Моя дорогая Джин - Лесли Ламберт

— Журналисты тоже должны сыграть свою роль. В глянцевых журналах регулярно появляются обзоры новых ресторанов, кафе, клубов, баров. Подобная информация размещается и на городских сайтах. Оставляются отзывы на форумах. — Оливер широко улыбнулся: — Джин, я же говорил тебе, что «Апельсин» станет популярнее, чем некоторые бары в Нью-Йорке. А иначе и браться за дело не стоило.

— Я так понимаю, большую заслугу в этом вы приписываете Джин. А вы знаете, что, если бы не я, она даже и не заглянула бы сюда? — подбоченилась Карен.

— Что ж, в таком случае я должен пригласить вас пройти. Хоть вечеринка и закрытая, но… — подмигнул Оливер.

Карен незамедлительно исчезла внутри. Ее каблучки зацокали по кованой лестнице. Джин выжидающе посмотрела на Оливера.

— Что? — улыбнулся он.

— Но почему ты ничего мне не рассказал?

— Хотел сделать сюрприз, — смущенно признался он.

— Да уж, сюрприз удался.

— Что-то не так?

— Я не привыкла к всеобщему вниманию. Чувствую себя не в своей тарелке.

— Зря. Ты очень органична в этом качестве.

— Если бы ты предупредил меня, я…

— Что?

— Сделала бы прическу, свежий маникюр.

Оливер взял руку Джин в свои ладони и внимательно всмотрелся.

— Не знаю, что тебе не нравится. Выглядишь замечательно. Куда свежее и естественней многих напыщенных дамочек из тех, что скопились там, внизу.

— Если ты о них невысокого мнения, то зачем пригласил на презентацию?

— Это часть игры. Чтобы мир начал играть по твоим собственным правилам, иногда приходится подыграть ему. Вначале. Недолго. Джин…

— Что?

— Спасибо тебе. За терпение. За понимание.

Джин не нашлась, что ответить.

— Давай вернемся в бар, — предложил Оливер, — я налью тебе что-нибудь выпить. У тебя такой вид…

— Какой?

— Растерянный. Ты бледна. Ты хорошо себя чувствуешь? Может быть, хочешь прилечь? Эти господа скоро будут способны веселиться без твоего участия. И без моего тоже, между прочим.

— Пойдем вниз, — согласилась Джин.

Оливер снова закрыл дверь на задвижку.

— Неужели я не заметил, как наступила полночь?

Они спустились по лестнице.

— Диджей уже играет. И, должен сказать, играет неплохо. Что ж, наступил новый день, вернее новая ночь, а «Апельсин» так и не превратился в тыкву. В жизни все не так, как в сказке, верно?

Джин засмеялась. В полутьме Оливер коснулся ее плеча, провел кончиками пальцев по шее. Джин ощутила уже знакомое покалывание под кожей. Она не отстранилась.

Вечеринка еще держалась на уровне приличий. Пиарщики и журналисты с бокалами в руках бродили по залу, присаживались на лиловые диваны, щелкали по оранжевым абажурам. За стойкой суетился незнакомый Джин бармен.

— Это Джейк?

— Это Джейк.

— Как его рука?

— Как видишь, хорошо. Он очень радовался, что я не нашел ему постоянную замену. Свою работу Джейк любит. Кстати…

— Что?

— От нового дизайна наш бармен в полном восторге.

— И много он в этом понимает? — поинтересовалась Джин.

Они остановились у подножия лестницы. Джин наконец-то получила возможность как следует рассмотреть обстановку. Она ведь так и не видела окончания интерьерных работ, доделывания последних мелочей, добавления главных штрихов.

— Что скажешь, Джин? Тебе самой нравится?

— Очень трудно оценить, — со вздохом призналась она. — Со стороны всегда виднее…

— Очень простой критерий. Тебе либо нравится, либо нет.

— Я вложила сюда душу, но… Как знать, насколько это верно с точки зрения классических канонов и различных правил?

— Умоляю, остановись! — Оливер поднял руки в протестующем жесте. — Какие еще правила? Джин, неужели ты предпочитаешь жить по правилам?

— Я…

— Оливер, — позвал его кто-то. — Тебе не могут дозвониться из Нью-Йорка.

— Кажется, я оставил телефон за каким-то из столиков. Иди возьми себе чего-нибудь выпить. Не скучай, Джин.

Оливер отошел. Джин задумчиво подошла к барной стойке, взгромоздилась на высокий табурет.

— Пожалуйста, какой-нибудь коктейль…

— Что вы предпочитаете?

— Не знаю. Мне все равно. Что-нибудь покрепче…

Бармен понимающе улыбнулся.

«А Оливер за этой стойкой смотрелся лучше…»

— После крепких напитков наутро болит голова, — заметил Джейк. — Если позволите, я смешаю вам мягкий коктейль. Сами не заметите, как вас заберет, и сможете расслабиться. Вы ведь этого хотите?

— Да, — призналась Джин, — я очень хочу расслабиться.

— Все мы иногда прибегаем для этого к алкоголю. Но важно, чтобы его при этом еще и было приятно пить. Не стану поить вас ни текилой, ни ромом, ни виски. Еще чего не хватало. Такой изящной девушке не пристало напиваться сродни матросам. — Все это время Джейк что-то смешивал, подливал в шейкер, добавлял. — Готово! — наконец объявил он и подал Джин вытянутый бокал. — Наслаждайтесь.

— А мне смешайте что-нибудь покрепче и послаще. Можно хотя бы виски с колой. — Карен мило улыбнулась Джейку, присела рядом с Джин.

— Как можно?! — не согласился Джейк. — Это банальное сочетание… уж я найду чем вас удивить.

Он снова принялся колдовать над бутылками. Джин засмеялась.

— Как ты? — спросила Карен.

— Потихоньку прихожу в себя, спасибо. Представляешь, я до сих пор не оценила плоды своих многодневных трудов.

— Да кто ж тебе мешает?

— Постоянно кто-нибудь отвлекает.

И Джин принялась разглядывать зал.

Она нашла, что помещение, битком набитое людьми, смотрится очень органично. Свежо, весело, но не примитивно, ярко, но не вульгарно, с изюминкой, с особой ноткой.

Барная стойка, темная, с шеренгами пестрых бутылок, выглядела словно флибустьерское судно, покачивающееся на залитых предзакатным солнцем волнах. Грубоватая, с рядами простых табуретов, она выделялась на общем фоне светлого и сочного интерьера.

В целом сочетание получалось очень интересным.

Джин отметила стопку новых меню на краю барной стойки, идеально выверенную расстановку новой мебели, стильность вешалок и теплое свечение абажуров. Внезапно она почувствовала прилив гордости за то, что все удалось.

Карен наклонилась к ней и тихо сказала на ухо:

— Надеюсь, ты не приписываешь заслуги успеха «Апельсина» себе?