Научи меня верности - Алиса Рассл

— Вот столько. Что успеем за это время — то сделаем, — кажется, управляющего и администратора в одном лице Ульяна уже нашла. Эта девушка просто излучала позитив! А Сашка тем временем продолжала: — Например, ей нужна стрижка и укладка с макияжем. Считаем примерное время на это дело — и вуаля! Там есть кухня, где надо поставить кофемашину, и можно сотрудничать с соседней кондитерской. У них офигенные низкокалорийные сладости. Это будет круто, если клиентки не будут сразу убегать домой, а будут оставаться на чашку кофе и поболтать.

— Это будет отвлекать от работы… — попытался возразить Вадим.

Саша снисходительно улыбнулась в ответ:

— Пока она болтает, ей можно продать что-то еще, услугу или косметику. А?

И Ульяна загорелась. ИП уже давным-давно было открыто, и даже толковый юрист был у нее на примете. Хоть с Натальей она так и не виделась еще, но совет подруги сейчас был ей необходим. Наутро Ульяна уже штурмовала Наташину квартиру, поражаясь сама своей бестактности — припереться к человеку в десять утра в субботу утром! Но Ульяне нетерпелось, а телефон Ната не брала, вот Потапова и примчалась. А когда дверь ей открыл Олег в одном полотенце, ей показалось, что она ослепла и оглохла разом. Такого она не ожидала никак. Хотя понимание того, что ее муж уже не один день живет с Наташей под одной крышей, сбивало с ног. Вместо слов она только открывала и закрывала рот, жмурилась, словно пытаясь прогнать наваждение.

— Что пришла? — и голос, такой родной и любимый когда-то, звучал сейчас холодно и отчужденно.

— Кто там, дорогой? — и это «дорогой» из уст Наташи прозвучало, как пощечина, заставив Улю испуганно отшатнуться.

— Бывшая.

Бывшая. Она бывшая.

— Пусть к чертям катится, я в ее услугах не нуждаюсь.

Ульяна, так и не найдя, что сказать, молча развернулась и собралась уходить.

— Позвони, когда будешь готов поговорить, я буду ждать.

Громкий хлопок дверью был ей ответом. И кажется, только сейчас она действительно осознала — это все. Нет больше их. Есть она, есть он. Точнее, они с Наташей

Больно. Черт, как же больно!

И месяц этот так и прошел, то купая Ульяну в горечи, то ненадолго давая анестезию. Ульяна могла впасть в ступор и перестать реагировать на внешний мир, уходя в свои переживания и тяжкие думы. Могла начать говорить невпопад. Внутри у нее было словно выжженное поле, и что делать теперь — Уля абсолютно не понимала. Раньше-то она думала, что они смогут встретиться и поговорить, как взрослые люди. Но не теперь, когда рядом с ним коршуном вьется Наташа. Вадя всерьез собирался переехать жить к Ульяне, на что она покрутила у его виска, показывая тем самым, что она об этом думает.

— Мы и так с тобой не расстаемся весь день. Дай мне хоть ночью дышать спокойно, — отшучивалась она. Потому что если Вадик услышит, как она орет во сне, точно потащит ее к психологу.

Легкий косметический ремонт в помещении будущего салона все же пришлось сделать. И вот к концу месяца Ульяна уже принимала в салоне первого клиента. Конечно, поначалу потянулись не все клиентки — цена стала дороже, да и перспектива ехать на другой конец города нравилась не всем. Но вскоре благодаря рекламе в соцсетях и тем людям, с которыми она познакомилась на выставке, запись к ней была расписана на месяц вперед. Пришлось даже нанять второго мастера, чтобы хоть немного разгрузить график. Да, Уля оставила себе право выезжать на дом по собственному желанию, но делала она это крайне редко — в основном, к пожилым людям.

Через неделю после возвращения домой Никита еще пару раз звонил ей, но после основательного разговора с Вадимом перестал ей докучать. Хоть одна хорошая новость. Он стал ей мерзок в тот момент, когда она узнала, что Таня в положении. Да и сама себе она стала мерзкой. Ей и сейчас иногда кажется, что она покрыта этой грязью, словно срослась с ней и никогда от нее больше не отмыться.

