Трудный выбор - Татьяна Казакова

Если человек заблудился, до нужного места сами проводят и в гости позовут. А вот в троллейбусе хорошо ехать, спокойно. Едешь себе, не торопишься, народу мало и можно Москву из окна посмотреть.

Софико проехала все Садовое кольцо на троллейбусе – понравилось, вот по улицам плохо одной гулять – полицейские останавливают, спрашивают регистрацию.

Она начинала нервничать, путать слова и, в конце концов, перестала выходить из дома. А что это за жизнь, все время одной сидеть. Гулять выходила только по их поселку, а там никто даже не поздоровается. Что за люди? Никто не остановиться поболтать, не похвастается детьми или внуками, не обсудят соседский дом. Очень скучно.

Георгий развлекал ее, как мог: вывозил в театры, в кино, отправлял на дорогие курорты, где она все так же сидела одна в номере.

Один только раз она получила удовольствие от поездки, когда уговорила сестру Нино отпустить ее дочку Марию вместе с ней в Италию – это были совершенно другие впечатления. Во-первых, Мария хорошо знала английский и немного итальянский, во-вторых, вдвоем им было весело, но на девушку заглядывались парни, и Софико не отпускала ее от себя, и в конце поездки заметила, что Мария заскучала. Конечно, молодым лучше с молодыми.

В следующий раз Софико просила поехать вместе с ней сестру, но сестра наотрез отказалась – дома семья, дети, внуки…Просила другую сестру, но у той как раз родился внук. Двоюродная сестра сказала, что на следующий год обязательно поедет, а сейчас дочка выходит замуж – надо к свадьбе подготовиться.

И так у всех. Кто-то женится, у кого-то дети рождаются – один ее Георгий все не женился и даже никогда не знакомил ее со своими девушками.

Софико одно время даже засомневалась и испугалась, а вдруг он предпочитает противоположный пол. Ведь давно живет в Москве, а здесь об этом прямо вслух говорят… Ох окрутит его какая-нибудь хитрая акула!

Когда Георгий сказал, что привезет свою девушку, она обрадовалась – слава богу, наконец, сын женится, и у нее появятся внуки. Заскребло на сердце, когда узнала, что они поторопились, и девушка уже беременна. Вдруг окажется все так, как она и предполагала? А-а, что теперь делать? Надо посмотреть на нее…

Придется свадьбу справлять здесь, а в Тбилиси поехать, когда родится ребенок. Все равно дотошные бицолы (тетки) станут расспрашивать и подсчитывать… Ладно, будь, что будет, главное, чтобы девушка любила ее сына, а если она не найдет с невесткой общего языка… ну что ж, побудет немного с ними, посмотрит на внука и уедет к себе, не станет мозолить глаза. Она подняла глаза к небу: «Вай ме, геенис купри, геенис цецхли».

* * *

Софико все приготовила к приезду гостей. В доме работали несколько женщин, которые помогали по дому, но вчера она сама готовила сациви, лобио и лори. Достала кеци, чтобы пожарить мясо на углях.

С утра сделала тесто для хачапури и все поглядывала в окно.

– Да не волнуйтесь вы так, Софико Варламовна, – видя ее волнение, успокаивала помощница Даша. – Георгий Александрович сказал, что раньше двенадцати не приедут.

– Генацвале, как только приедут, сразу ставь противень в духовку. Заваришь чай зеленый и черный, а я сварю кофе.

– Зачем вам беспокоится? У нас же кофеварка есть, я все сделаю, вы только гостей встречайте.

– Э, как можно сравнивать? Разве машина может хороший кофе сварить…

А комнаты наверху приготовили? Может, отдохнуть захотят…Вай, ме! – Она выглянула в окно – Приехали! Включай чайник!

Проходя мимо зеркала, остановилась, поправила пышные волосы и направилась к двери.

* * *

Перед отъездом Ирка попросила Георгия зайти к ней в комнату.

– Георгий, – начала Ирка, заметно волнуясь. – Хочу рассказать кое-что о себе, пока не поздно, может, передумаешь…

Георгий спокойно выслушал ее, молча встал, обнял ее и внезапно поцеловал.

– Глупая женщина, я никогда не меняю своих решений, тем более и причин для этого не вижу. Ме шен микхвархар… – он помолчал и добавил по-русски – Я люблю тебя и все.

Он отстранил ее так же внезапно и, выйдя из комнаты, громко позвал.

– Вы долго еще будете собираться? В конце концов, я сейчас рассержусь! Вот копуши.

Всю дорогу Ирка так нервничала, вспоминала то про какие-то забытые вещи, то про якобы не выключенный утюг, надеясь, что повернут назад и не надо будет ехать знакомиться с его мамой, которой она, конечно, не понравится.

Когда подъехали к дому, она вцепилась в кресло и, казалось, никакая сила не сможет ее оттуда поднять.

– Приехали, – сказал Георгий, обернувшись к пассажиркам, и похлопал Ирку по коленке. – Не волнуйся, Софико тебя не съест.

К машине подбежал молодой парень, явно восточного типа, сказал знакомое «гамарджоба», добавил еще что-то по-грузински и стал выносить сумки.

Женщины запротестовали – хотели нести их сами, но он не позволил, только показал головой на дом, приглашая идти.

Оглядевшись, увидели внушительных размеров коттедж, в окне мелькнуло чье-то лицо. От гаража к дому вела дорожка, выложенная камнем и тщательно вычищенная от снега.

– Давай руку, – Георгий взял оробевшую Ирку под руку и повел к дому. – Софья Ильинична, Лиля, не отставайте.

Поднявшись по высокой лестнице, Ирка совсем сникла – куда она лезет, это совсем не для нее. Перед дверью внезапно встала.

– Ты что, как упрямый ишак? Сказал, же, что никто не съест.

Дверь открылась – Софико радостно развела руки.

– Вай, ме! Какая красавица! Ну, проходи, проходи, дорогая! Проходите, калбатоно, генацвали!

Они бестолково топтались в просторной прихожей. Пока Георгий их знакомил, какая-то девушка помогала им раздеться, тут же вешая верхнюю одежду на плечики.

Женщины замешкались, снимая сапоги и надевая тапочки, взятые с собой.

– Ой, какие полы теплые, даже не хочется тапочки надевать! – Воскликнула Лилька.

Полы были выложены белоснежной блестящей плиткой и действительно были теплыми и приятными на ощупь.

Софико провела их в огромную гостиную с камином, в котором горел огонь, перед ним стоял небольшой столик и кресла. Здесь все было белым: и пол, и стены, и потолок, и мебель и камин.

– Я сюда принесу сейчас хачапури, здесь уютнее, чем в столовой, правда? – Суетилась Софико. – Ирочка! Иди ко мне, дорогая, я хочу с тобой рядом посидеть. Мне хочется тебя поближе узнать, а то уеду скоро… Георгий! А ты покажи дом гостям.

Георгий пожал плечами, поцеловал Софико и Ирку и, шутливо приподнял локти, приглашая Лильку и Софью Ильиничну взять его под руки. Они так и сделали, и он повел их сразу на второй этаж.

Ирка с тоской смотрела им вслед, робея остаться наедине с этой живой, голубоглазой, стройной и моложавой женщиной. Даже не верилось, что у нее сын взрослый мужчина. Хотя она с самого начала вызвала в ней симпатию своей искренностью, но неизвестно, как себя поведет, если все узнает.