Розовая гавань - Кэтрин Коултер

— Да, милорд, наверное, мне не следовало говорить об атом в первые минуты вашего пребывания здесь, но денег, несомненно, мало. Я мудро распорядился ими, однако нужно гораздо больше, чтобы Лэнгторн приобрел былое величие.

Гастингс, сдерживая гнев, поддела ногой солому на полу.

— Ты прав, сэр Роджер, чтобы вымести грязь и принести чистую солому, нужно целое состояние.

— Здесь мало слуг, да и те лентяи, — снисходительно буркнул сэр Роджер. — Кое-кто сбежал из Лэнгторна, когда он подвергся нашествию мародеров. У меня не хватает ни людей, ни времени. Милая Гленда старается, но ей очень трудно.

— Да, да, милорд, — подхватила та. — Эти слуги — настоящие свиньи.

Такой приятный голосок, белые и ровные зубки. Гленда без стеснения потерлась о руку сэра Роджера, и глаза у того сразу затуманились. Он, оказывается, еще больший дурак.

— Ты ничего не сделал для восстановления стен, — произнес Северн, отодвигая блюдо. — Почему?

— У меня нет людей, милорд.

— Гвент сказал, что у тебя есть девятнадцать человек. Чем они занимаются?

— Охраняют замок и упражняются в ратном деле.

— Завтра ты разделишь их на три группы. Одна группа упражняется, другая охраняет замок, а третья начинает восстанавливать стены.

Сэр Роджер пискнул что-то невразумительное.

— Моих денег было вполне достаточно, чтобы нанять людей в деревне. Что ты сделал с этими деньгами, сэр Роджер?

— Я уже докладывал, милорд, денег едва хватило на еду и одежду.

— Здешние слуги грязные и оборванные, моя собственная мать одета в лохмотья. Если ты тратил деньги на одежду, то кто ее носит?

— Милорд, какой смысл наряжать вашу матушку? Ей все равно, новое на ней платье или старая дерюга.

— А куда делись платья леди Морайны? — вкрадчиво спросила Гастингс. — В ее сундуке я нашла одни лохмотья.

— Кто такая леди Морайна? — услышала Гастингс вопрос Гленды, с которым та обратилась к сэру Роджеру.

— Женщина, к которой ты была столь добра, — ответила за него Гастингс. — Сумасшедшая, за которой ты столь нежно и преданно ухаживала.

— Милорд, Гленда просто не знает имени вашей матушки.

— Где одежда леди Морайны?

— Ax, — произнесла Гастингс елейным голоском, — дозволено ли мне предположить, что все находится в спальне, в одном из огромных сундуков?

— Да, — подтвердила Гленда. — Бедному, лишенному разума существу ни к чему роскошные наряды, вот я и распорядилась хранить их там.

— По-моему, одно из этих платьев на тебе, — заметила Гастингс.

— Ах, нет, ее платья старомодны и уродливы.

— Я желаю просмотреть счета, сэр Роджер.

Немедленно.

— У нас нет управляющего, милорд.

— Тогда покажи хотя бы то, что осталось у тебя.

— Должен признаться, милорд, я истратил не все деньги, — проблеял сэр Роджер, обливаясь потом. — Я их придержал, не тратил без пользы. Я очень предусмотрительный человек.

Северн медленно поднялся, отпихнув назад кресло. Он стоял, высокий и грозный, поигрывая кнутом, и Гастингс могла бы поклясться, что ощущает животный ужас сэра Роджера. Но она молча глядела на мужа.

Тот подошел к сэру Роджеру, схватил за шиворот и, подняв в воздух, спокойно произнес:

— Ты сию же минуту подашь сюда все оставшиеся деньги. Найдешь все счета, какие у тебя имеются. Немедленно принесешь их и предъявишь мне. — Потом он разжал пальцы и тут же обратился к Гленде, которая больше не казалась такой самоуверенной:

— А ты принесешь мне все платья. Прямо сейчас.

Северн не прикоснулся к ней, только смотрел, как она бочком вылезла из-за стола и опрометью кинулась прочь. Обернувшись к жене, он, к ее немалому изумлению, лукаво подмигнул ей:

— Скоро мы разберемся в этой каше.

Гастингс неожиданно вспомнила, как впервые увидела его в Оксборо, и как он напугал ее тогда своей неподвижностью. А теперь он стал ее мужем, ее любовником. Он нагнал страху на парочку негодяев и весело подмигнул ей.

Сердце у нее пело от счастья.