Избранные любовью - Эмералд Бакли

Триша снова почувствовала тошноту. Она открыла глаза и, взяв первую попавшуюся под руку пару туфель, вернулась в спальню. Странно, но ее чемодан исчез. Дверь в спальню, до этого распахнутая настежь, была закрыта, ключа в замке не было.

Роберт неторопливо подошел к кровати, снял наручные часы и так же неторопливо положил их на комод. Роберт не проронил ни слова, лишь мельком взглянул в сторону Триши, но ей казалось, что он всем своим видом бросает ей вызов. Триша снова огляделась – чемодана не видно – и опять перевела взгляд на Роберта.

– Ты же сказал, что не станешь меня задерживать.

Он стал расстегивать рубашку.

– Я передумал.

– У тебя есть уважительные причины? – Триша попыталась изобразить сарказм, но без особого успеха.

– По-моему, секс – вполне уважительная причина, – неторопливо произнес Роберт. – Впрочем, я подозреваю, что тебя еще придется убеждать.

Триша ошеломленно смотрела на него, не представляя, что делать дальше. Рубашка на Роберте распахнулась, открывая взгляду смуглую мускулистую грудь с порослью черных волос. Так нечестно, в панике подумала Триша, он ведь прекрасно знает, что вид его торса меня возбуждает!

– Не делай этого! – пролепетала она дрожащим голосом.

Рубашка с тихим шорохом упала к ногам Роберта.

– Сначала я хочу принять душ.

Он повернулся к Трише спиной и пошел к двери в ванную.

– Роберт, не надо!

Он замер, как пантера перед прыжком. Затем, хищно улыбаясь, подошел к оцепеневшей Трише, отобрал у нее туфли, которые она все еще держала в руках, взял ее за талию, приподнял и опустил на кровать.

– Что ты себе позволяешь…

Закончить Трише не удалось – Роберт закрыл ей рот требовательным, настойчивым поцелуем. Сначала Триша застонала, но ее протестующий стон очень быстро перешел в жалобное всхлипывание, потому что она знала, что обязательно ответит на поцелуй, даже сама того не желая. К счастью, от этого унижения ее спас сам Роберт: он поднял голову и посмотрел Трише в глаза.

– А теперь выслушай меня, дурочка несчастная. Я тебе не враг и никогда им не был!

– Ты плел против меня интриги!

– Небольшое уточнение: я плел интриги не против тебя, а ради тебя! Персиваль вообще не вспомнил бы о моем существовании, если бы я не написал ему, что ты собралась замуж за Уинфилда. Только после этого он задумался, что нужно принимать меры.

– Ты такой же, как он!

– Как кто – как Эндрю или как Персиваль?

– Как они оба!

Триша отчаянно завертелась, пытаясь освободиться.

Глаза Роберта потемнели.

– Успокойся, если ты не перестанешь дергаться, эта сцена может прийти к своему неизбежному и вполне логичному завершению гораздо раньше, чем я рассчитывал. Разве ты не знаешь, что происходит с мужчиной, когда женщина извивается под ним, как ты сейчас?

Триша покраснела – от гнева, сказала она себе. Предпринимая последнюю попытку освободиться, она отчаянно замолотила кулаками по плечам Роберта, но с таким же успехом можно было барабанить по кирпичной стене. Роберт ловко захватил одной рукой оба ее запястья и прижал их к кровати.

– Все-таки тебе придется меня выслушать. У компании, которую возглавляет Джеффри Уинфилд, серьезные финансовые проблемы. Содержание помпезного дворца, в котором должна была состояться ваша помолвка, обходится дороже, чем Уинфилды могут себе позволить. В свое время я посоветовал Джеффри открыть дом для посещения туристов, чтобы он мог хотя бы частично окупать свое существование.

Триша хотела что-то сказать, но Роберт прикрикнул на нее:

– Не перебивай!

Он снова поцеловал ее в губы – не иначе как для того, чтобы показать, кто здесь главный.

– Я тебя ненавижу! – прошипела Триша, как только смогла говорить.

Роберт лишь улыбнулся, потому что ее губы все еще красноречиво дрожали от испытанного удовольствия.

– Не ты одна. Но мы отклонились от темы. Селина Уинфилд любит свой дом больше, чем мужа и сына вместе взятых. Это она придумала, что нужно выгодно женить Эндрю, чтобы поправить дела. И вот однажды, когда в разговоре всплыло твое имя и кто-то обронил, что после замужества ты унаследуешь крупное состояние, завещанное Шоном Мак-Кинли, Селина принялась строить вполне конкретные планы, как женить Эндрю на тебе. Его, кстати, не пришлось долго уговаривать, он и сам такой же, как их фамильный мавзолей, – тратит денег гораздо больше, чем зарабатывает. Эндрю привык жить на широкую ногу: шикарная квартира в престижном районе, дорогая машина, костюмы от Армани, ботинки ручной работы…

– Должна ли я сделать из этого вывод, что ты совсем не такой, не любишь автомобили последних моделей и одежду от кутюр?

– Люблю, но в отличие от Эндрю я могу все это себе позволить. Я живу по средствам.

– Но тебе не давала покою мысль о пакете акций, оказавшемся у моего деда. Выходит, все мы сильнее всего хотим того, чего не можем получить.

– А ты, дорогая, чего – точнее кого – хочешь ты? Мужчину, с которым провела первую половину дня, или мужчину, который уложил тебя на эту кровать?

Триша метнула на Роберта гневный взгляд.

– А тебе не все равно? Когда я уходила, чтобы уехать с Эндрю, ты не попытался меня удержать.

– Он водит машину как сумасшедший, тебе повезло, что ты доехала целой и невредимой.

Триша прищурилась.

– Ты что же, следил за нами?

Роберт не смутился.

– Странно, что ты меня не заметила, я держался примерно на две машины позади его «бентли».

– Тогда почему ты не последовал за нами до самого дома?

Помолчав, Роберт тихо сказал:

– Мне хотелось посмотреть, что вы будете делать дальше.

– В каком смысле?

– Выйдешь ты к Эндрю с чемоданом или попрощаешься и отправишь его восвояси.

– Не понимаю…

– Вижу, что не понимаешь.

Роберт быстро поцеловал Тришу в губы и резко сел.

– Мне нужно принять душ, все остальное подождет.

Недоумевающая Триша тоже села. Роберт встал с кровати и пошел к двери ванной. Триша тоже встала и воинственно подбоченилась.

– Подожди, сначала объясни!

Роберт обернулся в дверях, и Триша вдруг с удивлением заметила, что его лицо осунулось, черты напряжены, но не от гнева, а от чего-то еще, чему она не могла подобрать определение.

– Ты все еще его любишь, – проскрежетал он скрипучим голосом.

От изумления у Триши глаза стали круглыми.

– Кого, Эндрю? Нет!

– Только не надо лгать! Я сам видел, как на тебя подействовала случайная встреча с ним на благотворительном вечере.