Ее незабываемый любовник - Мерлин Лавлейс

– Так ты и не воровка. Взгляни на меня. Ты не воровка. Не мошенница. Не преступница. Поверь, я достаточно часто имел дело с таковыми. А теперь у меня два вопроса, прежде чем мы приступим к гуляшу. Пока он окончательно не остыл.

– Только два?

Голос ее дрожал, глаза все еще блестели от непролитых слез. Она по-прежнему умирала от унижения. Дом поклялся стереть в порошок ту тварь, которая довела ее до этого.

– Где теперь этот Джейсон?

– Отбывает наказание в Данвилской исправительной колонии.

– Это вычеркивает его из моего списка. Пока.

Улыбка солнечным лучиком прорвалась сквозь тучи, омрачавшие ее лицо.

– А второй вопрос?

– Сколько еще ты будешь мять несчастный хлеб?

Она удивленно взглянула на бесформенную массу, вылезающую между пальцами.

– Возьми.

Он протянул ей салфетку:

– Ешь гуляш, dragam. Потом мы поедем домой и начнем снова искать твою картину.

Домой.

Слово отдалось в мозгу Натали, когда Дом открыл дверь в мансарду и Герцог радостно бросился им навстречу. Она льнула к звуку этого слова. К мысли о доме.

Мужчина и пес отправились на прогулку. А она стала распаковывать чемодан.

Туалетные принадлежности отправились в ванную, белье в угол полки в гардеробе. Скривив губы, она подняла аккуратно сложенные блузки.

Натали знала, что никогда не была принцессой Кейт Миддлтон. Не была высокой, гламурной, не имела внешности супермодели. Но у нее есть вкус. Она предпочитала, как теперь вспомнила, джинсы с подпоясанными туниками или кардиганами поверх топов, пока не появился Джейсон.

Он хотел чего-то более сексуального. Яркого. Она сжалась, вспоминая, как он подавлял ее стыд, заставляя надевать облегающие юбки и кружевные бюстье. Она все сожгла, и кожаные юбки, и бюстье, и шпильки, и тесные топы, и пояса для подвязок, и лифчики пуш-ап. Отнесла в мусоросжигатель вместе с остальными вещами, на которых остались запах или отпечатки пальцев Джейсона.

А потом купила новый гардероб. Стародевичьи блузки и бесформенные полотняные платья. Она перестала пользоваться косметикой, укладывая волосы в пучок. И даже начала носить очки, в которых не нуждалась. Как теперь она понимала, отбывала покаяние за свои грехи.

Она все еще смотрела на сложенные блузки, когда вернулся Дом с собакой. Увидев, что у нее в руках, уронил поводок на кухонную стойку и подошел к Натали.

– Они тебе больше не понадобятся. И вообще все это тебе больше не понадобится.

Когда он застегнул чемодан и прислонил к гардеробу, Натали обуяло пьянящее чувство свободы. Словно сбросила кожу, столь же неестественную и неудобную, как та, в которую пыталась втиснуться ради Джейсона. И, окрыленная этим чувством, широко улыбнулась.

– Если не хочешь, чтобы я продолжала совершать набеги на твой гардероб, придется снова везти меня на шопинг.

– Если хочешь, можешь взять у меня любую вещь. Хотя, должен признать, предпочитаю, когда на тебе вообще ничего нет.

Желание охватило ее. В этот момент она могла беззаветно отдаться Дому, утолить ноющий голод по его прикосновению. Она обхватила его за шею и позволила его улыбке исцелять давние шрамы.

– Должна признать, что предпочитаю тебя в таком же виде.

– Предлагаю сбросить одежду.

Они добрались до постели. Едва. Строгая команда помешала Герцогу присоединиться к ним. Натали вынудила себя не смотреть на укоризненную морду пса, пока губы, зубы и очень умелые руки Дома не заставили ее забыть обо всем, кроме него.

Она еще не опомнилась от всепоглощающего наслаждения и почти спала, когда он прижал ее к себе и прошептал что-то на венгерском.

– Что это означает?

– Спокойной ночи, дорогая.

Ее сердце пропустило удар, но она не попросила пояснить столь интересный перевод. Придвинулась ближе и уплыла в глубокий сон без сновидений.

Наутро она проснулась от стука. Приоткрыла один глаз, послушала несколько секунд, прежде чем поняла, что это дождь стучит по крыше. Зарывшись в одеяло, высунула нос только тогда, когда над ней прозвучал веселый голос:

– Мы с псом идем на пробежку. Кофе на плите, когда будешь готова его выпить.

Она повернулась на другой бок:

– Ты выходишь в такой дождь?

– Одно из наказаний за приобретение беговой борзой. Ему нужны регулярные упражнения, невзирая на погоду. Да и мне тоже.

Натали что-то проворчала, искренне благодаря за то, что ее не пригласили присоединиться к утреннему ритуалу.

– Я принесу яблочные оладьи на завтрак, – пообещал Дом, вместе с весело скачущим псом направляясь к двери. – Потом нам нужно ехать в посольство, в налоговую и таможенную администрацию.

– И по магазинам! Мне нужно кое-что купить.

Перспектива пополнить гардероб яркими цветами и мягкими текстурами стерла всякое желание заимствовать вещи. К тому времени, как Дом и Герцог вернулись, она успела принять душ и переодеться в единственные джинсы и топ.

Они устроили себе пиршество из кофе и оладий, которые Дом умудрился уберечь от дождя. Он подготовился к визитам, приняв душ и побрившись. От восхищения при виде его в джинсах и свитере грубой вязки она потеряла дар речи.

– Захвати папку с Каналетто, – посоветовал он.

– Все здесь. – Она похлопала по портфелю. – Я на всякий случай скопировала самые важные документы.

– Прекрасно.

Он поднял куртку, которую она уже успела присвоить:

– Надевай и пойдем.

Натали была рада теплу, когда они спустились к машине. Дождь сменился моросью, холодная сырость пробирала до самых костей.

Американское посольство занимало элегантный дворец начала прошлого века, выходивший на зеленый парк. Высокая металлическая ограда и бетонные блоки превратили его в современную крепость. У контрольно-пропускного пункта охраны собирались длинные очереди. Дом подвел Натали к боковому входу, где очередь была гораздо короче.

Удостоверение агента Интерпола позволило им довольно быстро войти в посольство. Пройдя охрану и рентген, они прибыли на встречу вовремя.

Замена утерянного паспорта заняла менее получаса. Натали предъявила копию водительских прав и уже заполненные бланки. Подписав необходимые документы в присутствии консульского служащего и заверив их подписью другого служащего, ожидала, пока принтер выдаст копию паспорта.

Она поморщилась при виде фото, сделанного немногим более года назад, когда последний раз получала паспорт, поблагодарила служащего и сунула паспорт в сумку со странным, неприятным чувством. Ей бы радоваться тому, что память возвратилась вместе с документами. Теперь можно покинуть Венгрию, ехать домой или в любую точку земли, куда приведут исследования.