Шторм страсти - Мэри Джо Патни

По телу Рори побежали мурашки, когда Габриэль усадил ее рядом с собой на край кровати.

– Какой вы… решительный.

– Ты. Говори мне «ты», когда мы одни, никого поблизости, а дверь заперта. И не бойся: мы будем делать только то, что захочешь. В любой момент ты можешь уйти.

– Но я не хочу уходить, – прошептала Рори.

Тусклый свет лампы освещал лицо Габриэля и глаза, которые смотрели на нее с подкупающей искренностью. На нем была лишь одежда для сна: кальсоны и свободная льняная рубашка, заношенная до такой степени, что ткань совсем вытерлась.

Внимательно оглядев повязки на голове и руке Габриэля, Рори спросила:

– Как вы… ты себя чувствуешь? Прошлой ночью вид у тебя был не очень.

– Немного побаливает, но все это неважно. – Габриэль взял ее руки в свои и поцеловал костяшки пальцев. – Ничто не сможет помешать мне ласкать тебя.

Рори немного смутилась.

– Ты такой замечательный, и слушать умеешь. Многие мужчины считают нас, женщин, глупыми и совсем не дают рта раскрыть.

– И много теряют. С женщинами порой очень интересно беседовать, – улыбнулся Габриэль. – К тому же моя способность слушать делает меня в твоих глазах более привлекательным.

– Не только это, – рассмеялась Рори. – Но если я начну перечислять твои достоинства, боюсь – возгордишься.

– У меня много грехов, но гордыня не в их числе.

– Значит, ты слишком много времени провел в мужском обществе. – Рори провела ладонями по широким плечам Габриэля, коснулась груди, темных волос, видневшихся в расстегнутом вороте рубашки.

Он судорожно вздохнул и провел своими большими ладонями по ее спине, плечам, талии, бедрам.

– У тебя великолепная фигура.

Рори ощутила, как ее постепенно охватывает желание. Когда они поцеловались на корме, все произошло настолько быстро, что у нее не было времени все осмыслить, зато теперь можно в полной мере осознать, какое удовольствие испытывает она сама, дотрагиваясь до него.

Уткнувшись ему в грудь, Рори тихонько вздохнула и несмело начала прокладывать губами дорожку по шее, подбородку, щеке, коснулась губ, и они приоткрылись ей навстречу: такие упругие, теплые, жаждущие.

Рори робко коснулась языка Габриэля своим и поразилась ощущению, которое испытала. В отличие от нее Габриэль робости не испытывал. Поцелуй становился все глубже, дыхание его участилось, и Рори, закрыв глаза, погрузилась в водоворот охвативших ее чувств.

Руки Габриэля лихорадочно блуждали по ее спине, бедрам, сжимали ягодицы, и по ее жилам покатился жидкий огонь, а между ног напротив, стало влажно. Он привлек ее ближе и, усадив на колени, потянул за пояс халата.

Из горла Габриэля вырвался хриплый возглас восхищения, когда его взору открылись идеальной формы полные упругие полушария. С благоговением обхватив их ладонями, он сдавленно проговорил:

– Когда я впервые увидел тебя, в этой прозрачной накидке, первое чувство, которое я испытал, это неловкость из-за того, что тебя подвергают такому унижению, но все же больше всего на свете мне хотелось дотронуться до тебя, моя красавица.

– Ты заставил себя не пялиться на мое тело, а смотреть на лицо, – со смехом выдохнула Рори. – И я это оценила, ведь предстать практически обнаженной перед соотечественником еще ужаснее, чем перед этими иноземными сластолюбцами. Но еще больше я была тебе благодарна за то, что дал мне плащ, чтобы прикрыться. Но все это было тогда, а сейчас мне ужасно хочется, чтобы ты смотрел на меня, трогал, восхищался.

Подушечками больших пальцев Габриэль потер ее соски, и она ошеломленно охнула, когда по телу пробежал электрический разряд и устремился в самый потаенный уголок ее естества.

– Я восхищаюсь тобой – и не только красотой, но и мужеством, чувством собственного достоинства. Всеми силами я старался подавить желание, но все же ждал и надеялся, что этот самый момент наконец наступит.

Ей так хотелось увидеть его целиком: Рори просунула руки ему под рубашку и погладила мускулистую грудь, пробралась к соскам и, сгорая от любопытства, сжала их кончиками пальцев.