Хозяйка гостиницы, или Драконам вход воспрещен! - Алана Алдар

— Пока я его найду, ты можешь и не дождаться…

Мне бы и самому не помешало к целителю. Разодранное шипом плечо кровило сильно. Рукав набух, потяжелел и теперь стал промерзать, мешая движениям. Лицо пекло. Хоть я и сбил жар от ожога о снег, драконья кровь всё равно хорошенько меня поджарила. Похоже, не видать моей невесте смазливой рожи жениха на свадебном пиру. Да и какой теперь пир…

Я замедлил, насколько мог, время для Никиты. Действие, вообще, очень краткосрочное, и чем дальше я буду отходить от медведя, тем слабее будет эффект от моей магии, но больше ничего сделать для него я не мог. В целительстве я как раз сам медведь. Неуклюжий и неповоротливый. Таких талантов звёзды, не отсыпали, хоть и пригодилось бы сейчас.

Я снял свой тёплый камзол, едва не взвыв от боли в руке, накинул на Никиту, чтоб не замёрз, и побежал в сторону санатория. Вернее, того, что от него осталось. Люди суетились, давя остатки пожара, кто-то рыдал, кто-то ругался. Там и тут слышалось «проклятущие твари, не было, так налетели на наши головы». Я ощутил укол вины, что принёс беду в эти дома. Ещё недавно ощущал себя частью этого мира, почти желанным уже гостем. Даже не гостем. Своим. Теперь и здесь не будет мне места. Станут винить за все грехи разом. Как в детстве винили за смерть матери, так теперь за пожарище. Вроде и не виноват, а с другой стороны…

— Тихон, все целы? Кто пострадал? — отмахнувшись от этих мыслей, я взял на себя роль того, кем с детства готовился стать — хозяина. Того, кто решает проблемы и устраняет последствия.

— Так вроде живёхоньки. Пару человек обгорело чутка, пока тушили-то, — отозвался Тихон и, что странно, ни во взгляде его, ни в голосе не было осуждения или презрения. — Постройки вот только… Не уцелело ничего. Как пальнул этот, так и всё занялось разом, мы и моргнуть не успели-то… Банька так вообще…

Я похлопал его по плечу, подмечая, что кафтан его обуглился в паре мест и порван на плече.

— Спасибо тебе, Тихон.

Он вдруг смутился: — Дак я что, за общее же дело, вашлордство.

Я кивнул.

— Нам бы целителя. Там Никита при смерти. Ты тут лучше людей знаешь, позови, кого надо. Я осмотрюсь.

— Так и вам бы целителя тоже, барин.

Я отмахнулся, буркнул, что в порядке и обойдусь пока, пошёл осматривать останки дома. Так грустно было смотреть на сожранное огнём. Я вспоминал, как ещё утром был здесь счастлив. Ель в столовой, комнату свою аварийную. И так всё это стало жалко… Даже не представляю, как Рок сказать. И как извиняться тоже.

Я её тут и нашёл, в самом центре усмирённого пожарища. Так и знал, что не послушается, прибежит. Да и можно ли ругать её? Она стояла, обняв себя за плечи, и смотрела пустым взглядом перед собой. Я замер, не зная, как к ней подойти и какими глазами на неё смотреть.

Сделал шаг, обнял аккуратно, не зная, оттолкнет или станет гнать от себя теперь.

— Прости меня, что не доглядел. Я виноват…

Она обернулась, сморгнула отрешённость. Безвольно опустила руки вдоль тела.

— Да ты при чём. Ты как будто за братца своего не в ответе.

Голос такой далёкий, пустой. Ни слёз в нём, ничего. Только мерзлота, как льдом всё заволокло. Я даже не сразу осознал смысл сказанного. А потом…

Я всю жизнь как будто только этих слов и ждал. Что не виноват. Что нет моей вины.

— Ты раненый вон! Что с лицом? А крови сколько!

В голосе появилась жизнь. И тревога.

Надо же. Я виноват перед ней, а она беспокоится, что поранился. Никого никогда раньше такие вещи не беспокоили. Я привык жить с мыслью, что сдохну — все только порадуются. А ей в такой страшный час за меня тревожно.

Неужели так бывает вообще? Неужели так со мной может быть?

Я прижал её к себе крепче.

— Ничего, это последнее, о чём тебе стоит волноваться. Прости меня за всё, что я в твою жизнь принёс. Мы всё исправим. Отстроим тебе каменный пансион. В два раза больше. Никаких аварийных комнат. На все 13 Королевств прославится. Обещаю.

Она всхлипнула, а потом обречённо и тихо прошептала в грязную мою рубашку:

— Да какая разница теперь… Всё равно уезжать скоро. Людям бы вернуть, где жить, многие жили прямо тут, в пристройках…

— Мы никуда не уезжаем, Рок. Я остаюсь на Стрельце. С тобой. У меня знакомые есть, откроем ресторацию при гостинице, если захочешь. Марья будет там главенствовать. Договоримся с Никитой на лесные туры и всякие рыбалки. Ты не плачь только. Я всё исправлю, обещаю.

Глава 30

Рок

Первые три дня после пожара я почти не спала, и не потому что негде было, наоборот, Никита, едва очнувшись после целительских манипуляций, предложил свой дом. Точнее, не предложил даже, а просто велел Тихону отвести всех туда, пока сам будет отлёживаться в больнице.

— Не спорь, — прохрипел он, ворочая языком и кивая на мой уже открывшийся в возражении рот. — Дом большой, места хватит и тебе с мужем, и всем гостям. Даром что ли мэрская резиденция? Да и печь там хорошая, жаль ёлки нет… так бы пир закатили, новогодний.

Не знаю уж, как пир, а печь у нашего мэра действительно оказалась хорошей.

И дом оказался большим, настоящий терем в два этажа, с резными наличниками и широким крыльцом. Как он здесь, один, вообще живёт?

Я раньше у него не бывала, чтоб вот так, по-хозяйски да во все комнаты нос сунуть. Так, когда только приехала в городишко этот, да собралась драгоценности Рокси пристроить в нужное дело, пришла на встречу к мэру, а он как-то сразу меня и раскусил. Что попаданка и вообще… Но после Никита всегда сам приходил в санаторий, а не приглашал к себе. Да и джентльменскую дистанцию держал.

Гости мои тоже удивили. Не разьехались кто куда, не требовали компенсаций или возмещения ужерба. А прям как семья, все дружно переехали к Никите и расположились кто где, не ругаясь за комнаты или удобства.

Супруги Викрейн