Вынужденная помолвка - Кэрол Мортимер

Грейс, словно обожженная, отскочила от Люсьена. Ее щеки побледнели. Она потрясенно посмотрела на него и повернулась, чтобы поправить свои волосы. Грейс смотрела, как к ним неспешно приближается Френсис Уинтер, на его губах заиграла расслабленная улыбка, когда он подошел к ним.

К удивлению Грейс, как только Френсис оправился от шока после смерти старшего брата, он стал достаточно милым по отношению к ней и учтивым и добрым по отношению к герцогине. Он даже попросил прощения у Грейс и Люсьена за то, что доставил им неприятности в Лондоне. Разумеется, его повеление по отношению к Дариусу было другим, но эти напряжённые отношения длились у них, казалось, с детства, и не было надежды что-либо изменить.

— Грейс… Сен-Клер, — легко поприветствовал их Френсис, — Прекрасный день, не правда ли? — Он выглядел почти красивым, когда легкий ветерок разметал его волосы. — Я каждый день гуляю по этой тропинке, когда остаюсь в Уинтон-Холл. Ты ведь помнишь, как мы все в детстве играли здесь, Сен-Клер?

Люсьен помнил, как они играли с Саймоном, а иногда и Дариусом, если тот был дома после школы: они убегали в лес, чтобы не слышать жалоб Френсиса о том, что они не позволяют ему играть с ними. Жалобы возможно, были обоснованные, но Френсис всегда был капризным ребенком.

Люсьен обнаружил, что он и теперь не менее надоедлив, а его вмешательство сейчас было таким же неуместным, как и много лет назад!

Своевременное, но все равно неуместное. Люсьен, нахмурившись, заметил, что Грейс выглядит обеспокоенной. Ее щеки горели, а взгляд был немного затравленным. Она с осуждением посмотрела на него.

— Я помню, как мы несколько раз бросали тебя в озеро, — сухо ответил он молодому человеку.

Френсис на мгновение нахмурился, потом его лицо снова прояснилось.

— Уверен, что это были просто мальчишеские проделки, — снисходительно признался он.

— А я думал, это был наш способ избавиться от тебя, — резко парировал Люсьен; особенно ему не нравилось то, что Френсис стоит рядом с Грейс.

— Возможно, я был тем еще занудой, — кивнул Френсис, выражение его лица, когда он посмотрел на Люсьена, было загадочным, — Не возражаете против того чтобы закончить путешествие? — предложил он, взяв руку Грейс и положив ее на свой локоть.

Глаза Люсьена сузились, когда он увидел такую фамильярность.

— Грейс и я собирались вернуться в дом, — холодно посмотрел он на юношу. — Ты можешь присоединиться к нам там, если захочешь…

Грейс впервые услышала об их намерении вернуться в Уинтон-Холл. Но возможно, сейчас им лучше так и сделать. У нее не было никакого интереса продолжать прогулку в присутствии Френсиса, а о том, чтобы продолжить ее вдвоем… Об этом не могло быть даже и речи.

Бог знает что случилось бы, если бы Френсис не пришел и не помешал им!

— Я хотел сопровождать Грейс, если ты желаешь вернуться в дом, Сен-Клер, — вопросительно посмотрел на девушку Френсис.

— Мне тоже следует вернуться. — Грейс сняла свою руку с руки Френсиса и отступила. — Тетя Маргарет хочет собрать вещи сегодня, и ей может понадобиться моя помощь.

— Конечно. — Френсис понимающе кивнул. — Нехорошо со стороны Дариуса перевозить ее в Дауэр-Хаус в такой спешке, — с неодобрением добавил он.

Грейс выглядела пораженной.

— О, я не думаю, что лорд Дариус… герцог… — в волнении поправилась она, — я не думаю, что он инициатор тетиного переезда.

— Твоя преданность делает тебе честь, Грейс, — изрек Френсис с обычной своей напыщенностью, — Тем не менее я боюсь, что один Дариус виноват в том, что Маргарет ощущает себя незваной гостьей в доме, который называла своим более тридцати лет.

— А твое обвинение в адрес Дариуса не делает тебе вообще никакой чести, Френсис, — отрезал Люсьен, презрительно посмотрев на молодого человека. — Я своими ушами слышал, как он уговаривал герцогиню отложить переезд в Дауэр-Хаус по крайней мере на несколько недель.

— Разумеется, слышал, — снисходительно согласился Френсис. — Однако то, что происходит наедине, совсем другое дело, — печально добавил он.

Люсьен сжал руки в кулаки, изо всех сил стараясь не ударить наглеца! Дариус его друг, черт добери, ходят о нем сплетни или нет. Люсьен не мог спокойно стоять и слушать, как Френсис оговаривает собственного брата!

Взгляд Люсьена был ледяным.

— Объясни свое последнее замечание, Уинтер.

Френсис беззаботно пожал плечами:

— Уверен, что, если ты спросишь Маргарет, она не сможет отрицать, что наедине Дариус ясно дал ей понять, что думает насчет ее переезда в Дауэр-Хаус.

Люсьен поджал губы. Герцогиня не пришла в себя после внезапной смерти мужа, и Люсьен не хотел расстраивать ее еще больше, задавая вопросы о причинах того, почему она настояла на скором переезде в Дауэр-Хаус.

— Думаю, ты специально так откровенничаешь, — отрезал он. — Я настоятельно рекомендую тебе не повторять эту злую сплетню ни в моем присутствии, ни в присутствии Грейс! Несмотря на твое извинение, ты, кажется, ничему не научился после предыдущих неосмотрительных сплетен обо мне и Грейс!

Грейс сначала была поражена тем, в чем Френсис обвинял собственного брата. Но при дальнейшем размышлении не могла не задуматься, нет ли правды в словах Френсиса о причинах решения тети переехать в Дауэр-Хаус всего неделю спустя после смерти мужа. Это было по меньшей мере поспешное решение, и Грейс указала на это своей тете вчера. Но герцогиня осталась непреклонной в своем решении уехать в конце недели.

Потому что Дариус попросил ее об этом?..

— В таком случае… — Френсис напряженно поклонился. — Грейс. Сен-Клер.

Он пошел в противоположном направлении от дома, всем своим видом показывая, что его обидели слова Люсьена.

Грейс взглянула на Люсьена из-под опущенных ресниц, если бы он когда-нибудь посмотрел на нее с таким ледяным презрением, то она бы точно сквозь землю провалилась!

— Люсьен? — мягко напомнила она о себе, видя, что он продолжает смотреть, прищурившись, вслед молодому человеку.

Люсьен сделал резкий вдох и повернулся к Грейс.

— Это за пределами моего понимания, почему никто еще не раскусил этого человека! — с отвращением проговорил он, когда они пошли по направлению к дому.

Грейс печально улыбнулась:

— А я так надеялась, что он будет всегда таким же милым, каким был на прошлой неделе.

Люсьен ухмыльнулся.

— Леопард не меняет своих пятен, Грейс, — сухо предупредил он ее. — Хотя я думаю, что в случае Френсиса Уинтера это сравнение может быть унизительным для леопарда!

— Возможно, ты прав, — кивнула Грейс. — Однако тебе не кажется, что в словах Френсиса есть доля правды?

Именно это и беспокоило Люсьена больше всего в его разговоре с Френсисом Уинтером — его собственный страх, что обвинения молодого человека могут быть на самом деле справедливыми!