В кольце твоих рук - Елена Купцова

— Нет, я — член общества охраны животных.

— Там об этом как-то не думаешь.

Он сбросил скорость и резко вывернул руль. Машина запрыгала по гравию подъездной дорожки и остановилась у высоких ворот. За бетонным забором белел невысокий двухэтажный дом, полускрытый разросшимися деревьями. Откуда-то доносился рокот океана.

— Где мы? — почему-то шепотом спросила Наташа.

— В конце нашего путешествия. Наташа удивленно посмотрела на него.

— Это — наше пристанище на ближайшие два дня. Я его снял на уик-энд. Так что добро пожаловать. — Он всмотрелся в ее лицо. — Ты не рада?

— Я не могу отсутствовать целых два дня. Меня будут искать.

— Будем считать, что я тебя похитил.

Он выбрался из машины и пошел открывать ворота. Наташа не долго думая пересела на его место. Сиденье еще хранило тепло его тела. Ключ торчал в зажигании. Пора проверить, не пропали ли зря уроки последних дней. Она решительно повернула ключ.

Мотор ожил и утробно заурчал. Майкл еле успел отскочить в сторону. Машина просвистела мимо него и встала как вкопанная перед ступеньками входа.

Наташа наблюдала в зеркальце заднего вида, как он закрывает ворота. Руки слегка дрожали, сердце стучало. Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Напряжение потихоньку уходило.

Майкл распахнул дверцу и наклонился к ней. Наташа почувствовала его дыхание на своем лице.

— Ну и напугала же ты меня. Я…

Она не дала ему договорить. Подавшись вперед, прижалась губами к его губам. Недосказанные слова так и остались недосказанными.

Майкл с трудом оторвался от нее.

— Пойдем, я покажу тебе дом.

— Не сейчас. Сначала сходим к океану.

Наташа оперлась на его руку, и они пошли по тропинке туда, где волны разбивались о берег.

Луна уже взошла и призрачным светом озаряла все вокруг. Ее серебряный лик загадочно смотрел на них с высоты.

Тропинка вывела к пляжу. Наташа скинула босоножки и с наслаждением погрузила ступни в песок.

— Он еще теплый. Так и ластится.

Майкл последовал ее примеру, и они побрели вдоль кромки воды. Волны с шипением выплескивались на берег, обвивали их ноги и ускользали обратно. Ветер теребил волосы Наташи, сплетал и вновь расплетал, играя.

Берег, насколько хватало глаз, был погружен во тьму; Ни огонька, ни звука. Никаких признаков человеческого жилья. Только плеск волн да шепот ветра в ветвях.

— Мы здесь совсем одни?

— Как видишь. Это — наш необитаемый остров. Ночь — наше время суток. Я еще ни разу не видел тебя днем. Может быть, днем ты просто исчезаешь? Наташа, царица ночи с волосами цвета луны.

Наташа вздрогнула. Джеледе, прародительница. Белая женщина с волосами цвета луны.

— Пожалуйста, никогда больше не говори так.

— Почему?

— Просто не говори, и все. Давай вернемся.

Темнота вдруг показалась зловещей. Луна холодно и безразлично взглянула на нее и померкла, закутавшись в набежавшие облака. Наташа поежилась.

— Тебе холодно?

— Немного.

Майкл обнял ее за плечи и слегка прижал к себе.

— Ничего не бойся, когда я с тобой, — шепнул он ей на ухо.

— Я не боюсь.

— Хочешь, я отвезу тебя домой?

— Нет. — Наташа покачала головой. — Должен же ты хоть раз увидеть меня при свете утра.

Они расположились в гостиной на первом этаже, прямо на ковре. Свежее дыхание океана волновало легкие занавески. Полукруглые стеклянные двери были распахнуты навстречу ветру, напоенному запахом соли, водорослей, остывающего песка, и от этого казалось, что дом этот уже не дом, а корабль. Вот-вот снимется с якоря и запляшет на волнах.

Майкл заботливо усадил ее на ковер и скрылся на кухне. Наташа услышала звук открываемого холодильника.

— Тебе помочь?

— Ни в коем случае. Я сейчас.

Не прошло и пяти минут, как он появился в дверях с огромным подносом на одной руке. Не без изящества балансируя им, он подошел и опустился на ковер рядом с ней.

Чего там только не было! Куриные грудки с ананасами, креветки под соусом карри, французский сыр и внушительная бутыль шампанского, покрытая бисеринками влаги.

— Все бы хорошо, но я не подумал о бокалах, — сокрушенно сказал Майкл. — Такое шампанское надо пить из высокого янтарного стекла, которое поет при каждом прикосновении. А у меня только пластиковые стаканчики.

— Также не помешали бы белое кружевное платье, широкополая шляпа с лентами и белый смокинг, — подхватила Наташа. — И сверкающий «ролле» вместо твоей колымаги. Да и домик плоховат, мог бы быть и побольше.

— Ты права, — усмехнулся Майкл. — Будем попроще. В этом тоже есть своя прелесть.

— Иногда.

— И как раз сегодня.

— Да, сегодня. Я уже почувствовала это.

— Зато еда превосходная. — Майкл подцепил на вилку кусочек курицы и ломтик ананаса, протянул Наташе. — Попробуй.

— Удивительное сочетание. Никогда ничего подобного не ела.

— Это из индийского ресторана. Называется салат по-хайдарабадски.

Майкл хлопнул пробкой. Пенная струя вырвалась на волю и, искрясь, хлынула в стаканы.

— Ты, я вижу, очень основательно подготовился к сегодняшнему вечеру.

— Ты ожидала другого?

— Я вообще ничего не ожидала. Каждая наша встреча — нежданный подарок.

— Вот и тост родился. — Майкл потянулся к ней стаканом. — Чтобы все наши встречи всегда были нежданным подарком.

Наташа прикоснулась к его стакану своим.

— Нежный звон хрусталя, — прокомментировал он. — Придется озвучивать наши тосты.

— Давай не будем их произносить. — Наташа пригубила шампанское. Оно приятно покалывало язык.

— Как же так? Я всегда был свято уверен, что русские без тостов не пьют.

— Это правда, но пусть сегодняшний вечер будет исключением.

— Как хочешь. Я просто подумал, что мне стоит потренироваться перед встречей с твоей семьей. Ведь когда-нибудь ты представишь меня своим родным. Я должен быть к этому готов.

Наташа молча посмотрела на него. Он не мог бы сказать, что в этот момент выражали ее глаза. Мерцающая глубь, вечная загадка женщины.

— Не дразни меня, Майкл, — тихо попросила она. — Не надо. Я и так изо всех сил стараюсь не думать о будущем.

— Я тоже до недавнего времени не думал. Теперь все изменилось. Я хочу об этом думать, не могу не думать.

— Не надо, — повторила она. — Будем жить сегодняшним днем, как две бабочки, и радоваться каждому солнечному лучу, каждой минуте, которую судьба нам подарит, чтобы быть вместе. И довольно об этом.