Полюс моего притяжения - Арина Александер

- Клюет, Ярик, скорее сюда.

Он оказался рядом в ту же минуту, и наспех вручив букет желтых тюльпанов, принялся вытаскивать улов.

Я во все глаза смотрела на переливающего под лучами солнца огромного сома и вызжала от радости.

- Ну, Катюха, ай да умница. – горланил Ярослав под мой визг. – Какого красавца закадрила.

Я и сама не верила такой удаче. Мой первый в жизни улов. Оказывается, рыбалка – это тот ещё адреналин.

Длинноусый великан отправился в заранее подготовленную бочку. Глядя в его малюсенькие глазки, я испытала невероятный прилив жалости.

- Давай его выпустим, а? Я ведь не смогу его есть, – я умоляюще посмотрела на Ярослава.

- Твой улов. Что хочешь, то и делай. Но предупреждаю – свой я отпускать не собираюсь. Вечером запечем на углях. Договорились?

Я от радости повалила его на землю и принялась покрывать поцелуями довольное лицо.

- Тише-тише, испугаем всю рыбу. - Ярослав для виду состроил строгую мину, но уже через секунду качался вместе со мной по траве, позабыв о речных жителях напрочь.

Когда наши увеселения подошли к концу, я отошла подальше от места ловли и выпустила сома в куширь, прошептав:

- Если у тебя есть хоть капля мозгов – плыви отсюда подальше.

Ярослав был прав - поездка действительно стала лекарством. Я была благодарна за проявленную заботу и деликатность в отношении моего прошлого. Пускай некоторые моменты в нем действительно настораживали, но я с каждым разом убеждалась, что не такой уж он и скрытный человек. Предыдущие серьёзные отношения доказали, что даже  стопроцентная осведомленность о своем партнере ещё не залог всезнания.

Вечером мы ужинали самой вкусной в мире рыбой, запеченной в фольге на углях.

Костер отпугивал мелких мошек. Лягушки во всю выводили свои трели. Цветущие неподалеку яблони источали утонченный аромат.

Склонив голову на мужское плечо, я наслаждалась птичьими трелями и осознавала, что весна действительно может быть прекрасной, не смотря ни на что. Я не должна лишать её от своей любви лишь потому, что в это время года познала потерю.

Мы долго общались у горевшего костра. Говорило о многом и толком – ни о чем. Иногда обоюдно замолкали и прислушивались к ночным звукам.

Я была под низлагаемым впечатлением.

Даже ночью не могла уснуть, постоянно ворочаясь на своей половине. Ярослав безмятежно спал рядом.

Наблюдая за ним, я с тревогой осознала, что привыкаю к его присутствию. Что для меня важно знать его мысли, мнение, чувства. Я начинала видеть хрупкую тонкую нить между нами. Тронешь её – задрожит. Потянешь – порвется. Стоит ли её разрывать или оставить так, как есть?

Глава 10

В последнее время Ярославу никак не получалось остаться наедине. Вечно кто-то мешает: то Валерия выедает мозг предстоящей свадьбой, то отец – своим пристальным контролем, то вечные проблемы с перинатальным центром, с которым что-то не вязалось.

Было ощущение золотой клетки, с которой его выпустили ненадолго полетать, а теперь все принялись носиться с сачком, загоняя назад.

А свобода такое пьянящее чувство. К ней так быстро привыкаешь, что уже ни изысканный корм, ни хрустально чистая вода и комфорт не привлекали его внимание. И в то же время он понимал, что былая независимость была тем и прекрасна, что за его спиной находился материальный достаток. Ведь предложи ему сейчас обменять финансовое положение на свободу, вряд ли согласился. Стать обыкновенным среднестатистическим жителем, который перебивается от зарплаты к зарплате? Нет уж. Он бы не выдержал. Сдался бы при первой проблеме. Как не прискорбно было осознавать, но он был слишком тщеславен и продолжал верить, что деньги делают его таким, каким он есть, а не наоборот.

Появление в его жизни Кати, принесло некое подобие встряски. Он словно очнулся от долгого затяжного сна. Окружение уже не выглядело таким заманчивым, как было раньше и всё теряло свою привлекательность, стоило только расстаться с ней на пару дней.

Сейчас, глядя на их совместное фото в дачном доме две недели назад, он не мог поверить, что это происходило с ним. Так давно это было. Конечно, при каждой выпавшей возможности он приезжал к ней, но с каждым разом это удавалось всё сложнее и сложнее.

Последний раз они виделись три дня назад. Что за наваждение? Как избавиться от него и вернуться в прежнюю жизнь, за золотые решетки, за которыми ему не хватало места, но было куда привычней?

Ярослав окинул взглядом полуразрушенное здание и глубоко вздохнул. С ним тоже как-то застопорилось. То воодушевление, которое не покидало его на протяжении длительного времени, стало постепенно угасать. К чему стремиться, если и так всё катится к чертям собачим.

Сзади послышался шорох шин. Он даже не обернулся на этот звук, прекрасно зная, кто сейчас окажется рядом. Этого стоило ожидать. Даже здесь его нашли.

- Следишь? – обратился он к подошедшему отцу и опустил руку с телефоном в карман.

- Слежу. За тобой ведь не угнаться.

Эдуард Петрович посмотрел на сына и глубоко вздохнул. Предстоял непростой разговор. Улыбнулся. А когда они вообще нормально разговаривали? Наверное, ещё лет десять назад.   Было сложно найти с ним общий язык. Ярослав постоянно пытался отделиться, выйти из его опеки, жить самостоятельно. Думал, что отец желает плохого. Зряяя.

Чтобы не тянуть резину, он начал с самого главного вопроса, на который заведомо знал ответ:

- Ты помнишь, о чем я тебе просил три недели назад?

- Помню… - вздохнул Ярослав.

- Почему же продолжаешь с ней видится? Ты играешь с огнем. Если узнает Савельев, и тебе, и мне несдобровать. А он узнает, можешь даже не сомневаться. – отец ненадолго замолчал, давая сыну возможность подготовить должный ответ, а потом спросил прямо в лоб: - Тебе девушку не жаль?

Ярослав задумчиво смотрел перед собой, в итоге ничего не видя. Его мысли хаотично носились от одного варианта решения проблемы – к другому. Безрезультатно. Это был какой-то замкнутый круг, который расцепить просто невозможно. При каждой попытке кто-нибудь оставался в минусе. И больше всего он не хотел, чтобы пострадала Катя.

- Я не могу так просто взять и бросить, – сколько раз он пытался подвести разговор в нужное русло и всё никак. Не мог. Не хотел. Если честно, даже не старался.

- Признайся, ты влюбился? – отец замер, наблюдая за реакцией сына, пытаясь прочесть в