На ромашке не гадай - Лаура Дэниелз

Дебби бросила на нее взгляд.

– К сожалению, это правда. За молчание Алан обещал купить Тиму настоящий баскетбольный мяч. Возможно, Тим так бы ничего и не рассказал, но я спросила у него, почему он такой грустный, тут-то все и открылось.

– Боже мой… – прошептала Джин, совершенно потрясенная новостью. – Боже мой…

Перед ее внутренним взором возникла картина того, как дрожащий Тим, зябко ежась и поглядывая на дорогу, переминается с ноги на ногу на крыльце спортивного зала, а Алан все не едет и не едет.

Этого я ему не прощу! Джин стиснула зубы.

Но вместе с тем она подумала кое о чем еще: наверное, родная мать никогда бы не поручила своего ребенка посторонним. Она бы в узел завязалась, но нашла бы способ справиться с проблемой самостоятельно.

Разговор с Аланом состоялся поздним вечером того же дня. Тим уже отправился спать, а Джин и Алан остались в гостиной.

Джин прямо сказала ему, что все знает. Однако он не особенно смутился.

– Но я ведь забрал Тима в конце концов.

– В конце концов! После того как он продрог до костей на холоде, дожидаясь тебя!

– Тим не такой уж беспомощный, – начал Алан, – он мог бы сообразить, что…

– Тиму еще нет и девяти, – перебила его Джин. – Он пока полагается на взрослых. А ты если взял на себя ответственность, то обязан ее соблюдать. Но на самом деле тебе ведь все это безразлично, верно?

– Ничего подобного! – буркнул Алан. – Я просто заработался, разве у тебя самой такого не бывает?

– Бывает, но я все-таки как-то умудряюсь помнить о главном.

– Ну, извини, извини.

Джин мрачно взглянула на него.

– Думаешь, что, попросив прощения, ты все исправишь?

– Боже мой! Чего же ты от меня хочешь? Чтобы я удавился, что ли?

Она медленно покачала головой.

– Нет, чтобы удалился.

– Послушай, не играй словами, я этого не люблю! – вспылил Алан.

– Хорошо, говорю прямо: собирай вещи и уезжай. Ты не оправдал моего доверия. – Произнеся эти слова, Джин напряглась, потому что дальше от Алана можно было ожидать чего угодно.

Однако он продемонстрировал завидное спокойствие: просто пожал плечами и сказал:

– О, пожалуйста. Через два-три дня ты меня здесь не увидишь. В конце концов, наш роман не мог продолжаться вечно.

Сердце Джин сжалось.

– Вот как?

– Разумеется! – рассмеялся Алан. – Во-первых, ты старше меня, во-вторых, у тебя ребенок. А я, знаешь ли, не привык отягощать себя обязанностями. Они меня угнетают. Но… мы с тобой неплохо позабавились, верно?

Джин почувствовала, как ее исподволь охватывает гневная дрожь.

– Позабавились, говоришь?

– А разве нет? По-моему, мы неплохо провели время. А сейчас мне в самом деле пора двигаться дальше. Не могу долго оставаться на одном месте.

– И с одной женщиной?

Алан посмотрел ей в глаза.

– Рад, что мне не придется тебе это объяснять.

У Джин возникло ощущение, будто диван, на котором она сидела, покачнулся.

– Иными словами, ты просто использовал меня и мой дом как местечко, где можно неплохо отдохнуть и… позабавиться?

Алан вновь пожал плечами.

– Можно и так сказать.

– Замечательно. А теперь послушай, что я тебе скажу: ступай наверх, собирай чемодан – и чтобы через пятнадцать минут твоего духу здесь не было!