Ее незабываемый любовник - Мерлин Лавлейс

Скоро, слишком скоро для нарастающей тоски они оказались в кабинке с высокими стенами, что позволяло говорить свободно и одновременно любоваться ослепительно красивой панорамой другого берега. Дом сделал заказ и жестом велел Натали подождать, пока официантка не принесет кофе и корзинку с ржаным хлебом. Он налил в кофе Натали больше молока в соответствии с ее американскими вкусами и подвинул чашку:

– Выпей, передохни и расскажи, почему ты так расстроена.

Она подлила молока в кофе, повертела ложечку и снова прикусила губу.

– Натали. Расскажи.

Она подняла глаза:

– Та шваль, которую ты ловишь. Воры, мошенники и другие преступники. Я одна из них.

У нее перехватило горло. Она так боялась его реакции! Предвкушала отвращение или ледяное отчуждение. Тот факт, что он и глазом не моргнул, немного озадачил. Но только на момент.

– О боже! Ты знаешь? – Стыд облил ее жаром, вместе с ним пришло и ужасающее озарение. – Ну конечно! Ты с самого начала знал, верно?

– Не с самого начала и не детали.

Его спокойный, ровный тон был разительным контрастом начинающейся истерике в ее голосе.

– Только то, что ты была арестована, но обвинения позже были сняты, а ты оправдана.

Она ответила коротким горьким смехом:

– Очевидно, какие-то следы остались.

Официантка принесла гуляш. Короткая пауза не дала ей достаточно времени смириться с тем, что Дому известна ее самая глубокая, самая мрачная, самая унизительная тайна.

Официантка ушла, но дымящийся гуляш оставался нетронутым, пока Натали досказывала свою печальную историю:

– Понятия не имею, сколько всего тебе известно обо мне, но до того, как помогать Саре, я работала на штат Иллинойс, а именно в совете гражданской службы. Вместе с другими осуществляла проект оцифровки старых документов и монтажа в современные электронные записи. Мне очень нравилась работа. Было так здорово помещать старые документы в базу данных!

Она действительно любит свою работу. Только сейчас вспомнила об этом.

Натали взяла ломтик хлеба из муки грубого помола и стала им играть.

– Потом, – она медленно вздохнула от отвращения к себе, – я влюбилась.

Натали оторвала большой кусок от ломтя, слепила шарик и принялась катать в пальцах.

– Он был так красив, – жалко пробормотала она. – Высокий, хорошо сложен, голубоглазый, всегда улыбался.

– Всегда? Похож на идиота.

Ее губы дернулись.

– Идиоткой была я. Купилась на его разглагольствования насчет того, что пора осесть и завести семью. Размечталась о детской и минивэне с детскими креслами. Мне бы следовало понять, что я женщина не того типа, который может заинтересовать такого лощеного и утонченного человека, как Джейсон Де Витт. Или заинтересовать, но ровно настолько, чтобы он успел взломать мой компьютер.

Дом протянул руку и положил ладонь на пальцы, все еще нервно мявшие хлеб. Его пожатие было сильным и теплым. Глаза горели нескрываемым гневом.

– Мы позже обсудим, какого типа ты женщина. Сейчас позволь мне предположить, что произошло дальше. Мистер Утонченность использовал твой компьютер, чтобы добраться до протоколов и отчетов штата и нарыть тысячи адресов, дат рождения и номеров социального страхования.

– Скорее сотен тысяч.

– А потом продал все, верно? Полагаю, что русским, хотя в наше время рынок достаточно велик. А когда дерьмо попало в вентилятор, федералы проследили его действия и вышли на тебя.

– Продать он не успел. Его поймали с рукой в моем кувшине с вареньем.

Унижение и позор вновь одолели ее. Слезы жгли глаза при воспоминании о том ужасном дне.

– О, Дом, это был такой кошмар! Полиция нагрянула в мой офис! Они сказали, что больше года следят за Джейсоном, точнее за человеком, которого я знала как Джейсона Де Витта. Они расшифровали его электронную подпись и узнали, что он взломал несколько секретных баз данных. Они, наконец, сломали его оборону и обнаружили не только точное местоположение, но и взломали дверь моей квартиры, поймав его на месте преступления. Потом обвинили меня в сообщничестве, получении доступа к секретным материалам с целью совершения мошеннических операций. Арестовали прямо на месте. В присутствии всех коллег и…

Она осеклась и проглотила жгучие слезы.

– Повели меня вниз в наручниках.

– И все же обнаружили, что ты не имела никакого отношения к делам Де Витта, и освободили.

Безоговорочная уверенность Дома в ее невиновности должна была бы успокоить взбудораженные нервы, однако ей стало еще труднее заканчивать печальную историю.

– Не совсем.

Мысленно извиваясь от стыда, она попыталась высвободить руку, но Дом не позволил.

– Джейсон пытался убедить полицию, что это моя идея, дескать, я завлекла его жарким сексом. Это было бы смехотворно, если бы полиция не нашла чулан, полный кожаных юбок, блузок с низким вырезом и сексуального белья. Джейсон всегда требовал, чтобы я надевала эти потаскушечьи наряды, когда мы выходили куда-нибудь. Этого оказалось достаточно, чтобы следователи вывернули меня наизнанку, прежде чем отпустить.

Дом погладил большим пальцем тыльную сторону ее ладони, стараясь держать ярость в узде. Значит, хакер не только сыграл на одиноком детстве Натали и ее жажде обрести семью. Ублюдок уговаривал ее появляться на людях в образе грязной шлюхи. Неудивительно, что она ударилась в нечто совершенно противоположное и стала одеваться как беженка из зоны военных действий.

Хуже всего, ей даже не к кому было обратиться за помощью во время одного из самых унизительных периодов своей жизни.

Но сейчас она не одна. И больше одна не останется. Пока это будет зависеть от Доминика.

Абсолютная уверенность в этом поселилась в его сердце. Он попросил ее продолжить:

– Что ты сделала?

– Наняла адвоката, тот добился моего освобождения и аннулировал протоколы ареста. По крайней мере, я думала, что протоколов не осталось. Он договорился с моим боссом. Поскольку ничего не было украдено, я сказала, что готова исчезнуть без лишнего шума, если в моем послужном списке не будет отражен злосчастный инцидент. После нескольких недель борьбы с офисом генпрокурора штата я собрала вещи и уехала из города. Немного подрабатывала, где могла, пока…

– Пока не устроилась к Саре.

Она со стыдом опустила голову:

– Я не лгала ей, Дом. Написала чистую правду о том, где работала. Знала, что она проверит мои рекомендации, знала, что мои шансы невелики. Но бывший босс придерживался условий сделки, а отзывы о предыдущих местах работы были просто блестящими. Так что Сара наняла меня после единственного собеседования. – Сгорая от унижения, она отвернулась. – Понимаю, ты считаешь, что я должна была ей сказать. Я хотела. Правда, хотела. И намеревалась. Просто подумала, если мне удастся разыскать Каналетто, помогу вернуть его законной владелице. Сара, Дев и герцогиня поймут, что я не воровка.