Крокодильчик в перьях - Ива Лебедева

― Не знаю. Но то, что я предложил, — ваш единственный шанс. Сработает ли он — станет известно, когда придет время.

Василиск скрипнул зубами, но опустил меня обратно на кровать, внимательно посмотрел мне прямо в глаза и вопросительно двинул бровями.

― Сделаем, ― выдохнула я и откинулась на подушки. ― Это будет даже похоже на правду. Только вот…

Дейлен Албаази

― Я уже вообще перестал понимать, что происходит,― признался Тайгри, озабоченно шевеля ушами и усами магического облика. ― То не твоя невеста — но отбей. То потом твоя невеста — топчи быстрей. Теперь вообще готовы закрыть в поместье, лишь бы не встречались. Что происходит в мозгах старейшин?

― Ты меня спрашиваешь? ― Мрачно упав на кровать, я посмотрел в потолок. ― Подозреваю, это как-то связано с дятлом. Но уверенности нет.

― Да как эта курица может быть связана с дятлом?!

― Повторяю: ты меня спрашиваешь?

― Я тебя призываю подумать. Мозги в твоей петушиной голове есть или все в хвост улетели, которым ты своего цыпленка обкрутил?

― А по роже?

― А подумать?

― Тьфу… нет у меня мыслей на этот счет. Цензурных, во всяком случае. Еще раз разобрать те кусочки пазла, что мы имеем? ― Я тяжело вздохнул, снова раскладывая вокруг себя на кровати письма от главы. ― Итак. Яйцо в кладку крокодилов никто не подбрасывал. Старая динозавриха дала совету доступ к архивам и генетическим тестам. Адэрин — кровь от крови родного клана. То есть ничьим потерянным ребенком она быть не может. И даже нагулянным бастардом не может — она дочь своего отца. Это тоже установлено. Значит, всякие проклятые роды и королевские — отпадают. В чем тогда ее ценность?

― Может, в этой ее силе? Наличие которой ты так пытался доказать.

― Возможно. Управление толпой с помощью… Эм… ― Я не знал, как назвать этот феномен.

― Милоты? ― подсказал манул.

― Кошмарное определение. Звучит слишком глупо, чтобы быть правдой.

― И тем не менее оно работает. Что ты собираешься делать дальше? Тоже не знаешь?

― Как раз знаю. Теперь это моя женщина. Я не собираюсь никому ее отдавать. Ни дятлу, ни старейшинам.

― Да с какого перепуга?! ― в голос взвыл манул. ― Ты вчера еще плевался и орал, что никогда и ни за что!

― Не знаю. Это как… разрядом шибануло. Когда ее по голове камнем ударило. Когда я увидел потеки крови. Когда на долю секунды решил, что ее больше нет…

― М-да? ― нервно икнул Тайгри. ― А это точно не обычное детское «назло деду хвост отморожу»? Типа, пока пихали — на фиг не нужно. А как только отбирать начали — верните мое на место!

― Не знаю. ― Я уныло ткнул пальцем в письмо главы и смотрел, как его имя начинает корежить в холодном пламени.

Все письма мы с детства приучены помнить наизусть, а бумажный носитель уничтожать.

― Ясно, что ничего не ясно. ― Тайгри вынул из ящика стола мясную тянучку, откусил половину, а вторую сунул мне прямо в рот. ― Кстати, по поводу очередных странностей. Ты в курсе, что геккону тоже запрещено приближаться к девушке? Я всех подробностей не знаю, но слышал, что мелкого решили забрать домой. Якобы ему тяжело с программой. Он же младше, чем другие первогодки.

― Бред дождевого червя! ― Я забыл про письмо и про мясо во рту, поднял голову. ― Ему-то с какого прилетело, да еще и настолько позорно?! Убить на подготовку и досрочный экзамен почти год, чтобы за неделю в академии на тебе поставили крест? В каком-то смысле мне мальца даже жалко.

― Ну, теоретически, если курицу решили отдать кому-то третьему, геккон ожидаемо в пролете. Ты бы слышал, какой скандал закатил этот милый маленький ящер. В результате из академии его не забрали. Но тоже взяли слово, что к Адэрин ползучий хвост больше даже не приблизится.

― С одной стороны, хорошая новость. С другой — тревожная. И… ― Тут я полностью осмыслил его слова. ― Третьему? Кому? Карме?

― Да не, если б Карме, ее б не пробовали забрать. Пушистая тут и так под его покровительством. Ему как раз никто не запрещал курицу щупать.

― Тому, кто не учится в академии? Сильно старше?

― Вполне возможно… но тогда никто не стал бы слушать ваш цыплячий писк и никакие данные «честные цыплячьи» вам бы не помогли. Аду забрали бы уже сегодня и из лап в лапы передали клану жениха.

― Тоже верно… Может, этому третьему важно, чтобы невеста была с образованием?

― Я не знаю таких кланов в столице. Скорее наоборот.

― Угу. Значит, все упирается только в то, что у Адэрин не должно быть…

― Мужчины. Никакого. На это же, кстати, больше всего и давили, если присмотреться.

― И что все это значит? ― Что-то тревожное скреблось из подсознания, но на поверхность никак выбраться не могло. ― Она должна быть девственницей?

― Для жертвоприношения, ― ляпнул Тайгри и мы дружно вытаращились друг на друга.

― Нет, погоди, ― опомнился я первым. ― Какое еще жертвоприношение? Да тысячу лет как никто такими дикостями не занимается! Тем более на официальном уровне.

― Ну, у меня просто нет других мыслей, ― пожал плечами манул. ― И у тебя тоже!

― Слушай. Давно доказали, что девственница от недевственницы в плане крови вообще ничем не отличается. Разве что болячку какую не подцепила. Если бы даже кого-то там решили… нет, бред, ну бред же! ― Я встал и заметался по комнате.

Бред! Бред-бред-бред! Не может такого быть.

Кого я сейчас пытался убедить? Тайгри? Себя?

Умом понимал, что прав и никаких кровавых ритуалов в цивилизованных землях никто устраивать не будет. А сердце колотилось о ребра почти так же, как тогда, во дворе, при виде упавшей птички.

― Может, курочка знает больше нашего? Надо просто пойти и спросить.

― Как ты себе это представляешь? Такое ощущение, что нас пасет половина академии, включая преподавателей. Мы и тут-то с тремя глушилками сидим, как лазутчики во вражеском тылу.

― А по методу геккона?

― Я не умею ползать по стенам. У меня конфигурация организма другая. Превратить в отвесную стену что угодно —