Загадочное прошлое любимой - Тайлер Энн Снелл

– Я понял, – кивнул Джексон и отвел взгляд. Никки смотрела на него как-то странно, по крайней мере, ему было неясно, что это значит.

– Что-то не так? – решился спросить он.

– Та пуля предназначалась мне, Джексон. – Голос ее стал твердым, будто она собиралась отругать его. – И она едва не убила тебя.

Он пошевелился, поднял руку и сжал ее ладонь, но это не остановило Никки.

– Ты видел, что Эндрю направил на меня пистолет, предупредить у тебя времени не было, поэтому ты просто закрыл меня своим телом. – Она замолчала и пристально посмотрела ему в глаза. – Почему ты так поступил, Джексон?

– Это моя работа. Ты мне за это платишь. – Он сильнее сжал ее руку, будто хотел избавить от печали, которую видел в ее глазах. Она до сих пор была во власти страха от того, что могло произойти. – По крайней мере, я думаю, что ты платишь мне именно за это, я ведь не так давно в «Орионе».

Никки наконец улыбнулась, морщинка между бровями разгладилась, лицо стало ясным и чистым. Но руку она не убрала.

– Разве я тебе не сказала? Это была всего лишь проверка. Обычно люди не выдерживают столько, сколько смог ты. – Она покосилась на его раны. – Целых две пули. В Оливера попала одна, так он уже несколько лет гордо всем рассказывает об этом и показывает шрам на животе.

– Я просто притягивал пули, – вздохнул Джек-сон. Никки кивнула. – Будем считать, что я получил всего две, остальные не считаются, это просто царапины.

– Но мы их тоже считаем.

В палате повисла тишина. Джексон поймал себя на том, что даже молчать, находясь рядом с Никки, ему приятно. Не выпуская ее руки, он внимательно оглядел девушку с головы до ног, что смог сделать впервые с того момента, как попал на больничную койку. На ней были темные джинсы и голубая футболка. На шее, над самым вырезом, он заметил красное пятно, однако следы порезов от осколков лобового стекла исчезли. И движения ее были не скованными, движения обеих ног были абсолютно нормальными, значит, действие лекарства прошло без последствий.

– А как ты? – спросил Джексон. – Как себя чувствуешь?

Вопрос заставил сменить шутливый тон и перейти к сблизившим их трагическим событиям. Никки не могла переключиться легко, воспоминания были еще свежи. Она опустила голову и откашлялась. Однако руку опять не убрала.

– Хорошо, все хорошо, – сказала она. – Остались только синяки, но и они быстро проходят. – Свободной рукой она указала на место, где был след от укола.

Джексон невольно задумался, сколько же времени он был без сознания в этой больнице?

– Препарат в том шприце был парализующим, им надо было лишить меня возможности сопротивляться. Мне повезло, что в организм попало совсем немного, поэтому я не чувствовала только половину тела. Но действие быстро слабело, пока это происходило, мне казалось, что кожу пронзают иглами. Признаюсь, это меня здорово измотало. Доктор сказал, именно стресс был причиной того, что я потеряла сознание после аварии. Сейчас я чувствую себя полностью здоровой. Да, у меня было растяжение голени, это, пожалуй, доставляло больше всего неудобств. – Никки подняла правую ногу, будто ее слова нуждались в подтверждении. – Теперь я могу на нее наступать, хотя немного хромаю. Но все это не идет ни в какое сравнение с пулевыми ранениями. – Она улыбнулась, но ее лицо сразу стало серьезным, когда она услышала вопрос Джексона:

– Что с Эндрю?

Никки вздохнула.

– После того как он в тебя выстрелил, Оливер и Марк его скрутили, но это было уже не важно. – Она переступила с ноги на ногу. – Удар головой об асфальт был очень сильным, и он потерял сознание. Врач удивился, что после такого падения он еще смог прицелиться и почти точно выстрелить. Я сказала ему, что Эндрю очень сильный человек.

– Был очень сильным. Или я ошибаюсь?

– Он жив, если ты об этом. Сейчас он тоже в больнице, но выпишут его не так скоро. У него перелом основания черепа, или трещина, или что-то в этом роде. Честно говоря, я не интересовалась деталями. Единственное, что я знаю, – около него столько полицейских, что он и в туалет не сможет дойти, не столкнувшись с одним из них. – Никки нахмурилась. – Они нашли двух патрульных из той машины…

Джексон сжал зубы и выругался про себя. Не имеет смысла спрашивать о них, и так ясно, что оба мертвы.

– Они нашли помощника Эндрю, в которого ты стрелял у «Ориона». Его зовут Кэм. Он выложил полиции все, потому что был в курсе планов Эндрю, он работал на него много лет, знал о каждом его шаге, как и все секреты, в том числе, что Эндрю не хотел платить Майклу, сослался на то, что разрывает сотрудничество. Кэм также заявил, что никого не убивал.

От удивления Джексон вскинул брови:

– А Хизер?

Он и сейчас помнил, как ее тело падало на проезжую часть.

Никки покачала головой:

– Ее сразу же отправили в больницу, ей предстоит операция, но она жива и непременно поправится. А потом заплатит за свое участие в этом ужасном спектакле.

Джексон предупреждал ее, что так будет. Мысли переключились с Хизер на ее друга, втянувшего девушку в эту историю.

– А что с Майклом?

– Скорее всего, он попросил заплатить больше оговоренной суммы, а Эндрю не захотел. – Она поморщилась с отвращением. – Эндрю убил его в моем кабинете. – Плечи ее дрогнули, и она села на кровать.

– А пожар? – осторожно спросил Джексон, понимая, о чем думает Никки.

– Тебе рассказать сначала хорошую новость или плохую?

– Сама решай.

Никки опять тяжело вздохнула:

– Тогда начну с хорошей. Сразу после того как ты отключился, приехал Кельвин со своими людьми. Через пять минут прибыла пожарная машина со станции, которая находится почти рядом. – Никки замолчала и запрокинула голову, словно пыталась взять себя в руки и не поддаваться эмоциям, которые испытывала в те минуты. – Плохая новость состоит в том, что к моменту приезда пожарных большая часть здания уже выгорела. – Губы ее затряслись. Джексон сжал ее ладонь и попытался заглянуть в глаза. Его поддержка ей помогла, через несколько секунд Никки улыбнулась и посмотрела на него сквозь слезы. – Но самое главное, что мы все живы и почти здоровы. Здание можно восстановить, а вот людей… Пусть мой офис горит хоть каждый день, лишь бы те, кто мне дорог, никогда не страдали.

– Аминь.

В палату вошла медсестра, а за ней врач. Никки высвободила ладонь и встала. Попрощавшись с Джексоном, она сказала, что должна сообщить остальным сотрудникам, как у него дела, потому что они тоже очень за него волнуются, и поспешила к выходу. Когда за Никки закрылась дверь, медсестра хитро прищурилась и сказала Джексону:

– К вашему сведению, она не отходила от вас ни на минуту. Я точно знаю, сама несколько раз уговаривала ее пойти домой и отдохнуть.

Джексон ничего не ответил, лишь счастливо улыбнулся.