Как приручить джигита - Аня Истомина

Чем ближе подходит Руслан, тем сильнее мне хочется захлопнуть дверь у него перед носом и сбежать.

— Юля? — удивленно хмурит он брови. — Привет. Ты… откуда здесь?

— Привет, — выдыхаю. — Я тут…

Живу? Работаю? Вы ошиблись? Не твое дело?

Что ответить-то?

— В гостях, — решаю ответить так, как есть на самом деле, и запахиваю халат сильнее на груди, потому что взгляд Руслана соскальзывает в вырез.

Ему нравилась моя грудь, но сейчас меня этот факт смущает.

— Привет, Руслан, — раздается за моей спиной голос Дамира.

Он неожиданно оказывается сзади и, приобняв меня за талию, отодвигает от двери.

— Юля, не стой на ветру, простудишься, — добавляет с улыбкой и выходит вперед. — Как дела, брат?

Руслана я больше не вижу, так как оказываюсь за дверью, но сейчас я чувствую, что вот-вот сползу на пол. Брат — это, в смысле, просто обращение “брат”, как любят друг друга приветствовать кавказцы, или это настоящий брат?

Руслан тоже с Кавказа, вроде бы. Или откуда-то близко. И он тоже внес свою лепту в мое недоверие к их национальности, когда бросил беременную, не получив желаемую прописку.

Тогда, много лет назад, я тоже влюбилась без оглядки в горячие речи и бурный темперамент и тогда меня ничего не смущало — безмозглая молодость.

Маме он не нравился, но кто бы хоть раз послушал маму, когда она дает советы? Я считала, что Руслан — особенный.

Да, в отличие от Дамира, он не был богат и работал на стройке, но и я не хватала звезд с небес — верила, что вместе мы со всем справимся. А когда мама категорично заявила, что о прописке не может быть и речи, я, конечно, обиделась на нее, но планировала, что мы с Русланом вместе справимся с любыми трудностями, а он…

А он посчитал, что ему легче будет справиться без моей помощи. А мне, видимо, без его. Потому что он исчез, и его не волновало, что будет со мной и нашим ребенком.

Дамир и Руслан перекидываются парой нейтральных фраз и прощаются. К счастью, они ни словом не упоминают меня — у отца Ромы хватает ума ничего не ляпнуть про наше знакомство.

— Юля, все хорошо? — уточняет Дамир, закрывая дверь. — Ты чего такая бледная?

— Все хорошо, — с трудом отлепляюсь от стены и направляюсь на кухню вперед Дамира, чтобы он не волновался. — А это что, реально твой брат?

— Да нет, это просто знакомый. У него свои кофейни с восточными сладостями, и он сам доставку делает.

— Ого, — искренне удивляюсь.

Где Руслан-строитель из моего прошлого? Я бы уже засомневалась, что это он, если бы он не назвал меня по имени. Значит, поднялся и стал бизнесменом? Это, конечно, здорово. Я не держу на него зла. Но и рада я за него не от чистого сердца.

Потому что когда он поднимался, я подыхала от страха за своего сына, слушая диагнозы врачей и выла ночами в подушку, потому что мне не с кем было разделить эту ношу.

Заработала нервный тик и невралгию, заедала стресс и забыла, что я — женщина, которая имеет право быть счастливой. Забила на себя. Да, постепенно все наладилось, страшные диагнозы не подтвердились и осталась лишь наша алалия и моя привычка плотно кушать. Но то, что я пережила, я не пожелаю даже и врагу.

— Да, ему жена деньги на бизнес на свадьбу подарила. Он молодец, раскрутился.

— Да? Здорово. — усмехаюсь. — Любит, наверное, его сильно, раз такой подарок сделала.

— Наверное, уже лет пять я у него сладости покупаю. Только вот детей им Аллах не дал, к сожалению. А они хотят, лечатся.

— Печально, когда так. — качаю головой, но к Руслану сочувствия не испытываю. Наверное, ему это за то, что ребенка бросил. За что жене его только вот непонятно.

— Да. Я вот тоже боюсь, что у меня не будет детей.

— Почему? — удивленно смотрю на Дамира. Он вздыхает и пожимает плечами.

— Пару раз были осечки по молодости. Но никто из девушек не забеременел.

— Так ты же не хочешь жениться, — усмехаюсь.

— Да, не хотел. Но со временем начал задумываться, почему так… Давай пить кофе, Юля, пахлава еще даже горячая, — улыбается Дамир и галантно отодвигает мне стул.

— Знаешь,. — смотрю на него, закусив губу, — мне что-то не хочется сладкого. Давай я приготовлю нам на завтрак что-нибудь сама?

Глава 37. Месть

— В смысле? — растерянно улыбается Дамир. — Тебе не нравится пахлава? Давай закажем что-нибудь другое.

— Нет, я просто не хочу, — отворачиваюсь и закусываю губу.

Сказать или нет?

С одной стороны, мне вообще не хочется, чтобы про меня и Руслана кто-то знал, тем более Дамир. Я вычеркнула этого человека из своей жизни так же, как он когда-то нас. Но… а что, если он сам спросит у Дамира, кто я? Хотя, не очень-то похоже, что они близко общаются, а о том, родила я или нет, Руслан, к счастью, просто не знает.

Но, есть ведь закон подлости, а с моей везучестью он работает в полную силу. Даже сам факт, что я умудрилась встретить бывшего вот таким образом уже о многом говорит.

— Дамир, я должна тебе кое-что сказать, — оборачиваюсь обратно.

Дамир как раз достает из фольги контейнер с пахлавой и открывает его.

Запихнув квадратик слоеного теста в рот, замирает и смотрит на меня.

— Только не подавись, — предупреждаю.

— Юля, ты пугаешь меня, — хмурится он и делает глоток кофе. — Все, я готов.

Вдыхаю поглубже.

— Руслан — папа Ромы.

Дамир замирает, и я тоже перестаю дышать. Жду его реакцию, но ее нет. Он молчит и все.

— Почему ты молчишь? — уточняю аккуратно.

— Ты из-за этого отказалась от пахлавы? — отмирает он.

— Да е-мое! Да, из-за этого. — хмурюсь обиженно. — Это все, что тебя волнует?

— Нет. — качает он головой и тянет мне пахлаву к губам. — Ешь и рассказывай. Он видится с Ромой? Как давно вы развелись?

— Не буду, — уворачиваюсь. — Мы не были женаты. Он ушел, когда я забеременела.

— Юля, пахлава не виновата ни в чем. Она очень вкусная.

— Не вкусная, — бурчу, но Дамир снова тянет ее мне, и я со вздохом кусаю. — Ладно, вкусная. Гад, еще и пахлаву вкусную делает!

— Юля, — Дамир улыбается и внезапно обнимает меня за плечи. — Плевать, кто ее сделал. Главное, кто ей тебя кормит. Руслан знал, что ты беременная?

— Знал. — выдыхаю сердито и откусываю еще кусок пахлавы с такой яростью, будто это голова бывшего, но злость тут