Трудный выбор - Татьяна Казакова

Странное дело, она совсем не плакала. Переживала, конечно, но слез не было. Лучше бы его совсем не видеть, а так, хочешь, не хочешь, а встречаются. При встрече отворачивались и делали вид, что незнакомы – это было больно.

Несколько раз она встречала его родителей, и в начале они с ней по- соседски здоровались, но со временем и до них дошли слухи, иначе, с чего это его мамаша так пристально ее разглядывает, а сейчас, когда стал заметен живот, старалась обходить ее стороной, даже в лифт с ней не садилась.

Елена Васильевна при встрече все ахала.

– Так жалко, ну так жалко, что вы расстались! Такая пара красивая была! Ирка ничего не отвечала, стискивала зубы и пожимала плечами. Иногда злилась – хоть квартиру меняй! Ну, уж фигу им с маслом! Ни за что не поменяет квартиру, сами пусть меняются, если охота.

А вчера она видела, как Горин сажал своих родителей и «Милену» в машину, видимо, повез на концерт Полянского. Лилька тоже вчера ходила и пришла поздно – значит, где-то сидели, но ни слова не сказала про Горина, а Ирка не спрашивала. Чего спрашивать-то – итак понятно.

Дела у Ирки шли неплохо, даже, можно сказать, хорошо. Она нашла двух надомниц, но сама к ним не успевала ездить, забирала вещи Лилька или Кузякина. Теперь деньги тратила очень аккуратно – думала о ребенке. Ирка на минуту остановилась, чтобы поменять руки – сумки с тканью были тяжелые. Скоро и это она не сможет делать – это ляжет на плечи остальных. Черт! Зря не сделала аборт! Только всем проблемы создаст.

– Ира! Ира!

Она обернулась – Георгий.

– Еле догнал, машину здесь нельзя поставить. Бросил вон там, в переулке и бегом…

– А чего ты бежал-то?

– Как чего? Боялся потерять. Ты же исчезла… Просил у твоей подруги телефон – не дала. – Он пригляделся к ней – Ты как? Все в порядке?

– Все отлично.

– Я знаю, вы расстались с Гориным.

– И что из этого следует?

– Из этого следует, что ты свободна… Или нет?

– Или нет. Извини, Георгий, но я действительно несвободна.

Она хотела поднять сумки, но он молча отобрал их и пошел рядом.

– Ира, я слышал, ты занимаешься шитьем и реализуешь товар на рынках?

– Да.

– Не хочешь попробовать в магазинах?

– Да нет, туда и соваться нечего.

– У тебя есть сейчас что-нибудь готовое?

– Ну, есть кое-что.

– Можно посмотреть?

– Да зачем тебе это? – Удивилась она.

– Может, предложу тебе взаимовыгодное сотрудничество.

– Хорошо, пойдем.

– Давай лучше подъедем.

Они повернули в сторону к машине, и через некоторое время подъехали к ее дому.

– Погоди, – удивился Георгий. – Здесь же вроде Горин живет.

– Угу, и Горин тоже.

Георгий помог ей выйти из машины, подхватил сумки и решительно пошел к двери. Ирка немного замешкалась – чего он приперся? Что ему надо?

Он терпеливо стоял у двери с ее сумками в руках и ждал, когда она откроет дверь. Ирка заспешила, и только тут он заметил ее округлившийся живот.

Она заметила его растерянность, усмехнулась и стала набирать код. Он придержал дверь, пропуская ее вперед.

Дома была одна Софья Ильинична, она хлопотала на кухне. Услышав, как хлопнула входная дверь, начала отчитывать.

– Ирок, мы же договорились, что за тканью будет ездить кто-нибудь другой. Тебе нельзя таскать такие тяжести, неужели непонятно… – Она осеклась, увидев Георгия.

– Здравствуйте, – поздоровался он и, показывая на сумки, спросил – Это куда?

– Сюда, пожалуйста, в эту комнату. Нет, нет, не снимайте, – замахала руками, увидев, что он хочет снять туфли, – достаточно просто вытереть. – Посмотрев ему вслед, пробормотала – Все равно тапочек сорок пятого размера у нас нет.

Георгий огляделся – квартира явно нуждается в ремонте, обстановка приличная, правда, впечатление, что ставили как-то наспех. Швейная машинка на одной стороне стола, на другой – выкройки, на стульях – ткань.

– Хотите чай или кофе? – Софья Ильинична заглянула в комнату.

– Софья Ильинична, не беспокойтесь, он по делу зашел и торопится.

Георгий потер переносицу и в свою очередь заметил.

– Я действительно зашел по делу, но от чашечки кофе не откажусь. Меня зовут Георгий, а вас Софья Ильинична. Очень рад знакомству, я буду часто приходить. Не возражаете?

– Что вы, что вы? – Засуетилась Софья Ильинична и скрылась на кухне.

Ирка стала разбирать готовые вещи. Без куртки живот стал заметнее, но двигалась она еще легко.

– Вот, смотри. Это юбки-карандаши, это юбки клешеные, еще шьем с разрезами по бокам и с разрезом сзади, но сейчас готовых нет. Вот два платья с кокеткой из другой ткани.

Показывая, она водила рукой по ткани, как бы разглаживая, и сама ими любовалась. Он заметил, как она изменилась. Стала очень женственной, и ей это необыкновенно шло. Георгий рассматривал вещи, делал профессиональные замечания. Ирка с уважением смотрела на него – надо же разбирается в женской одежде.

– Ты мне сложи по одной готовой юбке, вон то платье положи. Я покажу кое- кому и позвоню тебе.

– Я не могу долго ждать.

– Я сегодня же позвоню. Дай свой телефон Она продиктовала, он тут же перезвонил.

– Ну вот, теперь и ты можешь мне звонить.

– Идите кофе пить! – Позвала Софья Ильинична.

Ирка вышла следом за Георгием… Можешь звонить… На черта ей звонить ему?… Он что, ослеп?! Ведь видит прекрасно, что беременна. Идиот!

Георгий расположился по-хозяйски, не спеша пил кофе, делал комплименты Софье Ильиничне и как будто совсем не торопился никуда. Она, польщенная вниманием, угощала его домашним печеньем и предложила остаться на обед. Ирка изумленно захлопала глазами. Ну ничего себе! Еще и обедом его кормить! И так все печенье сожрал. Но, наблюдая за Георгием, почувствовала, что ей приятно его присутствие и то, как спокойно и непринужденно он себя ведет, и как все нахваливает и как будто не замечает ее живот.

– Ирина, – внезапно обратился к ней гость, – а какой у тебя срок? Скоро рожать?

Ирка от неожиданности чуть не поперхнулась, покраснела и отчеканила.

– Это не твое дело.

– Ну почему же? – Невозмутимо продолжал он. – Возможно, мы станем партнерами, а мне надо точно знать, насколько ты уйдешь в декрет и когда. Кстати, ты у кого наблюдаешься?

– У врача, в консультации, естественно.

– В районной?

– Где же еще? – Она возмущенно передернула плечами.