Сюрприз для лучшего любовника - Мишель Дуглас

Эдди решила сдать дом Сеймуров в аренду. Это позволит ей нанять еще одного работника. Несколько местных фермеров выразили желание пасти свой скот на ее территории, так что у нее появится дополнительный источник дохода.

Она окинула взглядом свои владения. Вода в дамбах при ярком солнечном свете отливала серебром, трава покачивалась на ветру, старые эвкалипты, как обычно, походили на суровых часовых. Подумав о том, как близка она была к тому, чтобы от всего этого отказаться, она положила ладонь на грудь и прошептала:

– Дом, милый дом.

Здесь она родилась и выросла. Здесь она хочет провести остаток жизни.

Она поняла, где ее истинное место, но душевная боль никуда не исчезла.

– Я знаю, Брюс Огастес, тебе надоели разговоры о Флинне, но сейчас я чувствую себя так, словно пережила природный катаклизм вроде наводнения или землетрясения. Мне понадобится много времени, чтобы восстановиться эмоционально.

Она задумчиво ковыряла землю мыском ботинка, когда с подъездной аллеи донесся шум мотора.

– Кажется, у нас гости, Брюс Огастес.

Выглянув из-за угла навеса, Эдди увидела черный автомобиль, остановившийся рядом с домом.

– Это «мерседес-бенц», – сообщила она быку, снова спрятавшись за навесом. – В Мюнхене их пруд пруди. Интересно, кто на нем приехал.

Она снова выглянула из укрытия, но тут же вернулась и прислонилась к забору. Ее сердце бешено стучало.

Это был Флинн.

– Что он здесь делает, черт побери?

Он приехал сюда, чтобы заставить ее не разрывать подписанный договор?

– Не беспокойся, Брюс Огастес, я проконсультировалась у нотариуса. Закон на моей стороне.

Гордо расправив плечи, она направилась к дому и, заворачивая за угол, столкнулась с Флинном.

– Ой!

Он успел выставить руки, и она не потеряла равновесие. На нем был темный деловой костюм.

– Так и думал, что найду тебя здесь.

Ей хотелось обнять его, прижаться к нему, но вместо этого она начала отстраняться, и он убрал руки.

Эдди заставила себя улыбнуться:

– Значит, ты проезжал мимо и решил заглянуть на чашечку кофе?

Он покачал головой:

– Нет.

– Ясно, – пробормотала Эдди.

– Что тебе ясно?

– Флинн, я проконсультировалась с нотариусом и знаю, что имела полное право отменить сделку. Если хочешь, можешь затаскать меня по судам, но ни один суд в стране не вынесет решение в твою пользу, так что лучше не трать впустую деньги и время.

Его лицо помрачнело.

– Значит, вот как ты обо мне думаешь, Эдди.

Она промолчала.

– Вообще-то я приехал сюда не для того, чтобы отобрать у тебя твой дом.

– Не для этого? – удивилась она.

Он покачал головой.

– Как дела у господина Мюллера?

– Я не знаю. Наверное, он испытывает облегчение, потому что я сжег контракт и уехал из Мюнхена.

Эдди была потрясена.

– Что ты сделал? Полагаю, ты прочитал все письма, просмотрел фотографии…

– Нет. Все это я тоже сжег.

– Ты получил другое доказательство того, что господин Мюллер не вор?

Флинн снова покачал головой:

– Я никогда не узнаю правду о том, что тогда произошло, но я очень сомневаюсь, что Джордж Мюллер является монстром, которым я до сих пор его себе рисовал. Поразмыслив, я понял, что отношения Мюллера и моего отца меня не касались, равно как и те письма с фотографиями.

– Ничего себе.

– Ты была права. Сокрушив Мюллера, я бы не вернул своего отца. Это лишь породило бы новый цикл ненависти. Я предпочел повернуться и уйти.

– Ты молодец, Флинн. Я искренне надеялась, что ты поступишь именно так, – сказала Эдди. – Но я до сих пор так и не поняла, зачем ты приехал.

– Чтобы сказать тебе, что не таю на тебя зла из-за того, что ты отказалась от сделки. Твое место здесь. Я рад, что ты это поняла.

С ее плеч словно свалился тяжелый груз.

– Спасибо, Флинн.

– Также я хотел вернуть тебе вот это, – произнес он, достав из кармана фигурку быка. – В прошлый раз я подарил ее тебе, чтобы скрепить наш негласный договор. На этот раз я дарю ее тебе в знак благодарности.

Она взяла с улыбкой миниатюрного деревянного быка:

– Мне его не хватало. Вот только я не понимаю, Флинн, за что ты можешь быть мне благодарен.

– Ты оттащила меня от опасной черты. Помешала мне совершить чудовищную ошибку.

В его голубых глазах было столько тепла, что ее пульс участился.

– Ты мог бы прислать мне фигурку по почте. Зачем нужно было ехать сюда?

– Я хотел увидеть тебя.

– Почему? – Увидев знакомый блеск желания в его глазах, Эдди сглотнула. – Я больше не работаю на тебя. Это означает, что я теперь подхожу для короткого романа?

– Короткий роман между нами невозможен, Эдди, – ответил Флинн. – Именно поэтому я предлагаю тебе стать моей женой.

Эдди не поверила своим ушам.

– Прошу прощения?

– Ты все прекрасно слышала, Эдди.

– Я…

«Скажи «да», идиотка!»

– У тебя уже было два неудачных брака. Почему я должна рисковать?

Один уголок его рта поднялся.

– Может, потому, что ты меня любишь?

«Откуда он это знает? Неужели это так очевидно?»

– И потому, что я люблю тебя.

У Эдди задрожали колени.

– Что заставило тебя пересмотреть свое отношение к браку?

– Когда ты уехала из Мюнхена, в моей душе образовалась пустота, которую я ничем не смог заполнить. Я понял, что ты нужна мне как воздух. Также я понял, что для того, чтобы стать достойным тебя, я должен отказаться от мести. Порвать с прошлым и начать смотреть в будущее вместе с тобой. Я люблю тебя, Эдди. Все, что у меня есть, принадлежит тебе. – Он заглянул ей в глаза. – Ты выйдешь за меня замуж?

– Да, Флинн, – прошептала она, чувствуя, как ее сердце наполняется радостью. – Ты мой, а я твоя. Мой дом – твой дом.

Тогда они обнялись и прильнули друг к другу губами, вложив в этот поцелуй все то, что невозможно было выразить с помощью слов, а потом взялись за руки и пошли в дом.