смутил шест, по-видимому, – говорит Зайд. – И то, что тут время от времени смачно дрочат.

Мне становится ещё хуже.

– Зайд, сколько раз мне напомнить тебе о запрете выражаться? – хлопает его по плечу Гай, и со стороны может показаться, что это было сделано по-дружески, но взгляд Гая говорит совершенно об обратном.

– Ну блядь, могу принести плед. У меня там завалялся в машине. Если повезёт, он сейчас в салоне, а не лежал в багажнике под трупом. – Ухмыльнувшись, Зайд добавляет: – А ещё надеюсь, что с прошлого секса я отмыл его от спермы, но это не точно.

– О боже, замолчи! – кричу я, отходя от него.

Здесь нет окон, лишь две двери, поэтому освещением служит лампа на потолке и светодиодные ленты розовых и пурпурных оттенков, от которых красные стены отбрасывают рефлекс на сверкающий пол и на шест, и на висящие картины со странными фигурами.

– Тебе придётся спать здесь, – говорит Гай. – Пока я не найду место, куда можно будет тебя переселить.

– Спать? Предлагаешь мне спать в комнате, где… – Я замолкаю, не осмелившись больше на грязные словечки. – Ты прекрасно знаешь, что тут делают. Зайд уже всё озвучил.

– Других вариантов пока нет.

От безысходности я сползаю по стене вниз и хватаюсь за голову. Сейчас я далеко от дома, нахожусь в компании сына босса британской мафии и ещё двух её членов, в комнате для приватных танцев стрип-клуба, одетая в чёрное короткое платье. Расскажи кто-то всё это мне месяц назад, я бы не поверила, что подобное в принципе может со мной случиться.

Гай вздыхает и подходит к друзьям, доставая своё портмоне. Он вытаскивает пару купюр и вручает Нейту:

– Оба езжайте в магазин и купите постельный набор. Абсолютно любой.

– Тут хватит и на вкусняшки, – улыбается Нейт по-детски, шурша долларами.

– Катитесь, пока я не велел вам перемыть каждый дюйм этой комнаты самостоятельно.

Двое из троих парней тут же освобождают помещение, исчезая за дверью. Теперь мы с Гаем здесь одни.

Снаружи слышатся вопли, весёлые вскрики мужчин, восторгающихся красивыми женскими телами, и музыка. Кажется, одна из песен The Weeknd.

– Что ты обещал этому человеку внизу? – спрашиваю я, надеясь вытащить как можно больше информации, пока нахожусь в заточении. Может быть, она мне пригодится для освобождения. Или хотя бы избавит от необходимости считать себя ребёнком в окружении всех этих грязных дел.

– Защиту от моей семьи.

– И это всё? Ты говорил с ним дольше.

Гай с интересом смотрит на меня. Взглядом, так и твердящим, что я для него любопытная игрушка, которая начала издавать забавные звуки.

– Зачем тебе вдруг понадобилось расспрашивать меня об этой стороне моей жизни? – интересуется он.

– Хочу понять, как ты намерен привести дела в порядок.

– Как обычно. Угрозами и насилием.

Меня передёргивает. Привыкнуть к этому сложнее, чем я думала.

Но Гай понимает, что я не отстану, поэтому начинает говорить снова:

– Вьетнамцы массово перебрались сюда в период войны во Вьетнаме, спасаясь от коммунистического режима. А в восьмидесятых некоторые из них принялись формировать свою группировку. Поначалу занимались рэкетом, обкрадывали квартиры и дома, торговали наркотиками. Уже к девяностым они укрепили свои позиции, расширяя сферу влияния на другие виды преступной деятельности: торговлю оружием и людьми, пока одно событие не столкнуло их с нами – с «Могильными картами». Тогда главенствовал мой дедушка, Богарт Харкнесс, и он был недоволен тем, что кто-то другой сунулся в его владения. Наши предки не зря выбирали штаты, находящиеся подальше от других известных криминальных центров, таких как Нью-Йорк, Чикаго, Бостон, Детройт и других, где вовсю господствуют итальянцы, русские, ирландцы и китайцы. Харкнессы никогда не хотели делить свою власть с кем-то другим, поэтому для своей деятельности избрали наиболее «свободные» от других преступных организаций штаты – Вашингтон, Луизиану, Аляску, Вирджинию и Калифорнию. Но и от полезных связей они никогда не отказывались. Так, например, Дианна вышла замуж за Митчелла Белова, сына босса русской мафии, с которым она познакомилась в Бостоне во время своей учёбы. Так мы получили доступ к Бостону и его нелегальной деятельности, хотя появляемся там крайне редко.

– Значит, и от вьетнамцев