Женитьба Ночного охотника - Джулия Поздно

– Ночью обещают бурю. Проводник выдал плотные покрывала и предложил всем по возможности держаться вместе. Я остаюсь с тобой.

От такого его заявления я вздрогнула. Все-таки я очень надеялась, что совместное пребывание в пути нам не грозит.

– Вряд ли мне удастся в подобных условиях спать, а ты… – и тут же себя одернула, он не спит, никогда.

– Мне не нужен отдых, если только мой магический резерв не опустошен, но этому не бывать.

Задушевных бесед вести не хотелось, я скрутила платок в валик и подоткнула себе под голову. Повернулась к мужчине спиной. Я чувствовала, что его взгляд блуждает по моему телу, и от этого было вдвойне неприятно. В шатре стало еще темнее, усталость давала о себе знать, и я прикрыла глаза, проваливаясь в глубокий сон.

Очнулась оттого, что как будто меня кто-то толкнул. Со стороны улицы раздавалось грудное завывание, а самое главное – кроме меня, никого в шатре больше не было. Я села, подобрала ноги к подбородку и стала прислушиваться в надежде различить между болезненным и резким звуком голос Лейза.

Сколько прошло времени, я не понимала, но в шатер так никто и не возвращался. С одной стороны, именно этого я и хотела: не видеть темного, не ощущать его присутствия, а с другой – находиться одной в южных землях чужого народа, дикого (как описывалось во многих библиотечных книгах замка Вилдернола) было совсем не по себе.

Откинув излишний страх, несмотря на предупреждение Лейза о буре, я покинула шатер.

Первое, что бросилось в глаза: слева, буквально в нескольких метрах от спящих верблюдов стояло энергетическое поле. Оно отталкивалось от песков и уходило в небо, защищая нас от бури. С другой стороны странники-мужчины расположились в одном большом шатре, и еще несколько маленьких шатров принадлежали проводникам. Неподалеку от временной стоянки горел костер.

Ревущий звук исходил от поля, песок бил о его стенки, выдавая душераздирающий рев. Возможно, странники уже не раз видели подобное явление и поэтому мирно спали, отдыхая от изнуряющего пути.

Я было уже собралась вернуться обратно к себе. Лейзу вряд ли понравится, что я ослушалась и покинула шатер. Но услышала на фоне привычного рева детский смеющийся голос:

– ЕсЧе, – коверкая слова, выдавал ребенок с явным акцентом, наверняка это был один из детей песчаников. – ЛеНь, – приглушенный смех разлетался по территории нашей стоянки, путаясь привлекающей вибрацией в моих тяжелых волосах, которые я не успела убрать под платок. – А теперь большая снежинка!

Подкравшись, словно воришка, к живительному пламени, сквозь дымку потрескивающего костра я рассмотрела облик рослого мужчины.

Лицо незнакомца было скрыто, а вот его сапфировый взгляд… о чем-то напоминал. Только вот о чем?

Мальчик сидел на каком-то огромном тюке. Одежда ребенка больше напоминала лохмотья, а его личико было сложно рассмотреть за черной сажей и уличной грязью.

– СнеЛина, – захлопал в ладони он, а я с открытым ртом застыла на месте от увиденного.

Мужчина возвёл руки к черно-алому небу, и с кончиков его пальцев сорвались снежные искры, собирающиеся в одну огромную снежинку.

Я такими любовалась в замке, когда в редкие минуты мне дозволено было выйти на улицу. Подставляла руки в темных варежках и ловила зимнюю красоту. С грустью подумала о том, что мой друг, белый филин, томится в клетке моей комнаты в замке, впрочем, как и его хозяйка. Только в отличие от филина, моя тюрьма постоянно меняет форму.

– Чего тебе?!

Снежинка рассыпалась звенящими искрами и легла каплями на остывший в ночи песок.

Вздрогнула от его резкого и требовательного голоса, не понимая, как реагировать: молча вернуться в шатер, скрыться от сапфирового взгляда или же остаться у костра, напроситься на общество этих двоих?

– Я… ничего такого не хотела, – залепетала на чужом наречии и даже сама испугалась.

Эта старая ведьма не только мою внешность изменила.

– Холодно, – улыбнулась под покрывалом и отняла руки от лица.

Мы находились в самом эпицентре жары – в дневное время, а ночью действительно температура резко понижалась и было довольно зябко. Яркий контраст на песчаном пространстве.

Незнакомец, приглядевшись, склонился в поклоне, приветствуя меня, словно какую-то знатную особу:

– Хатум, – прошептал мужчина, только уже иначе, без упрека, уважительнее.

Ничего не понимая, просто кивнула в ответ и посмотрела на ребенка. Малыш перестал смеяться и с любопытством поглядывал в мою сторону.

– Где твоя мама? – я спросила мальчика.

– Хатум, – попугаем повторил он и бухнулся с тюка на колени.

Кто бы мне еще объяснил, что происходит? Я ровным счетом ничего не понимала, а только подошла к ребенку и подняла его с колен.

– Не надо, – присела так, чтобы мальчуган смотрел мне в глаза.

В кармане нащупала мятный леденец. Прихватила его случайно вместе с носовым платком, когда перекладывала свои вещи. Надеялась, что он мог спасти меня, если бы стало дурно в пути. В паланкине как раз такой случай представился, только я совершенно не успела ничего сделать.

– Хочешь? – протянула на ладони поблескивающий в свете горящего костра леденец.

Ребенок активно затряс головкой и, быстро сцапав сласть с моей руки, отбежал на безопасное расстояние.

– Ты куда?

– Мужчинам любого возраста не допускается находиться рядом с чужой женой. Разве не вы, песчаники, составляли эти правила? – заинтересованно спросил тот, кто осмелился со мной заговорить и даже посмотреть в мою сторону.

Я мало что успела изучить о южанах. Честно говоря, меня не очень заботили их правила, так как я не собиралась жить в этих землях долго. Лейз обещал, что путешествие не займет для нас двоих много времени, тем более у нас довольно сжатые сроки, в которые была острая необходимость совершить брачный ритуал и зачать наследника.

Я вновь кивнула. Заявить о том, чего я не знала, чужаку было недопустимым.

– Мои предки давно покинули эти земли, – соврала, чтобы хоть как-то оправдать свое странное поведение.

Статус замужней женщины подтверждать тоже не стала, но и опровергнуть я не решилась. Вилдернол не удосужился придумать легенду для нашей пары, а я не стала его переспрашивать, потому что не планировала ни с кем особо общаться.

– Можно я погреюсь немного и затем уйду к себе?

Мужчина лишь прикрыл на мгновение веки в знак согласия и приобнял за плечо жующего леденец мальчугана.

– Пески принадлежат самому небу, никто не вправе ими владеть, – проговорил незнакомец и подбросил сухую ветку в костер.

– Вы здесь живете?

– Нет, путешествую. Я заранее ознакомился с традициями и запретами южного народа. Нельзя