Случайный брак с миллиардером - Агата Лав

Я поднимаюсь с кровати и прохожу вглубь комнаты. Скрываюсь за спиной Константинова, чтобы прийти в себя и не думать о том, что показываю лицом. Не хочу контролировать эмоции, прятать шок после его признания… Я не могу поверить, что такое вообще возможно. Как это подняла нож и ударила?

Я же видела Ольгу, она производит впечатление прожженной и расчетливой стервы, но не сумасшедшей. Наоборот, она холодна как айсберг. Мне показалось, что она из тех, кто живет заповедью, что месть не подают на горячей тарелке.

Она была другой раньше?

Не только внешне.

Я вспоминаю, что Ольга моя ровесница, и легко высчитываю, что ей было чуть больше двадцати, когда она стала супругой Константинова. Молодая и неискушенная, Максим говорил, что большие деньги испортили ее. Значит Ольга не видела роскоши до встречи с ним? Может, даже, как и я, не видела таких мужчин прежде. Поэтому влюбилась без памяти и присвоила? По-детски поверила, что так будет всегда, пока жизнь не отвесила отрезвляющую пощечину. Такую жестокую, что у нее помутился рассудок на мгновение?

Я пытаюсь найти хоть какое-то объяснение, чтобы чувствовать землю под ногами. Мне нужно понимать, что происходит вокруг, и с кем я имею дело. Я в свои двадцать шесть едва справляюсь.

— Ты скрыл эту историю? — спрашиваю, не поворачиваясь к Максиму.

Он тоже продолжает стоять спиной ко мне. И это так странно, он вдруг замирает и перестает давить. Хотя почему странно? Когда он признался об аварии, он сразу же свернул разговор и ушел, а потом уцепился за то, что я вздумала требовать его встречи, топая ножкой. Он не произнес ни слова о моих родителях с тех пор, словно вернул на эту тему запрещающую табличку.

— Конечно, — по шорохам я понимаю, что он кивает. — Ольга сама испугалась, она вызвала скорую и зажала рану…

— Значит ты не наказал ее.

— Тяжело наказывать, когда сам безнаказанным ходишь, — он усмехается, но без эмоций, из-за чего его усмешка падает тяжелым грузом на пространство, что стоит между нами.

Я все же оборачиваюсь через плечо и смотрю на его обнаженную спину. Плечи напряжены, мускулы как сгустки силы проступают через кожу, натягивая ее.

Он не умеет вести такие разговоры.

Вообще разговоры.

И каждый раз, когда предпринимает попытку, его выкручивает узлами. Мне вдруг кажется, что он в тупике. Сам видит, что ломает всё вокруг из-за жесткого характера, но по-другому не умеет. Не знает, как измениться.

— Так ты ее выбрал за сходство со мной? — я нажимаю уверенным голосом.

Хотя отчаянно сомневаюсь, что стоит заводить этот разговор, интуиция подсказывает, что лучше не соваться, пощадить себя и не лезть в чужую душу, которая уже не такая уж чужая. Кажется, я пропустила безопасную развилку, когда еще могла думать о Максиме только как о боссе.

— Из-за этого взял в жены?

— Пожалуй, — коротко бросает Константинов.

— “Пожалуй”, Максим? Это не ответ!

— Я испытал шок, когда впервые увидел ее. Издалека подумал, что это ты, а потом появилась шальная мысль, что вы сестры. Мои люди проверили ее биографию, ее родителей, все было чисто, но я все-таки заказал тест ДНК. Хотел знать наверняка.

— Что?

— Вы не сестры.

— Это я знаю, мою сестру зовут Лиза, а не Ольга, — я слепо делаю шаг к нему и непроизвольно начинаю говорить высоким противным голосом. — Какой еще тест? Я не сдавала никакие анализы.

— Диспансеризация в твоем университете. Ее провели по моему заказу.

Боже…