Сердолик без оправы - Айлин Даймонд

С вечера семейного ужина в зале гостиницы прошло четыре года. За это время столик перенесли в другой угол, а вскоре заменили на новый, с фирменным рисунком на крышке.

Искусственный водопад тоже заменили на более веселый, который обрызгивал клиентов, когда им приходило в голову кинуть монетку в поток воды.

Настоящий водопад, высоко в горах, грохотал по-прежнему — ему меняться было незачем. Зато произошло немало изменений в его окружении.

Фирма «Роза ветров» — в неудержимом желании повышать уровень обслуживания клиентов — проложила канатную дорогу, конечным пунктом которой стал легендарный водопад.

И все новые и новые туристы кидали монетки в поток, заботливо отгороженный от посетителей надежным барьером, после чего любовались беломраморной статуей юной индианки, которая, закинув руки, принимала на себя всю мощь прозрачной грохочущей лавины. А потом, задрав голову, смотрели на самую вершину, откуда низвергалась стихия, восхищенно выслушивая рассказ нового экскурсовода о подвиге некоего горного инструктора, доставшего для своей возлюбленной с той самой вершины удивительный сердолик. Сердолик, который по легенде приносит счастье.

Но, предусмотрительно добавлял гид, сердоликов там больше нет и проверять этот факт запрещено службой горной безопасности.

А знаменитый сердолик в свое время стал одним из участников редкой церемонии двойного бракосочетания, состоявшейся в Роквестере, городке, затерявшемся посреди бескрайних кукурузных полей.

Не обрамленный в оправу, не ставший предметом ювелирного искусства, маленький темно-красный сердолик обратился в скромную подвеску на простом тонком шнурке, скрывшуюся от посторонних глаз под высоким воротом свадебного платья, в котором покинула собор одна из участниц церемонии.

Многослойное легкое одеяние скрывало чуть изменившуюся фигуру новобрачной и делало ее похожей на птицу, которая вот-вот взлетит, чтобы воспарить над миром в паре с темноволосым, темноглазым другом.

Другая новобрачная, выходившая из церкви в элегантном атласном кремовом костюме под руку с рыжеволосым, растерянно улыбавшимся мужем, ступала по земле более уверенно, но не менее радостно. Впереди открывались не только политические вершины, но и другие более доступные и приятные перспективы.

И немногочисленные свидетели торжества не знали, какая из двух пар лучше, красивее и счастливее. Но первая из них знала это точно.

Именно эта уверенность помогла Аннабел и Гарри преодолеть первые, самые трудные времена становления собственной фирмы и совместной жизни.

Вскоре первые клиенты «Горного ангела» активно принялись делиться в блогах и на туристических форумах впечатлениями от редких видов и удовольствий, которые предоставляла им заботливая фирма. Покоряло экзотическое сочетание идеального комфорта с дикой природой, необычайно ласковая, почти семейная заботливость супруги хозяина фирмы, миссис Аннабел Стоун, которая регулярно наведывалась к клиентам, собственноручно проверяла качество еды, чистоту и тепло в туристических домиках. Она бдительно следила за качеством постельного белья и легко входила в курс маленьких и больших тайн, радостей и горестей своих гостей. И постепенно клиенты превращались в регулярных постояльцев в крошечном кемпинге маленькой фирмы.

Хозяйка навещала подопечных с сыном на руках. Маленький «горный ангел» как две капли воды походил на большого «горного ангела» — бровями, улыбкой, терпением и добродушием. Приняв имя деда, которого ему не довелось увидеть, маленький Ричард страстно любил горы, как отец. Аннабел терпеливо учила его говорить. А малыш все повторял и повторял новые слова, так громко и от души, будто хотел, чтобы их услышал весь мир.

Мама Аннабел рассказывала об этих чудесах по телефону и в письмах бабушке маленького Ричарда Стоуна — миссис Джоан Хакен. Бабушка еще ни разу не видела внука: мешали дела, потом — отдых в Австралии с молодым мужем, потом — вхождение в новую семью и установление дипломатических отношений с отцом мужа, кандидатом в сенаторы, который был немногим старше самой Джоан.

Дипломатия оказалась столь удачной, что в креслах палаты представителей стали поговаривать о новой кандидатуре, которую разрабатывают демократы на пост спикера: некая миссис Джоан Хакен с отличными деловыми и ораторскими способностями, все более крепко и надежно забиравшая в свои руки организационные дела.

Но в один прекрасный день миссис Джоан Хакен взяла годичный отпуск с партийного поста по личным обстоятельствам и удалилась в клинику, знаменитую удачными опытами по сохранению поздней беременности.

Смущенный звонок дочери превратился в долгий доверительный разговор с ней и завершился грустной констатацией:

— Вот так неожиданная случайность ломает наши лучшие планы. В общем, если все обойдется, то, кажется, я вернусь к образу жизни домохозяйки, — неожиданно заявила мать.

Аннабел удивилась невероятно.

— Мама, а что же мешает тебе соединять семейную жизнь с карьерой? Ведь все так отлично складывалось! Огден, я уверена, прекрасно справится с обязанностями няни!

— Я не потерплю, чтобы мой дорогой муж превращался в няньку! — воскликнула Джоан. — Я сделаю все, чтобы мистер Хакен стал спикером! Ты ведь знаешь: я умею вести мужчин к высотам!

— Да, мамочка, рука у тебя твердая, — засмеялась Аннабел. — С такой поддержкой Огдену ничего не останется, как стать спикером.

— И он им станет! — решительно произнесла миссис Хакен. — А я буду растить для него помощника. Или помощницу. Дочка, дочка, — произнесла она совсем другим, тихим тоном, — как же хорошо быть просто женщиной…