Мир, где нет тебя - Екатерина Риз

– Нет, всё хорошо. Ужин замечательный. И дом замечательный. Спасибо, что пригласила.

– Перестань. Говоришь, как дальняя родственница.

– Бедная родственница, – поправила её Лана и сама же рассмеялась.

– Если у него есть хоть капля совести… – начала Нина в неожиданном возмущении, а Лана заинтересовалась:

– Ты кого имеешь в виду?

Нина замолчала, задумалась на секунду, после чего в сердцах выдохнула:

– Обоих. – Руками развела. – Совершенно не понимаю, почему Ваня так себя ведёт. Будто ему пятнадцать.

– А что, когда-то он вёл себя иначе?

Нина кинула на неё странный взгляд.

– Ты меня пугаешь. Если бы я знала, что он превратит вечер в цирк, предприняла бы меры.

– Вот это уже интересно. Я никогда не знала, что с ним делать.

Они рассмеялись, но тут же замолчали. Стало немного неловко.

– Признаться, если бы на ужин пришёл мой бывший муж, всё было бы куда хуже. Они с Костей друг друга терпеть не могут.

– А ты? – Лане на самом деле было интересно. Ведь одно дело, когда мужья не выносят друг друга, и совсем другое, как Нина относится к бывшему мужу. Но та лишь безразлично пожала плечами.

– Он отец моей дочери, мы постарались сохранить отношения, если не дружеские, то хотя бы приятельские. Делить нам при разводе было нечего, кроме ребёнка, Паше в голову бы не пришло потребовать больше прав на Аришу, чем он получил, поэтому… Можно сказать, что мы расстались по-английски. Он уехал, а я осталась. Пережила, перетерпела… Если честно, особо тёплых воспоминаний и не осталось.

– У меня тоже.

– По отношению к кому? – переспросила Нина.

Лана молчала.

– Ты ведь тоже на Ваню реагируешь, – намекнула Нина.

Лана покачала головой.

– Это не то, что ты думаешь. Наверное, дело в том, что мы в своё время развод не пережили. Вот и злимся. Но мне, если честно, сейчас совсем не хочется отвлекаться на первого мужа. – Лана через силу улыбнулась. – Со вторым бы решить, что делать. А Ваня… У него всё хорошо. Разве я не права? У него даже Леся есть. Это просто замечательно. – Лана допила вино одним глотком и добавила: – Что нашлась женщина, готовая его терпеть.

Нина усмехнулась, но попросила:

– Не будь злой.

– Я не злая. Просто у меня память хорошая. – Ещё секунда, Лана сделала вдох, решила, что хватит Ивану Сизыху мучить её сознание, повернулась к Нине и совсем другим тоном сказала: – Мне очень нужно поговорить с Костей, наедине. А потом я уеду.

Нина присмотрелась к ней, после чего кивнула.

– Конечно. Я ему скажу.

Нина вернулась в гостиную, Лана смотрела ей вслед, крутила в руках пустой бокал, потом заметила, что Иван смотрит на неё через плечо. Лана демонстративно отвернулась от него. Отвернулась, но почувствовала, как сердце в двадцатый раз за этот вечер тоскливо сжалось. Жизнь в этом городе делает её чувствительной и сентиментальной, она вспоминает о том, о чём старалась не думать много лет. Но ей надо привыкнуть к этому чувству, раз всерьёз собралась обосноваться в Нижнем Новгороде. Надо привыкнуть вспоминать, с чём-то смириться, а за что-то себя простить.

– Лана, что такое?

Она обернулась на голос Шохина. Обернулась, снова заметила интерес Ивана, у него никак не получалось его скрыть, и тогда отступила от распахнутых на веранду дверей. Костя последовал за ней.

– Костя, прости меня за то, что вечер тебе порчу. Но ты сказал, что если мне будет нужна помощь… Я не знаю, к кому ещё обратиться.

