Обещание приключений - Нора Робертс

— Это лифт на случай побега, — заявил он и слегка улыбнулся, когда она уставилась на него. — Иногда каждому бывает необходимо незаметно скрыться.

— Не предполагала, что тебе это может понадобиться. — Она вспомнила двустороннюю стеклянную стену в его офисе и вздохнула. — Иногда они сильно давят на тебя, да, Джастин? Все эти люди за тонкой перегородкой?

— Время от времени, — признался он. — Вероятно, и ты время от времени тоже испытывала подобное на корабле. Разве не по этой причине ты выходила на палубу, когда все укладывались спать?

Она пожала плечами:

— Что ж, мне придется к этому привыкать, если я собираюсь здесь жить. А вообще-то я почти всегда жила среди толпы.

Тут двери бесшумно открылись, они вышли из лифта.

В своих личных апартаментах он предпочитал более насыщенные оттенки в интерьере. Подушки цвета индиго, раскиданные по невысокому и длинному дивану, зеленовато-желтый абажур настольной лампы. На стенах висели небольшие картины, выполненные в неярких пастельных тонах, и косоугольное зеркало в позолоченной раме.

— Джастин, здесь так мило! Ты можешь спокойно расслабиться, — произнесла Сирена и взяла резную фигурку ястреба, пикирующего на воду. — Это помещение совсем не похоже на номер в отеле, ведь здесь повсюду твои личные вещи.

Странно, но, когда он увидел, что она держит в руках его собственную вещь, Джастин вдруг впервые почувствовал тесную связь с этой комнатой. Для него данный номер всегда служил просто жилым пространством, ни больше ни меньше. Своеобразным укрытием, куда он возвращался, когда не работал. Такие же комнаты существовали и в других отелях. Они были удобными, уединенными и, неожиданно понял он, пустыми. До сегодняшнего дня.

— Конечно, в отеле у меня тоже превосходный номер, — продолжала Сирена, бродя по комнате, с удовольствием беря и разглядывая все, что попадалось ей под руку. — Но я чувствую себя гораздо уютнее, когда повсюду расставлены мои вещи. Я попрошу маму прислать мой письменный стол и еще кое-что.

Джастин пристально наблюдал в своей молчаливой манере, уже привычной для нее. Сирена вдруг почувствовала, как подступает волнение, поставила на место небольшую стеклянную чашу ярко-синего цвета и направилась к окну:

— И какой вид отсюда открывается?

Сирена на полпути поднялась на невысокий подиум, но еще не дошла до окна, потому что вдруг заметила: стеклянный небольшой столик уже накрыт. Подняв крышку с одной тарелки, Сирена увидела добротную порцию мексиканского омлета, нарезанную ветчину и кукурузные булочки. А из серебряного кофейника в комнату просачивался аромат свежесваренного кофе. Рядом стояло ведерко со льдом и бутылкой шампанского.

— Вы только взгляните на это! Поразительно! — ахнула Сирена и вытащила благоухающую розу из хрустальной вазы на столе. — Джастин, это оставила добрая фея?

— А еще говорят: чудеса случаются только в сказках.

— Хочешь услышать, что такое настоящее чудо? — спросила его Сирена, сунув цветок ему под нос. — Чудо, что я не вылила тебе на голову кофе.

— Я предпочитаю выпить его, а тебе нравится эта роза? — поинтересовался он.

— Уже во второй раз ты организовал завтрак, даже не спросив моего согласия, — начала она.

— Тогда ты тоже была голодна, — напомнил ей Джастин.

— Дело не в этом.

— А в чем?

Сирена глубоко вздохнула, не в силах больше выносить соблазнительный аромат горячей еды.

— Я знала, в чем было дело всего минуту назад, — прошептала она. — И как только тебе удалось так быстро такое горячее и аппетитное здесь приготовить?

— Я позвонил в обслуживание номеров и только затем отправился в казино узнать, не нужна ли тебе моя помощь. — Обернув тканевой салфеткой бутылку шампанского, он ловко открыл его.

— Как мило! — Поддавшись чувству голода, Сирена уселась за стол и, положив руки на стол, опустила на них голову. — Шампанское на завтрак!

— Сейчас самое подходящее время, чтобы выпить шампанского. — Джастин наполнил два бокала.

— Если закрыть глаза на твое высокомерие, это очень мило с твоей стороны, так и подкупает скромностью и простотой.

— Не стоит благодарности, — пробормотал он и поднял свой бокал.

Сирена попробовала кусочек омлета и закрыла глаза в молчаливом блаженстве.

— Проще всего закрыть глаза на высокомерие, когда у тебя пусто в желудке. Или я умираю от голода, или это лучший омлет в моей жизни.

— Я непременно передам шеф-повару твою похвалу.

— Завтра я должна заглянуть на кухню и осмотреть ночной клуб, — нечетко сказала она с набитым ртом. — Я заметила, целую неделю здесь будет выступать Чак Розен. В клуб наверняка людей набьется под завязку.

— Мы с ним подписали эксклюзивный контракт на два года. — Джастин разломил булочку на две половинки. — Каждое его выступление проходит с полным аншлагом.

— Это отличное вложение денег, — констатировала Сирена. — Знаешь… — Подняв бокал, она посмотрела на него поверх хрустальной кромки. — Ты в точности такой, каким я тебя представляла, когда ты в первый раз сел за мой стол в казино, но одновременно не имеешь ничего общего с тем образом, который я себе нарисовала тогда.

Отпив глоток шампанского, Джастин пристально посмотрел ей в глаза:

— А каким ты меня представляла?

— Профессиональным азартным игроком, что, конечно, оказалось правдой. Но… — Сирена умолкла и снова отпила из своего бокала. «Джастин оказался прав, — подумала она. — Шампанское сейчас пришлось как нельзя кстати». — Я не предполагала, что ты мог создать такую империю и успешно управлять сетью преуспевающих отелей.

— Да? — весело спросил он и, ковыряя вилкой еду, продолжил пристально разглядывать ее. — А каким все-таки ты меня представляла?

— Ты казался мне бродягой. И это тоже отчасти правда, если вспомнить о некоторых фактах твоей жизни. Но я никак не думала, что ты тот человек, который мог взять на себя такую огромную ответственность, какой требует управление отелями. В тебе столько всего намешано, Джастин, ты можешь быть беспощадным и одновременно ответственным, жестоким и… — она снова поднесла к лицу розу, — и одновременно милым.

— Меня еще никто в таком не обвинял, — опешил Джастин, снова наполняя ее бокал.

— В чем?

— В том, что я милый.

— Несомненно, это качество явно не относится к твоим основным достоинствам, — заулыбалась она, поднеся к губам бокал. — Вероятно, поэтому я каждый раз теряюсь, когда ты ведешь себя мило.

— Обожаю сбивать тебя с толку. — Он медленно провел пальцем по тыльной стороне ее ладони к запястью. — Я питаю… особую слабость к твоей беззащитности.

Сирена решительно отпила еще шампанского.

— Как правило, я не страдаю беззащитностью.