Греческие каникулы - Джейн Гроноу

Она прилегла на кровать. Однако уснуть так и не смогла, несмотря на мерное гудение кондиционера и приглушенную музыку со стороны бассейна, где зажигала очередная дискотека. Она лежала, закрыв глаза, и события последних двух дней прокручивались в ее голове стремительно, словно видеолента в магнитофоне, включенном на режим обратной перемотки.

Вначале кадры были черно-белыми и нечеткими, однако с каждой минутой становились все ярче и ярче. Как будто в ее голове починили блок, отвечавший за четкость и цвет.

Нож! Внезапно, четко и ясно Лиз увидела нож Джона. Этот маленький сувенирный ножик с красивой ручкой. Джон взял его на дискотеку, словно заранее знал, что он пригодится. Почему? А зажигалка? Его зажигалка! Такую же Лиз обнаружила в своем номере, когда чуть не погибла из-за сломанного фена. Странное совпадение… Да, и еще! Почему этот долговязый и нелепый англичанин постоянно оказывался в том же месте и в тот же час, что и они с Тони? Вроде неловкий и смешной увалень, тюфяк — и на тебе… Конечно, Крит — остров небольшой, однако здесь есть множество уютных уголков, где всегда можно затеряться…

Однако чем больше Лиз задумывалась обо всем, что случилось с ней за несколько последних дней, тем меньше что-либо понимала. Отрывочные эпизоды ее жизни на острове вставали перед глазами яркими кадрами, однако отказывались складываться в цельную картину. Словно кто-то очень ловкий мешал ей разложить пасьянс или закончить паззл последним, завершающим кусочком. Что-то во всем этом было не так…

Элизабет в очередной раз вспомнила и сломанный фен, который едва не стал причиной ее гибели, и гидроцикл, мчавшийся на нее с бешеной скоростью, и цветочный горшок, чудом пролетевший мимо, и хулигана с ножом во дворце царя Миноса. И внезапный камнепад в ущелье, под которым она едва не погибла.

Так, надо по порядку… Кому нужна ее смерть? Ее ненавидит только один человек на свете — Майк. Убийца мог быть нанят ее бывшим мужем. Но у Майка не было, не могло быть столько денег! И потом — зачем? Чем она ему мешала? Они же и так расстались…

Дальше. Кто из окружавших ее людей мог пытаться ее убить? Милый и смешной Джон? Галантный владелец отеля? Кто из них так жаждет убить ее здесь, на этом райском острове?

Ясно только одно — это был человек, который знал обо всех ее перемещениях по острову…

Господи! Неужели Тони? Только он один знал о ее планах на день… Нет! Только не он! У Тони было за эти дни с десяток возможностей расправиться с ней, однако он ими не воспользовался…

Тогда кто? Хозяин отеля? Этот «крестный отец» с золотой цепью на шее и попугаем. Да и он давно уже мог бы придушить ее во сне, имея ключи от всех номеров. А потом сбросить со скалы, имитируя несчастный случай…

Нет, от всех этих домыслов можно сойти с ума. Пожалуй, главное, что она должна сейчас сделать — это выпить снотворное и попытаться поскорее уснуть. А для этого надо перестать думать обо всем дурном и страшном.

Первую часть — выпить снотворное — выполнить оказалось несложно, а вот со всем остальным было хуже. Чем больше она приказывала себе спать, тем активнее работал мозг.

Лиз лежала в темноте, вновь и вновь прокручивая в голове события последних дней и ненадолго забываясь тяжелым сном, полным кошмаров и нехороших предчувствий.

На следующее утро, чуть свет, разбитая и невыспавшаяся, Лиз отправилась в полицию.

Мрачноватое здание с решетками на окнах, замусоренный внутренний дворик заставили сердце Лиз тоскливо сжаться. Как не похож был этот серенький пейзаж на ласковое море, в котором они только вчера плавали с Тони, на апельсиновые рощи и садики с розами.

Лиз поёжилась от одиночества и предчувствия беды. Ей показалось, что кто-то задул в ее душе свечку, которая грела и освещала ее существование в последние несколько дней. Стало зябко и холодно. Без Тони, без его любви жизнь теперь показалась бессмысленной и никчемной. Лиз трясло так, словно у нее началась любовная ломка — похожая на ту, что бывает у алкоголика, когда тот долго не прикладывается к бутылке. Она вспомнила Майка, который всегда становился мрачнее тучи, если не успевал получить свою дозу спиртного. Вот так и она сейчас — без Тони, без его ласк, без его рук, без его добрых слов… Лиз чувствовала себя опустошенной, несчастной, покинутой. В сердце застряла какая-то тупая боль и не давала думать ни о чем. Вернее, ни о ком. Кроме Тони.

Лиз с испугом поняла, что стала почти физически зависима от этого красивого мужчины, который случайно ворвался в ее жизнь, как сильно действующий наркотик, подарив яркие впечатления, грезы, надежды, радость. И, главное, самую большую и светлую любовь в ее жизни.

— А мы за вами уже послали, миссис Кэнди. Никак не ожидали, что прибудете сами, к тому же так рано, — улыбнулся Лиз маленький пухлый полицейский с быстрыми и умными глазками на румяном лице. Он снял фуражку и вытер лысину огромным темно-зеленым носовым платком. — Пройдемте в мой кабинет, — галантно предложил он даме, пропуская ее вперед.

Не успела Лиз сесть на стул, предложенный ей полицейским, как тут же вскочила. В кабинет вошел Тони, ее дорогой Тони, под конвоем высокого и тощего полисмена. Рука его была подвязана, а лицо необычайно бледно после бессонной ночи и потери крови.

— Тони Крус проходит по делу как участник вчерашней драки в ресторане, — сказал капитан. — Однако причины, побудившие его броситься на Джона Бриттена, признаны уважительными, к тому же мистер Крус получил ножевое ранение и нуждается в лечении. Так что он будет сейчас освобожден. Второй участник драки — Джон Бриттен, подданный Великобритании, нанес Крусу телесные повреждения. Он будет депортирован на родину. Все материалы дела мы перешлем туда. Возможно, вам, миссис Кэнди, как и мистеру Крусу, придется участвовать в судебном процессе в качестве свидетелей.

— Капитан, но ведь у Джона был сувенирный ножик, — робко сказала Лиз. — Я сама видела…

— Нож Джона Бриттена приобщен к делу как вещественное доказательство, — сухо сказал полицейский. — Сувенир оказался настоящим охотничьим ножом, который квалифицирован как холодное оружие. Именно потому, что Тони Крус увидел у него в руке этот «сувенирчик», он и бросился вас спасать. Похоже, Бриттен собирался приветствовать прекрасную танцовщицу весьма своеобразно… Так что благодарите своего спасителя, миссис Кэнди. Кстати, хозяин отеля «Фортуна» — наш добровольный помощник, как и другие владельцы отелей на Крите. Господин Максимопулос недавно сигнализировал нам о странном поведении англичанина. У нас есть информация о том, что Джон Бриттен занимался на острове не вполне законными делами. Естественно, мы поделимся этими данными со своими коллегами в Великобритании. Надеемся, вопросы к нему появятся и у Британского королевского суда. Вот так-то, уважаемая миссис Кэнди. А пока мы отпускаем потерпевшего Тони Круса под ваше поручительство.