Подвиньтесь, босс! - Елена Золотарева

— Мне долго не открывала, пришлось…

— Дальше! — знаю я его методы. Но просто так Стас не злоупотребляет.

— Таблетки у нее тут под кроватью. Снотворное. И бутылка шампанского разбитая в раковине. «Кристалл». Ну дорогое, которое. Хотя перегара нет.

Впадаю в ступор. Из-за мужика страдает что ли? Не из-за меня, надеюсь? Когда накосячить-то успел? А может из-за Вани? И «Кристалл» этот…не думаю, что она позволила бы себе подобные траты. А Ваня мог? В принципе мог, но не заметил я, чтобы Лена относилась к нему по-особенному.

А может…еще кто-то есть?

Вспоминаю ее слезы, после того, как мы переспали. Не спроста это все. Может, со мной в отместку кому-то решила потрахаться?

— Блядь! — стучу по перилу ограды кулаком, — сюда ее вези.

— Собирается. В душ пошла. Но какая-то неадекватная она.

— Стас, если б к тебе амбал двухметровый ввалился в квартиру, посмотрел бы я на тебя.

— Ну так не открывала она, — обиженно мычит, — мало ли что.

— Ладно, не оправдывайся. Жду вас.

Палец зависает над кнопкой отбоя.

— И аккуратно там едь.

— Понял. И еще, босс…

Напрягаюсь.

— В статусе у нее «меня нет». Херня какая-то.

— Не видел.

Хотя заходил в мессенджеры каждые полчаса, проверял, была ли она.

— А вы этим не пользуетесь. Потому, наверное, не видели.

Выдыхаю. Она нашлась. Уже легче. А с остальным разберемся.

18

Лена

Снится, что я стою под отвесной скалой, чувствую холод от черной реки, несущейся мимо меня, и с неба начинают валиться камни. Огромные, серые, они летят один за другим, с грохотом сталкиваясь, раскалываясь на мелкие части, и исчезают в глубокой опасной воде.

Это не прекращается так долго, что даже во сне я понимаю, что происходящее нереально. Зато, когда все затихает, я умиротворенно выдыхаю, чтобы спокойно спать дальше.

— Лена…Ле-на!

Незнакомый мужской голос эхом отражается от каменных стен, и я снова возвращаюсь в то же самое место, только камни больше не сыпятся.

— Лена!

Распахиваю глаза, с трудом соображая, где реальность, а где сон, и вижу перед собой лицо Стаса. Водителя Давида.

Охренеть! Кажется, с таблетками перебрала.

— Лена, подъем! — командует он, нависая надо мной, и тянет одеяло.

Наверное, только благодаря успокоительным так тихо реагирую на мужика, проникшего в мою спальню.

— Руки убрал! — цепляюсь за край одеяла и тяну его обратно.

Тот отходит назад и выпрямляется во весь свой пугающий нормальных людей рост.

— Лена, босс ждет!

— Я уволена! — огрызаюсь, попутно соображая, КАКОГО ХРЕНА?

— Пять минут на сборы! — игнорирует меня и скрепляет руки в замок, стоя, широко расставив ноги.

— Я болею. Мне плохо.

— Скорую? — издевается он.

— Полицию! — издеваюсь в ответ, но его не впечатляет. — Выйди! — ноль эмоций, — я сказала, выйди из моей спальни. И квартиры! — повысить голос нет сил.

— А я сказал, приведи себя в порядок. Выезжаем через четыре минуты. Босс ждет.

Зверею на глазах. Да что он вообще возомнил о себе!

— Лена, босс доверил вам ответственное задание. Вы же не хотите подвести всю команду? — смягчается Стас, — все вас ждут с самого утра. Пожалуйста, давайте без скандалов. Я просто выполняю свою работу.

Поджимаю губы. Этот верзила нашел, на что давить. Ладно. Поеду. Не хочу подводить команду. Только вот и работать с Давидом больше не хочу. Найду себе замену и сразу же уеду.

— Я приму душ, — выдыхаю, сползая с кровати.

— Хорошо. Но поужинаете в дороге. Времени мало.

Поужинаю? Уже вечер? Совсем счет времени потеряла.

Беру телефон, иду в душ. Включаю. Разряжен. Пока на трясущихся ногах стою под теплыми струйками, телефон заряжается, на раковине.

Включается сам, как только батарея оживает. Сообщения сыпятся одно за другим. Вытираю руку и мельком просматриваю, глубоко в душе надеясь увидеть что-нибудь от Давида. Но он не писал. Вот как… Значит, я действительно нужна ему лишь для работы.

Пока едем, отказываюсь от еды. Кутаюсь в плед на заднем сидении, чувствуя, нарастающую боль. Лезу в сумочку и стараюсь незаметно для Стаса проглотить таблетки. Осталось по одной. Черт! Но уже завтра станет легче.

Дорога пролетает незаметно. Я в полубредовом состоянии даже не понимаю, куда мы едем. Ненадолго прихожу в себя, когда под колесами начинает шелестеть гравий.

Как оказываюсь в номере тоже помню смутно. Знаю, что Стас все время шел рядом, нес мою спортивную сумку с парой сменных спортивных костюмов.

Рассматривать, где я, нет сил. На этот момент мне достаточно видеть кровать и стакан воды, чтобы запить очередную горсть спасения.

Давид

Слежу за красной точкой на экране мобильного. Стас почти на месте, и минут через пять я взгляну в бесстыжие глаза своей незадачливой работницы. За что ее Ильич хвалил? За прогулы?

Очень удачно замечаю в стороне ото всех Катюшу и Олю, Лениных подружек. Кто-кто, а они должны знать, что с ней происходит.

Подхожу и в лоб задаю вопрос.

— Что с Леной? — девушки переглядываются, не решаясь отвечать, — она срывает проект! И надеюсь, осознает, как не права.

Тупо прикрываюсь работой, понимая, что не готов даже самому себе признаться, что бешусь отнюдь не поэтому поводу. Мне плевать на то, какой она сотрудник и за что там ее так нахваливал Ильич.

Катя решается первой, все-таки с ней я знаком ближе, благодаря ее отношениям с моим братом.

— Давид, у Лены есть проблема. Небольшая. Она слишком чувствительная, понимаешь? Может на пару дней выпасть из жизни, но потом возвращается и все окей.

Оля кивает. Я замираю. Чувствительная…точно из-за мужика.

— Да, в «Дримерс» на это не обращали внимание. Это никак не сказывалось на проектах.

— И как зовут эту «проблему»?

Подружки мнутся. Видно, что знают, но говорить не хотят.

Молча разворачиваюсь и ухожу в номер, чтобы дать себе время успокоиться, иначе просто придушу эту женщину. Что за херня вообще?

Пока добираюсь, приходится решить несколько текущих вопросов по работе. Говорю об одном, а у самого в мозгу счетчик шагов. Лена должна быть уже на месте.

Стучу в ее дверь громко, с порога желая обозначить свое настроение. Пусть делает со своей жизнью, что хочет, но проект она закончит. А то, что