– Тебе деньги нужны?

– Дело не в деньгах. Они мне, конечно, нужны, но, думаю, что в дальнейшем мне больше нужна будет работа.

Шохин хмыкнул. Затем пообещал:

– Придумаем что-нибудь с работой, не переживай.

Лана печально улыбнулась, посмеиваясь над собой.

– Вот именно, что придётся придумывать. Я ничего не умею. – Она махнула рукой. – Но сейчас не об этом. Костя, мне, правда, нужна твоя помощь. Только пообещай мне, что Ваня ничего об этом не узнает.

Шохин вздохнул.

– Тебе не кажется странным, что вы до сих пор что-то делите?

– Я обещаю, что подумаю об этом, Костя. Но сейчас мне не до Вани. У меня без него огромное количество проблем. А с его раненным самолюбием я разберусь после.

– Как скажешь. В чём тебе нужна помощь, в ремонте?

Лана сделала шаг к нему, приближаясь на максимальное расстояние. Пришлось закинуть голову, чтобы Косте в глаза посмотреть, и негромко, но очень серьёзно проговорила:

– Мне нужно выкрасть дочь.

Шохин быстро глянул за своё плечо, но они были одни. Он снова на Лану взглянул, сдвинул брови, взгляд стал цепким.

– Она с Игнатьевым?

Лана качнула головой.

– Нет. Она в летнем лагере. В Чехии. Она должна вернуться в пятницу. – Лана крепко сцепила пальцы от волнения. – Кость, я очень боюсь, что он увезёт её, и я Соню больше не увижу. Я знаю, чего он хочет. Он будет доказывать, что я не в состоянии её обеспечить, что я… – Лана сглотнула, – что я себя не в состоянии обеспечить. И он прав. Но я не могу отдать ему дочь. И я не знаю, что мне делать. Я затеяла этот дурацкий ремонт, но… – Нервы сдали, и слёзы покатились из глаз. Лана торопливо их вытерла. – Нужно встретить её в аэропорту и привезти в Нижний. Чтобы она была со мной, на моей территории. – Она даже за руку Шохина схватила. – Я не знаю, к кому мне ещё обратиться.

– Успокойся, – попросил он.

– Я говорю себе это уже несколько недель.

– Ты с Игнатьевым о дочери говорила?

– Да. Поэтому и переживаю. Он не хочет мне её отдавать!

– Тише. – Костя обдумывал. После чего спросил: – Ты адвоката наняла?

Лана отступила от него, покачала головой.

– Нет. Искать адвоката в Москве бесполезно. Во-первых, чтобы тягаться с адвокатами Славы, нужен лучший. А у меня нет денег на лучшего. Во-вторых, в Москве он знает всех. И его все знают. И я никому не доверяю. А здесь я никого не знаю.

– Зато знаю я, – вроде как успокоил её Шохин. Но тут же постарался пыл Ланы остудить. – Но красть ребёнка у отца – не выход, ты понимаешь? Он будет драться за неё.

– Он приёмный отец, – поправила она его.

Это удивило. Шохин на Лану смотрел, после чего переспросил:

– Приёмный?

– Об этом мало кто знает. Так сказать, семейная тайна. Но Слава не биологический отец.

Костя обдумывал, затем спросил:

– А отец Сони?

Лана обожгла его взглядом.

– Сейчас это неважно. И то, что Слава не отец, тоже неважно, Костя. Поверь. Он Соню любит, и он будет за неё драться. Я знаю. И мне нужно преимущество, мне нужно, чтобы моя дочь была со мной. Господи, Костя, ты же знаешь, как это бывает! Не хуже меня знаешь! Я уже жалею, что уехала, что позволила ему так легко от меня избавиться. Ты слышишь, что он говорит? Что мы расстались, что я уехала сама. Фактически разрушила семью. А я не смогу оправдаться, все верят ему, а я просто бывшая жена.