Мой напарник - хакер - Галина Васильевна Герасимова

***

Если бы Адриан знал, что быть суперзлодеем настолько круто, он давно бы нашел повод на что разозлиться. Сила внутри него бурлила, а то, что раньше казалось нереальными каскадерскими трюками, он мог выполнить с закрытыми глазами. Сейчас он чувствовал, что действительно может быть полезным Ледибаг. Может стать тем напарником, который ей нужен – сильным и бесстрашным. Быть рядом с ней наравне.

– Ты ждал нашей встречи? – Ледибаг удивленно посмотрела на него, и Адриан кивнул, ловя каждую отразившуюся на её лице эмоцию. Удивление, непонимание, интерес… Он так боялся, что она его оттолкнет!

– Я хотел тебе помогать, – признался он, робко улыбнувшись. – И теперь я могу это делать! Я могу защищать Париж вместе с тобой!

«О чем ты говоришь?», – недовольно воскликнул Бражник у него в голове. – «Ты должен забрать ее камень чудес!»

– Я никому ничего не должен, – огрызнулся в ответ Агрест, не привыкший к тому, чтобы им командовали. Даже отец махнул рукой, когда понял, что сын скорее окончательно запрется в своей комнате, чем будет плясать под его дудку. – Прости, Ледибаг, это я не тебе, – он извинился, увидев, что девушка недоуменно нахмурилась на его слова. – Так на чем мы остановились?

В этот момент его тело пронзила резкая боль, и он едва не рухнул на колени, с трудом удержавшись на ногах. Скрутило так, что он не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть.

«Ты будешь делать то, что я говорю», – раздался в голове звенящий от злости голос. – «Лучше не сопротивляйся мне, глупый мальчишка!»

Адриан хотел возразить, но ощутил, что язык словно присох к небу. Тело перестало слушаться. Он и пальцем не мог пошевелить по своей воле, и от этого стало по-настоящему жутко.

– Эй, с тобой все в порядке? – Ледибаг вовсе не собиралась на него нападать, приблизившись к скорчившейся фигурке. Похоже, она действительно за него переживала. Тем обиднее было то, что собирался сделать Бражник.

– Волнуйся лучше за себя! – он резко дернулся наверх, нацелившись на её серьги, и только поразительная реакция спасла Ледибаг от внезапной атаки. Вся тревога слетела с её лица, сменившись сосредоточенностью, и Адриан понял – больше никаких разговоров. Мысленно он мог кричать сколько угодно о том, что не хотел нападать, но его тело больше не было ему подвластно. Без желания Бражника он пикнуть не мог, и двигался на автомате, как послушная марионетка.

– Отдай мне камень чудес, Ледибаг! – равнодушным тоном произнес он, и Адриану захотелось закрыть глаза, лишь бы не видеть разочарование на лице своей Леди. Рука по воле Бражника потянулась к шпаге, и блеснувшее в свете лампы острие указало на героиню Парижа. – Пока я прошу по-хорошему.

– Не мечтай, Ромео. Тебе со мной не справиться, – Ледибаг с ловкостью увернулась от его выпада и выскочила на улицу, справедливо решив, что пекарня – не лучшее место для сражений. Он погнался за ней и, услышав свист йо-йо рядом, рефлекторно уклонился. А затем снова атаковал, стремясь втянуть её в ближний бой.

«Ну, давай же, используй свой супершанс», – взмолился Адриан, чувствуя, что его владение шпагой стало неприятным сюрпризом для Леди. Она пыталась остановить его, не причиняя вреда, и из-за этого частенько упускала удачные моменты для атаки. Конечно, и Бражнику было не совсем удобно использовать чужое тело – Адриан, частенько подвисающий в шутерах, прекрасно знал, как сложно играть от первого лица. Но с каждым шагом злодей чувствовал себя всё увереннее.

Вдруг фонарь рядом с ним погас, а затем потух следующий. В домах напротив тоже отключился свет, перестал мигать светофор, и Адриан оглянулся, убедившись: улица погружалась во мрак, будто кто-то резко обесточил весь район. И это было проблемой – или спасением, смотря как посмотреть. Без очков Адриан видел неважно, а полумрак был худшей пыткой – тени сливались в одно целое, и разглядеть что-то становилось невозможно.

Владеющий его телом Бражник, тоже ничего не видящий в наступившей темноте, мог только наносить хаотичные удары по воздуху. Он слышал Ледибаг – её легкие шаги раздавались то тут, то там, и он не успевал за ней. Темнота не была для неё препятствием. В какой-то момент Адриан услышал резкий свист, и тут же йо-йо плотно оплел его тело, а Ледибаг показалась рядом. Когда она приблизилась, он понял причину её ловкости – на её лице были широкие очки-тепловизоры. Оставалось только позавидовать, супершанс давал ей отличные гаджеты, и Адриан мысленно добавил в список будущих приобретений прибор ночного видения. Если, конечно, Ледибаг согласится с ним работать после того, что он натворил.

– Маска, – он все-таки смог проговорить это одними губами, когда она рассматривала его, пытаясь понять, где спрятана акума. Услышав его слова, героиня Парижа замерла, а затем осторожно сняла с него маску, на секунду дольше, как показалось ему, задержав прикосновение тонких пальчиков. Хотя, он мог это выдумать – только от того, что Ледибаг была меньше чем в метре от него, у Адриана сердце готово было выпрыгнуть из груди.

Вылетевшую из маски акуму Ледибаг поймала в йо-йо, и Адриан наконец увидел, как происходит исцеление демона. Это было… волшебно? Тепло, которое окутало его, оказалось настолько приятным, что хотелось плакать от счастья. Все лучшие моменты его жизни вспомнились ему в тот миг – ласковые объятия мамы, отец, читающий на ночь сказку, игра в салочки с Хлоей и …Маринетт. Её хрупкое тело в его руках. Последнее настолько удивило его, что Адриан не понял, что всё закончилось. Только осознав, что чудесного теплого света больше нет, он зашарил рукой по асфальту, пытаясь найти очки – и вдруг увидел, как Ледибаг протягивает ему руку.

– Я тоже рада познакомиться с тобой, Адриан Агрест, – сказала она, и её короткое рукопожатие с лихвой окупило весь неудачный день.

Глава 5

– Ты спятила? – Алья едва не расплескала на себя кофе, когда выслушала рассказ Маринетт о прошедшем сражении. – Зачем ты назвала его по имени?

– А что такого? – брюнетка, уплетающая спагетти, недоуменно посмотрела на подругу. Она позвонила Алье после битвы, когда убедилась, что Адриан ушел, и поняла, что не может находиться дома одна. После эпатажного появления «Ромео» на её балконе, она невольно начала прислушиваться к всевозможным звукам, и спокойный сон превратился в