Под Прицелом - Любовь Ладан

Глава 19. Вдова.

Skype

— Брат, это перебор! Это жесть даже для меня. После того как я «столкнул» тебя, она так кричала, что я думал лавина сойдёт.

— Да, я слышал. Выбора не было, все должно было быть правдоподобно.

— Потом девочка ничего и никого не видела вокруг, только слезы текли по щекам. Брат, она не в себе. Надо завязывать с этим. Если у нее поедет крыша, то будет поздно.

— Согласен. Она уже свою роль отыграла.

— В том то и дело, она не играла, она это прожила.

— Привези ее на заднем сидении моей машины в нашу автомойку, через полчаса.

***

Алиса была безвольной куклой. Ни мыслей, ни эмоций, ни чувств. Она сидела на заднем сидении внедорожника Ямача, откинув голову на подголовник. Глаза были открыты, но она не понимала, что она видит. Как монитор, который передает изображение на поврежденный системный блок компьютера.

Молчун припарковал машину внутри освещенного бокса автомойки, обернулся на Алису, покачал головой и вышел из машины. Через десять минут дверь со стороны заднего сидения машины отворилась, и рядом на сидение с Алисой приземлился Ямач. Он закрыл дверь машины и снял капюшон толстовки.

Ямач осторожно взял Алису за плечи и склонился над ней. Алиса стала часто моргать, словно хотела сфокусироваться на лице Ямача и никак не могла. Потом она подняла дрожащую руку к его лицу. Ямач схватил ее за запястье и положил ее ладонь себе на щеку. Когда взгляд Алисы стал осознанным, тогда Ямач притянул ее к себе за талию и поцеловал так, словно хотел забрать остатки небытия, в котором она пребывала. Чем дольше он ее целовал, тем больше ее тело напрягалось, и когда ее руки с сопротивлением уперлись в его плечи, он ее отпустил.

— Ты жив? — не веря в то, что она говорит, спросила Алиса.

— Конечно, детка. Ты разве не помнишь наш план? — улыбался Ямач.

— Наш план! Подонок, — Алиса залепила ему звонкую пощечину. После этого она резко отвернулась и попыталась выйти из машины. Он схватил ее со спины, зафиксировал руки и с силой прижал к себе. Он держал ее так пока, она не перестала вырываться.

— Как ты мог со мной так поступить? — Алиса тяжело дышала.

— Мы оба знаем, что ты плохая актриса. Ты не смогла бы сыграть горе.

— А сейчас, как? Игра на высоте?

— Более чем! Когда ты кричала в горах, я чуть со склона реально не сорвался. Детка, не было другого способа. Прости. Прости, — он сильнее прижал ее к себе.

— У меня была мысль прыгнуть за тобой! Если б не люди, что обступили меня, если б не ноги, которые уже не слушались, я б это сделала!

— Алиса, дурочка! Никогда не смей думать о таком! А то я тебя точно отшлепаю! Сам! — Ямач покрыл все ее лицо поцелуями.

Алиса без сил лежала в его объятиях. Слезы опять текли по щекам.

— Детка, перестань. Тебе надо собраться и дальше играть свою роль по плану. Помни, что на кону моя жизнь. Ты ж не хочешь, чтоб я действительно отправился на тот свет?

— Я ж плохая актриса! Я не справлюсь! — Алиса зло смотрела на Ямача.

— Первый акт у тебя был таким проникновенным, что все остальное можно и сфальшивить. Алиса надо, чтоб ты стала моими глазами и ушами. Прошу, помоги мне. Я сейчас уйду, а ты будешь с Молчуном. Завтра с утра отправишься в дом к дяде, и сообщишь о беременности. И дальше сможешь пока наслаждаться жизнью без меня.

— Пожалуйста, не уходи. Только не сегодня, Ямач, пожалуйста, — Алиса всхлипывала у него на груди.

— Детка, ты соткана из противоречий. Только что ты хотела выскочить из машины, чтоб удрать от меня, теперь я говорю что уйду, ты просишь остаться! Когда то ты просила у меня свободы, а когда я тебе ее дал, хоть и на время, ты собралась сигануть за мной с обрыва!

— Умоляю, не уходи, — Алиса обняла его за шею.

Ямач вздохнул. Впервые он готов был отступить от намеченного плана, да что там! Послать все к черту, ради нее! Обнимая ее одной рукой, другой он писал сообщение Молчуну: «Заберешь машину утром. Спокойной ночи тебе, брат!». Ямач разложил кресла в машине, чтоб удобнее устроиться на ночлег. Он лег на импровизированной постели и прижал Алису к себе. Алиса от тяжести пережитого быстро уснула и тихо сопела ему в грудь. Ямач смотрел в потолок машины и анализировал сегодняшний день. Алиса удивила его силой своих чувств. Он предполагал, что она будет горевать, в случае если его не станет. Но чтобы так! Он понял, что, наверное, никто так бы не переживал из-за его смерти, кроме матери, конечно. Ямач рассматривал ее лицо — бровки, губы, носик. Ее ресницы, пальцы дрожали во сне. Стресс давал о себе знать. Ямач впервые смотрел на нее не просто как на желанную женщину, он смотрел на нее как на самого близкого человека.

***

Skype

— Как дела? Все по плану?

— Не совсем.

— Что не так?

— Сердар-бей предложил сделать аборт.

— Что?!

— По-прежнему считаешь, что это для него весомый аргумент, чтоб меня не трогать?

— Я разберусь с этим. Не паникуй.

— Я не паникую. Просто пишу тебе, что ты заблуждаешься на счёт его отношения к тебе.

— Он не мог! Он мне как отец!

— Как скажешь, повелитель!

— Прекрати! Не беси меня!

— Ты сам велел тебя так называть!

— Алиса!

— Прости. Это я после разговора с Сердаром не могу перестроиться. Продолжаю общение в том же духе, что и с ним.

— Ты дерзила ему? Я же сказал как вести себя с ним. Может поэтому он и сказал об аборте?

— Нет, именно с этого он начал! А все что я говорила ему потом — это было моей реакцией на это.

— Ясно. Что Ятер-ханум? Гульсюм?

— Ятер-ханум в горе, плачет, не знает, как жить дальше. Гульсюм не выходит из комнаты. На похоронах ее тоже не было.

— Вильдан? Ахмет?

— Мне показалось, что не сильно расстроены, но делают вид, что горюют.

— Что на счёт компании?

— Энгину очень плохо. Я видела его на похоронах, на нем лица нет, и, как я поняла, он