Всплеск силы - Анна Валерьевна Минаева

На последнем вопросе в голубых глазах колдуна сверкнули смешинки, тем самым выдавая его с потрохами. Издевается!

— Домой хотела заглянуть, — отозвалась я, поворачиваясь в сторону дороги, ведущей к поместью Селинер. — И с тобой поговорить.

— А в Академии со мной поговорить, стало быть, ты не можешь? — усмехнулся чародей. — Ладно-ладно, не смотри на меня так. Мне поймать экипаж?

— Нет, тут недалеко. Заодно поговорим.

Саган согласно кивнул и услужливо подставил мне локоть. Взяв его под руку, я сделала первый шаг в сторону места, которое когда-то называла домом.

— И о чём ты хотела поговорить? — спустя несколько минут тишины заговорил мастер.

— В Палате Магии, — тихо начала я, смотря себе под ноги, — произошло нечто такое, что понять у меня не получается.

Сказав это, я запнулась, пытаясь подобрать слова, которые словно ветром сдуло. Саган молча шёл рядом, не торопил, рассматривал одну из главных улиц города Табрунг.

— Для того чтобы оценить силу и количество затрачиваемой энергии на заклинание, — выдохнув, я вновь заговорила, — были приглашены Хранители Магии. Я колдовала, используя стихию воздуха, но обмануть удалось только людей.

С каждым словом говорить становилось проще. А опустив тот факт, что я до безумия боюсь Хранителей, рассказ пошёл ещё шустрее. Чародей шёл рядом, время от времени задевая ногами подол моего тёмно-синего платья, и выглядел сосредоточенным.

— Один из них связался со мной по ментальному каналу и уверил, что никому не скажет о том, что я скрываю, — прикрыв глаза, я возродила в памяти услышанные слова. — Он назвал меня маленькой виктимой и уверил в том, что умолчит о моей хитрости потому, что вчера не смог предать меня забвению.

— И? — Саган расслабился, словно все то, что я только что рассказала, с ним происходило каждый день.

— Что «и»? Что это значило?

— «Виктима» с давно погибшего языка означает «жертва». Хранители Магии — существа без пола, возраста и силы. Они не знают, что было двадцать дней назад, а что двадцать лет. Все, что произошло в прошлом, для них случилось «вчера».

Я вздрогнула:

— Ты хочешь сказать, что тот Хранитель думает, что изъял мою искру вчера?

— Да, Шерил. Он так думает. Он видит тебя такой же, какой ты была двенадцать лет назад.

— Тринадцать, — тихо поправила я его.

— Что? — мужчина встрепенулся.

— Тринадцать лет назад. Сегодня мой день рождения.

— Прими мои поздравления.

— Спасибо, — я улыбнулась, замечая ту неловкость, которая появилась между нами после моих слов. — Собственно говоря, по этой причине я и хотела бы заглянуть туда, где провела практически всю свою жизнь. И пусть меня там никто не ждёт, зато я вновь смогу пройтись по тем местам.

Саган молчал, и я была ему за это благодарна. Не знаю, что хотела бы услышать на это откровение и хотела ли вообще. А чародей пристально смотрел куда-то вперёд. Я перехватила его взгляд и вздрогнула.

Прямо перед нами высилось бело-золотое здание — Храм Старшего Бога.

— У тебя страх перед бессмертными? — хохотнул колдун, замечая моё состояние.

— Нет, — я качнула головой и постаралась пройти храм как можно быстрее, — к богам у меня нет страха. Но это место не люблю. Тот жрец…

— Не продолжай, если тебе это доставляет неприятности, — одёрнул меня Саган и ускорил шаг.

К поместью рода Селинер мы добрались в полной тишине. Весеннее солнце заливало светом округу, а проснувшаяся природа радовала зеленью глаз. То и дело над головами пролетали стайки маленьких птичек, осыпая нас щебетом и писком.

— До вечера нам нужно быть в академии, — напомнил колдун, помогая подняться по ступеням.

Я лишь кивнула и открыла двери. Сердце бешено билось в груди, но, пересилив все страхи, я переступила через порог и вдохнула такой знакомый запах дома.

— Госпожа Шерил, — воскликнула выглянувшая в холл служанка. — Что же вы не предупредили о своём визите?

— Светлых путей, Дирика, — я улыбнулась, привыкая к обстановке.

Если брать в расчёт то, что я безумно боялась поддаться панике, как только переступлю порог поместья, то визит прошёл просто великолепно. Первой, после служанки, нас встретила Алира. И, наплевав на все правила приличия, повисла у меня на шее, взахлёб пытаясь рассказать все, что я пропустила. Я обнимала девушку в ответ и понимала, что, несмотря на все, мы смогли стать с ней семьёй.

Ваорлион спустился через несколько минут и лишь сухо со мной поздоровался. Алира прожгла его таким взглядом, что даже мне стало не по себе. Саган все это время стоял в стороне, сложив руки на груди. И лишь после того, как я его представила, повторил движение моего брата.

Дочь маркиза старалась изо всех сил показать семью Селинер с хорошей стороны, и я была ей за это безумно благодарна. У неё даже получалось, но ровно до того момента, пока в столовую не вплыла Нириит и не сморщила нос при виде меня.

Я тут же почувствовала, как напрягся Саган, сидевший от меня по левую руку, а потом так же резко расслабился.

— Неужели твоя тётушка не научила тебя предупреждать о визитах заранее? — бросила она, опускаясь на стул.

Сцепив зубы, я медленно положила вилку на стол и только после этого, выдохнув, заговорила:

— Если мне не изменяет память, то это и мой дом. Но если вам так хочется от меня избавиться, многоуважаемая матушка, то что же вы молчали все эти годы?

Алира замерла, так и не донеся вилку до рта. По её лицу было видно, что она все поняла, а может, даже и мысли прочитала. И хорошо, потому что скрывать правду от неё мне совершенно не хотелось. Саган и так знал о том, кто кем кому приходится, потому лишь молча сверлил взглядом стену над головой Ваорлиона. Только мой брат выглядел уж слишком спокойным.

— Убирайся вон!

Я прикрыла глаза, словно перенеся звонкую пощёчину, а затем хищно усмехнулась:

— Как скажите, матушка, — отодвинув стул, встала и поправила юбку платья. — Прошу прощения, мастер, что вы стали свидетелем семейной неурядицы.

Саган уже стоял рядом, а на его лице не было написано ни одной эмоции. Что меня сейчас безумно радовало.

— А теперь выдохни, сестра, и вернись на место, — проговорил Ваорлион, ставя локти на стол. — Я как глава рода Селинер прошу у тебя прощения за выходку моей матери.

Кажется, время замерло. Нириит медленно поворачивалась к сыну, на её лице было написано недоумение и удивление. Алира же позволила себе еле заметную хитрую улыбку, а Саган тихо хмыкнул.