Блаженство - Лоринда Скотт

Впервые в жизни Фанни вела себя пристойно. Когда Дональд и Маргарет вернулись с притихшим и заштопанным Кевином, она продолжала терпеливо ждать у дверей и несказанно обрадовалась, снова увидев своего юного друга.

Пока Дональд, готовясь вернуться в больницу, чтобы провести ночь рядом с сыном, собирал сумку с вещами для себя и Тони, Маргарет уложила Кевина и торопливо занялась ужином для Дональда.

Через несколько минут мистер Кимберли появился на кухне и рассеянно уставился на еду.

— Маргарет, я не могу есть…

— Вы должны. — Она заставила его присесть и поставила перед ним тарелку. Он поковырялся в ней. Даже поднес кусок ко рту, но тут же отложил его. На мгновение он опустил голову на руки, затем с усталым вздохом провел руками по лицу и посмотрел на Маргарет. В глазах его стояло мучительное выражение, и она всем сердцем сочувствовала ему.

— А что, если у Тони будет кровоизлияние в мозг? — пытаясь сохранять спокойствие, спросил он, но голос у него дрожал и руки тряслись. — Что, если он… — У Дональда прервалось дыхание, и он с трудом втянул воздух сквозь зубы. — Что, если он умрет?

Маргарет сжала ладонями его подрагивающие руки. — Он не умрет, — произнесла она с предельной силой убеждения.

— Кэтрин умерла.

Маргарет закрыла глаза. Она была не в силах видеть страдание, исказившее его черты, когда он произнес эти два простых слова.

— То было совсем другое дело, — напомнила она ему. — У вашей жены был серьезный органический порок, о котором вы не знали. И такой исход был неизбежен.

— У Тони его нет. Но он может погибнуть.

Маргарет содрогнулась. Выпустив его руки, она встала, подошла к окну и, ничего не видя перед собой, уставилась на темнеющую кущу сада, за которым тянулся лес.

— Понимаю. Я виновата. Вы хотите, чтобы я ушла?

Дональд помолчал.

— Не знаю, — наконец сказал он. — Я еще не думал об этом, но… не знаю. — Он с силой опустил руки на крышку стола, и Маргарет вздрогнула от неожиданности. — Черт побери, Маргарет, что им было нужно в лесу? Почему вас не было с ними? За это вам и платят!

Она закрыла глаза, чтобы не видеть его лица, искаженного болью, которая терзала ее саму куда больше, чем собственное чувство вины.

— Я знаю, — прошептала Маргарет. Больше ничего сказать она не могла, и все извинения были излишними.

Схватив тарелку, он швырнул ее в мойку. Тарелка разлетелась на куски, а брызги подливки попали даже на окно. Звякнув, вилка полетела на пол, но Маргарет стояла как вкопанная — такой гнев, такая боль были на лице Дональда.

Он отвернулся, не желая смотреть на нее.

— Я должен возвращаться к нему. С вами я поговорю попозже, когда успокоюсь.

Подхватив сумку, он вышел, с грохотом захлопнув за собой дверь. По ее щекам тут же полились слезы, которые она удерживала вот уже несколько часов.

— Пожалуйста, — беззвучно взмолилась Маргарет, — только бы он не умер!

И когда она принялась убирать кухню и собирать остатки тарелки, ее не оставляло чувство вины, смешанное с болью и страхом. Затем она поднялась к спящему Кевину, села рядом с ним и, поглаживая мохнатые уши Фанни, невидяще уставилась в сумрак комнаты. Повсюду были раскиданы вещи Тони, его школьная форма валялась на полу, а из-под кровати высовывался плюшевый медвежонок.

Подняв, она прижала игрушку к груди, вцепившись в нее, как в спасательный круг. У него всего лишь сотрясение мозга, напомнила она себе. Ничего серьезного. Они оба драматизируют ситуацию, но, поскольку Кэтрин скоропостижно скончалась от кровоизлияния в мозг, трудно винить Дональда за его опасения.

Она поцеловала Кевина, укутала одеялом его худенькие плечики и снова спустилась вниз, оставив Фанни бодрствовать рядом с мальчиком.

Ну почему она отпустила их в сад? Нельзя, что ли, было предвидеть, что дети не послушаются и удерут в лес? Здравый смысл подсказывал, что невозможно ежесекундно контролировать шустрых мальчишек. Но Тони пострадал, и она испытывала такое чувство вины, что здравый смысл был слабым утешением.