Нас связала любовь - Джо Гудмэн

Уолкер приподнялся на локте и пристально посмотрел на Скай, будто желая убедиться, не шутит ли она. Она была совершенно серьезна.

— Привидение? — спокойно повторил он. — Значит, ты спрашиваешь о привидениях?..

— Да, ты веришь в них?

— На свете всякое бывает, — уклончиво ответил он.

Скай слегка пнула его кулачком в грудь.

— Ты просто смеешься надо мной!

Она встала, надела халат и подошла к камину. На часах было около шести: значит, пора вставать. — Я пойду к себе одеваться. Незачем всем знать, что я ночевала здесь.

Уолкер поднялся и зажег ночник.

— Парнел осведомлен об этом, — напомнил он, — а Корина узнает от него все. Думаю, к концу завтрака это будет известно всей прислуге. Кроме того, я не собираюсь спускать с тебя глаз и впредь. Я должен охранять Парнела.

— Я думала, ты собираешься охранять меня?

— Да.

— И себя, конечно?..

Он улыбнулся:

— Совершенно верно.

Он подошел к Скай и, обняв ее, заглянул ей в лицо. Его улыбка тут же исчезла.

Скай испуганно вздрогнула и подняла голову. Ей казалось, что Уолкер навалился на нее всем телом.

— Надеюсь, ты все-таки скажешь, почему спросила о привидениях?

Скай покачала головой.

— Не надо ничего скрывать. Ведь ты же сама заговорила об этом.

— Я верила тебе, — едва слышно проговорила она.

Он заглянул ей в глаза:

— Можешь по-прежнему верить мне. Я еще ни разу тебе не солгал.

— Но ты не сказал мне и всей правды.

— Верно.

— А скажешь?

— Едва ли.

— И ты полагаешь, что после этого я должна тебе верить?

— В этом гарантия твоей безопасности. Извини, но добавить к этому ничего не могу. — Он понял, что она хочет верить ему. — А теперь скажи, почему ты завела разговор о привидениях?

— Потому, что вчера ночью видела его у себя в комнате. — Скай боялась, что он рассмеется, но так как этого не произошло, добавила: — По-моему, оно посетило меня и позапрошлой ночью.

— И как оно выглядело?

— Собственно, я и не видела его, это нечто неуловимое, — пыталась объяснить Скай. — У | меня было… ощущение, я даже не знаю, как это передать, будто что-то прикасается ко мне. Этой ночью ощущение было еще явственнее.

Уолкер отступил на шаг, понимая, что ей и невдомек, какое облегчение отразилось на ее лице, когда она призналась ему в этом. Он вспомнил, как Скай вела себя в постели несколько! минут назад, вспомнил и свое поведение. Нет, пока он не пришел ни к какому выводу, но кое о чем уже догадывался.

— Расскажи, что случилось этой ночью, — попросил он. — Все, что сможешь припомнить.

Скай снова посмотрела на часы. Ей нужно было одеться, но идти к себе не хотелось.

— Сегодня я ощутила это более явственно, — сказала она. — Если бы мне удалось открыть глаза, я обязательно увидела бы его.

— Его?

— Это был он, мужчина, — тихо проговорила Скай. Поняв, что Уолкер отнесся скептически к ее словам, она пожала плечами. — Я знаю это.

— Почему же ты не открыла глаза?

— He смогла. — Скай принялась расчесывать волосы. — Мне было страшно, но дело даже не в этом. Я не рассмотрела его, потому что не смогла.

— Он закрыл чем-то тебе лицо?

Скай задумчиво посмотрела на Уолкера.

— Нет, — ответила она, — ничего такого не было. Просто веки так отяжелели, что я не смогла открыть глаза, хоть и пыталась. Я помню, что пыталась. — Она снова взглянула на Уолкера: — Тебе кажется, что я спятила?

Уолкер не ответил на ее последнюю реплику.

— Расскажи мне про эти прикосновения.

Она едва слышно заговорила:

— Оно было мягким, как пух. Еще какое-то похлопывание по коже, похожее на прикосновение крыльев бабочки. По мне что-то скользило. — Она заставила себя рассказать ему все. — Этой ночью… оно ощупало меня всю.

Скрывая жгучее любопытство, Уолкер спросил:

— Ты думаешь, это был я?

— Я знаю, что это был не ты. Я просто не могу поверить… — Скай умолкла, не в силах найти слова.

— Мы просто целовались, — осторожно напомнил он. — Больше между нами ничего не было.

Она вся горела. Уолкер смотрел на нее без тени смущения, нежно поглаживая большими пальцами ее запястья. Скай подумала, что в жизни не знала ничего прекраснее этих поцелуев, которые ничуть не походили на прикосновения привидения. Но Уолкеру незачем об этом знать. Она шепотом возразила:

— Лежа в постели с тобой я даже не могла уснуть.

Уолкер не стал говорить Скай, что она провела почти всю ночь в постели одна. Это ему не спалось. Проворочавшись битый час, он тихонько вышел из комнаты, а вернувшись, устроился в кресле у камина. Следующей ночью, как он полагал, будет то же самое.

— Ты ведь знаешь, что тебе нечего меня бояться, — заметил он.

Скай подумала, что в узком смысле это действительно так:

— Знаю.

— Ну и хорошо. Сейчас я переоденусь, мы пойдем к тебе, и ты приведешь себя в порядок. Сегодня я перенесу твои вещи сюда.

— Но…

Уолкер покачал головой, не дав ей возразить.

— Я перенесу их сюда, — повторил он. — Я хочу, чтобы ты жила здесь.

Все утро у нее в голове звучали слова Уолкера: «Я хочу, чтобы ты жила здесь». Время от времени она ловила себя на том, что, забыв о работе, смотрит на него. Он, казалось, не замечал ее смущения, при слугах обращался к ней редко, а при Парнеле был с нею холоден. Не замечал он и взглядов окружающих. Скай тоже хотелось бы не замечать их.