— Черт, что протухло? — с этими словами Ульяна, как заправская ищейка, обнюхивала салон уже третий час. Саша только недоверчиво поглядывала из-за стойки, но комментировать поведение хозяйки не решалась.

Потапова снова открыла холодильник и стала рассматривать сроки годности и искать то, что могло источать такой мерзкий запах. Достала сыр, понюхала его, скривилась и опрометью бросилась в туалет.

— Точно, это сыр был тухлый, а я вчера его ела, — делилась она с Сашей подозрениями, прихлебывая сладкий мятный чай и заедая маленькими солеными крекерами.

— Больше не тошнит? — участливо поинтересовалась Александра и, получив отрицательный ответ, улыбнулась. — Маме тоже при токсикозе помогало.

Хорошо, что Ульяна не успела отхлебнуть чай. непременно бы подавилась. А так просто испуганно выпучила глаза на Сашу, вспоминая тот самый вечер, когда вернулась домой. До этого у нее были месячные, а потом только этот незащищенный акт с Олегом… В теории — все может быть. На практике же — вряд ли.

— Я таблетки пила, да и на нервной почве, наверное, сбой какой.

Так она себя успокаивала, но зерно сомнений с каждым днем укоренялось в ее мыслях, зарождая надежду. Да, она никогда больше не будет с Олегом, но, может, хоть ребеночка родит для себя? Но тут же отгоняла подальше все эти мысли. Нечего заранее радоваться, когда еще ничего не ясно. Мечты больно бьются. А уж надежды на скорое материнство — вдвойне. Спустя еще две недели, когда Ульяна вконец извела себя, а тесты на беременность все как один показывали отрицательный результат, Уля пошла к врачу.

— Вот он, смотрите, — врач указала на маленькое черное пятнышко. — Пока только плодное яйцо визуализируется, но я точно могу сказать, что вы беременны.

А Ульяна лежала и смотрела на крохотную точку на экране и плакала. И благодарила всех тех, кто там наверху решили-таки подарить ей такое счастье. Пусть малыш достался ей таким путем, она была счастлива. А еще четко понимала, что даже если она расскажет Олегу, он ни за что не поверит, что ребенок его. Она бы на его месте точно не верила.

— Я буду беречь тебя, кроха.

Это на картинках книг беременные сплошь все счастливые и радостные. В жизни же все гораздо прозаичнее. Да, Ульяну не мучил токсикоз по утрам, зато она теперь не могла переносить запах все того же сыра, длительные поездки и очень быстро утомлялась, поэтому большую часть клиенток Уля отдала своей помощнице и стала всерьез задумываться над поиском еще одной. К началу двадцатой недели у Ульяны ужасно отекали ноги, так что работать стоя больше не представлялось возможным. Теперь хозяйка приходила в салон либо когда была ее смена администратора, либо просто потрещать с клиентками. Дома сидеть было абсолютно невыносимо, а меняющееся со скоростью света настроение, казалось, сведет Ульяну с ума. И вечера, когда Вадик и Саша предпочитали проводить вдвоем, Ульяна все чаще предавалась воспоминаниям, пересматривая фото и видео из их с Олегом архива. Уля понимала, что его уход к Наталье — это целиком ее вина, не его. Если бы не случился в ее жизни Никита, если бы она нашла в себе силы противостоять его обаянию, если бы… Столько теперь в ее жизни этих «если бы» — не счесть просто! Да, тогда бы не пришлось ей коротать вечера в одиночестве, да и перспектива стать мамой-одиночкой угнетала. А от осознания, что Олег может и не узнать никогда, что ребенок его, делалось еще паршивее. Ну как так? А вот так, не поверит он ни за что, даже пытаться не стоит. Можно, конечно, сделать тест ДНК, но что-то Потаповой подсказывало, что согласия на это Олег уж точно не даст. О том, сколько их впереди ждет бюрократических проволочек, Уля старалась сейчас не думать.