Чужой, родной, любимый - Елена Соловьева

Думала ли я тогда, что изменю любимому мужу с его же сыном? Представить не могла. Так же, как не могла вообразить, что идеальный мужчина Макс станет домашним тираном. Превратит надежды на счастье в прах и безжалостно развеет по ветру.

— Раздевайтесь за ширмочкой, забирайтесь в кресло, — вещала меж тем гинеколог.

Кажется, ее звали Ирина Павловна. Или Петровна?.. Я не запомнила ни имени, ни лица, только голос, доносившийся словно откуда-то издалека.

— Нет, вы не беременны, — авторитетно заявила врач. — Но есть и хорошая новость: у вас вполне здоровый, молодой организм. Так что при должной практике вероятность зачатия велика. Мы можем предложить вам несколько процедур и лекарственных препаратов, чтобы увеличить шансы. Но я бы посоветовала пойти естественным путем.

Я не расстроилась, все, что ни происходит, — к лучшему. Вынашивать ребенка, находясь в таком стрессе, было бы верхом безумия.

— Если тошнота и головокружения продолжатся, все же обратитесь к гастроэнтерологу и неврологу, — продолжила врач. — А пока, больше отдыхайте, хорошо питайтесь и чаще бывайте на свежем воздухе. И побольше положительных эмоций: ничто так не лечит организм женщины, как приподнятое настроение.

— Спасибо, — рассеяно поблагодарила я.

И подумала, что выполнить последнее требование практически невозможно. Хотя… ожидание кары порой страшнее самой кары. Чем больше думала о том дне, когда Макс узнает правду, тем мнительнее и болезненнее становилась. Не лучше ли воспользоваться моментом и урвать свой кусочек счастья? Выкрасть, не оглядываясь на мнение Макса.

— Всегда рада помочь, — бодрым тоном отозвалась доктор. — Можно еще один совет?

Я кивнула, впрочем, не слишком надеясь на помощь. Откуда гинекологу знать, что творится в моей душе. Она по другим органам специализируется.

— Если хотите ребенка, не думайте о самом процессе зачатия, — огорошили меня ответом. — Наслаждайтесь жизнью, занимайтесь любовью и не думайте о последствиях.

На сей раз я улыбнулась более искренне. Еще раз поблагодарила и решила взять совет на вооружение. Почему бы и нет?..

Полная надежд, возвратилась домой и почувствовала запах гари. Не успев снять обувь, метнулась к кухне и натолкнулась на Дэна: в шортах и фартуке, с растрепанными волосами и с лопаткой в руке, он смотрелся презабавно.

— Что горит? — спросила я, косясь на подозрительно дымящую духовку.

— Ужин, — вздохнул Дэн. — Катерина Петровна оставила в холодильнике замаринованную курицу с запиской. Вернее с рецептом. Думаю, он предназначался тебе.

— А ты решил избавить меня от домашних обязанностей?.. — спросила я, не скрывая радости.

За все годы брака Макс ни разу не помог мне на кухне. Считал помощь по хозяйству ниже своего достоинства. Однажды я попросила его развесить постиранное белье и получила такой нагоняй, что больше и не заикалась о подобных вещах.

— Скажи, ты нарочно делаешь все то, чего не делает Макс? — откровенно спросила у Дэна.

— Не-е-ет, — растерялся он. — А что в этом такого? Почему ты все воспринимаешь в штыки?..

— Прости, — сникла я. — Не знаю, почему так себя веду. Наверное, привыкла, что все делается с каким-то умыслом, с определенной целью, а не по велению души.

Дэн коснулся моей щеки и проговорил полным нежности голосом:

— Пора отвыкать, не все люди подобны Максу. Ты достойна большего, того, чего я не могу сейчас тебе дать…

Он замолчал, а я прикусила нижнюю губу. На глаза навернулись слезы. Посмотрела на губы Дэна и поняла: стоит коснуться, и разумные мысли тут же оставят мое бренное тело.

— Давай спасать квартиру и ужин, пока Макс не вернулся. Ты же знаешь, его лучше не раздражать.

— Он не вернется рано, — заявил Дэн. — Сегодня утром сорвалась продажа крупной партии товара. Макс рвет и мечет. Ищет новых партнеров.

— Твоих рук дело? — спросила я.

Отшагнула и присела на стул. Стоя рядом, невозможно обсуждать дела. Мысли все равно уплывают в совершенно другом направлении.

— Нет, к сожалению, — улыбнулся Дэн. — Макс сильно зарвался, его предприятие не так прибыльно, как он пытается представить.

Я мысленно согласилась. С тех пор как вернулась на работу, успела понять, что в «Одувалов и Ко» не все так радужно. Дэну даже стараться не нужно — детище Макса и без того разваливается на глазах. От былой известности и престижа остались жалкие крохи. Слишком много конкурентов — активных, проповедующих новые методы управления, тщательно исследующих интересы потребителей.

— Почему ты не там, не с Максом? — уточнила так, чтобы это не показалось укором. — Коммерческий директор в числе первых должен участвовать в обсуждении таких вопросов. Разве нет?..

Дэн покивал. Бросил лопатку на стол и, сжав кулаки, зло процедил:

— Макс никого не хочет слушать. Выгнал всех с совета директоров, отмел все идеи — а среди них были и годные… Ну и черт с ним! Мне его промахи только на руку.

Как хорошо я понимала чувства Дэна. На своем опыте знала, как это больно и унизительно, когда тебя не слушают и не пытаются понять.

— Ничего, перебесится, — утешающее произнесла и лукаво посмотрела на Дэна. — Так что у нас с ужином?

— Как насчет пиццы или китайской еды на дом? — улыбнулся Дэн. — Или предпочтешь сходить в ресторан? Тут недалеко от дома я видел одно местечко…

Уход из дома вечером я отмела сразу. Кто-то же должен сдерживать романтические порывы, неизменно ведущие к полному краху. Макс не проглотит такую «пилюлю».

— Пусть будет пицца, — объявила я. — С курицей, раз уж нам не удалось попробовать чудо-блюдо бабы Кати.

Мы прибрали в кухне, проветрили квартиру и, пока не прибыл заказ, уселись пить чай. От злости Дэна не осталось и следа, он шутил, рассказывал забавные случаи из жизни. И вообще был самым милым и душевным собеседником.

— Мне вот интересно, чем ты таким важным занимался, пока готовил? — я не удержалась от вопроса. — Не хочешь рассказать?..

Дэн смутился. Посмотрел на сложенные на столе руки. И как будто бы покраснел.

— Кажется, знаю, чем занимался… — улыбнулась я. — Хобби? Снова мастерил игрушки?

— Меня это успокаивает, — признался Дэн. — А как ты догадалась?

Я пожала плечами. Мне иногда казалось, что мы с Дэном умеем читать мысли друг друга. А его мастерство создавать механические безделушки умиляло меня.

— Покажешь? — затаив надежду, спросила я.

Дэн нехотя поплелся в спальню. Я последовала за ним. Застыла в дверях, не смея войти внутрь.

Эта комната стала для меня запретным местом, она словно пропиталась энергетикой хозяина. Постельное белье пропахло мускусно-пряным ароматом его тела. Шелковые простыни манили прохладой. Как, наверное, приятно прилечь щекой на прохладную поверхность. Как в детстве, устроить бои подушками. Разметаться на кровати, широко раскинув руки…