Сказка для Белоснежки - Дайан Левинг

Сестры вернулись домой с ворохом покупок: платье, аксессуары, чулки, туфли, белье… Все стоило запредельно дорого, но в конце концов Виолетта согласилась с Синтией: свадьба – такое событие, на которое нельзя жалеть денег.

– Гарольд будет в восторге! – произнесла Синтия, ступая на порог дома. У нее в руках было несколько коробок, и она едва могла видеть, куда идет.

– Я стараюсь вовсе не ради Гарольда, – рассмеялась Виолетта

– Неужели? А ради кого?

– Ради себя, если тебе уж так нужен мой ответ.

– Что ж, не могу с тобой не согласиться. Свадьба это, как правило, праздник невест.

– Праздник гостей, – ухмыльнулась Виолетта. – Жених и невеста чаще всего не могут потом вспомнить, как все происходило. Им не до веселья.

– Откуда ты знаешь, ты же еще не была замужем? – подмигнула ей Синтия. Она поджидала сестру, положив ладонь на ручку двери.

– Мне рассказывали, – сказала Виолетта и тут же прикусила язык.

– Любопытно. – Синтия подняла брови. – Кто же это тебе рассказывал?

– Я не помню! – радостно сказала Виолетта. – Да разве это так важно?

Синтия открыла дверь и застыла на пороге, загородив проход. Поскольку она была выше Виолетты, та ничего не видела.

– Что случилось? – спросила младшая сестра.

– О, входите, Синтия! Именно вас мы и ждем! – послышался голос Мартина.

Виолетта прикрыла рот рукой, чтобы сдержать рвавшийся наружу возглас. Зачем Мартин пришел?! Ну зачем?!

Синтия сделала наконец шаг вперед и, не останавливаясь, с гордо поднятой головой прошествовала в гостиную, чтобы оставить там покупки. Мартин стоял в холле, прислонившись спиной к стене. Он слегка насмешливо смотрел на Виолетту.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она и только сейчас заметила Гарольда.

Он стоял у другой стены и держался рукой за нос. По пальцам текла ярко-красная кровь.

– Мы немного поспорили с… твоим женихом, – произнес Мартин.

Виолетта медленно переводила взгляд с одного мужчины на другого, соображая, как ей следует себя вести. В холл вышла Синтия и встала между Гарольдом и Мартином.

– Вас сюда никто не приглашал, доктор Соул, – произнесла она. – Выметайтесь из нашего дома.

– Это не только ваш дом, – возразил ей спокойно Мартин. – Если Виолетта захочет, чтобы я ушел, я покину его.

Виолетта сглотнула слюну, ставшую вдруг вязкой.

– Уходи Мартин, – тихо произнесла она, глядя в пол.

– Ты действительно этого хочешь? – Виолетта не видела его, но по голосу слышала, что он потрясен ее предательством.

Она кивнула.

– И ты даже не посмотришь на меня? Я, заметь, даже не требую никаких объяснений. Хотя мог бы.

– Каких еще объяснений?! – вскричала Синтия возмущенно. – Какое вы имеете право что-то требовать?! Убирайтесь или я вызову полицию!

Виолетта наконец решилась на него посмотреть. Мартин не сводил с нее глаз. В его взгляде читались боль и разочарование.

– Я же просила тебя пока не приходить.

– Да, ты сказала, что у тебя дела. Я вижу, чем ты занята. Выбираешь свадебное платье. И что с тобой только случилось, Виолетта?

– Ты меня обманул, – выдавила она из себя.

– Что я сделал? – округлил глаза Мартин.

Синтия расплылась в улыбке.

– Да-да, обманул! И я не позволю выяснять отношения у меня в доме! Убирайтесь, доктор Соул.

Однако он подошел к Виолетте, схватил ее за плечи и легонько тряхнул. Гарольд оторвался от стены, но, сделав всего один шаг, остановился. Он уже имел возможность убедиться в том, что у доктора Соула тяжелая рука.

– Виолетта, взгляни на меня, – потребовал Мартин. – Что они с тобой сделали? Накачали наркотиками?

Она взглянула, пытаясь вложить в свой взгляд все, что хотела ему сказать: не вмешивайся, Мартин, уходи!

Однако он ее не понял. Пытаясь, по его мнению, привести Виолетту в чувство, он забыл о своих противниках. А Виолетта успела лишь увидеть, что Синтия подошла ближе и занесла над головой тяжелый предмет. Один удар – и Мартин уже лежал без сознания у ног своей возлюбленной.

Виолетта взвизгнула и закрыла рот рукой, потом посмотрела на Синтию. Та, тяжело дыша, отбросила прочь фарфоровую тяжелую вазочку, которая упала на пол и разбилась.

– Что ты наделала?! – не своим голосом закричала Виолетта. – Да ты его убила!

Она упала на колени рядом с Мартином и принялась трясти его, потом схватила за запястье, чтобы нащупать пульс. Синтия оттолкнула сестру в сторону и присела возле Мартина, осторожно взяв его за руку.

– Пульс есть, – произнесла Синтия, брезгливо роняя руку пострадавшего. – Никого я не убила. Однако этот Соул опасный преступник, его нужно связать и запереть в какой-нибудь комнате, пока полиция не заберет его.

Виолетта с ужасом смотрела на нее. Синтия не мигая встретила ее взгляд, а потом взглянула на Гарольда.

– Чего прирос к стене? – произнесла она командным тоном. – Неси веревку! Доктора Соула необходимо связать.

– У него кровь течет, – простонала Виолетта, указывая на висок Мартина, по которому стекала багровая струйка.

– Выживет, – ответила Синтия безжалостно. – Надеюсь, ты не станешь его жалеть. Я бы не хотела принимать суровые меры по отношению к тебе.

Виолетта сглотнула слюну. Синтия не шутила. Эта женщина была способна на все, когда рушились ее планы. Если Виолетта попытается что-нибудь предпринять, то еще неизвестно, к каким последствиям может привести ее предприимчивость.

– Синтия, – произнесла Виолетта негромко, не сводя глаз с Мартина, который даже не шевелился, – ты бы хоть проверила, не нужно ли оказать ему первую медицинскую помощь. Если он истечет кровью и умрет, то тебя обвинят в убийстве.

– Я скажу, что защищалась, – произнесла Синтия, но все же снова присела на корточки и приподняла голову Мартина, чтобы осмотреть рану. Кровь испачкала пол, запеклась на светлых волосах… Синтия поморщилась. – Рана неглубокая, он просто потерял сознание.

Виолетта вдруг увидела мелькнувшую тень в конце холла, в стороне, где находилась библиотека.

Гарольд? Если он решил там поискать веревку, то потерпит фиаско.

Однако Гарольд неожиданно появился позади Виолетты.

– Я нашел вот этот шнур от штор, – сказал он, протягивая его Синтии.

– Сойдет, – одобрила та и указала на Мартина. – Свяжи его.

– Я?! – взвизгнул Гарольд.

– Ты предлагаешь это сделать мне? – спросила Синтия спокойно, но Гарольд сразу как-то съёжился – столько в ее голосе было угрозы.