Любовь и Боль - Стеффи Ли

— Так! — трясет меня за плечи Лизи. — Своим наконец-то зарождающимся похабным мечтам о моем брате предашься после того, как мы все закончим и будем во всеоружии перед завтрашним спектаклем. Поняла?

— Да. — неуверенно киваю ей в ответ.

— Мои отрезвляющие пощечины всегда рады прийти на помощь. — вопросительно поднимает брови, демонстрируя мне свою ладонь. — Акция, две по цене одной.

— Спасибо, но воздержусь. — гримасничаю, делая шаг в сторону.

У нас небольшой перерыв. С самого утра мы только и делаем, что репетируем. Не представляю, как бы я смогла поддерживать дух труппы, если бы не Лизи, организовавшая еду и различные закуски с кофе и напитками для кофе-брейка.

Несмотря на мои протесты, она наняла специальных людей, занимающихся плакатами и декорациями. А еще подключила целую бригаду световиков, которыми оказались бородатые и татуированные ребята. Они появились неожиданно для всех, кроме наследницы Тру Голд. А сейчас как раз заносят какое-то оборудование на сцену.

— Лизи, скажи мне сколько своих денег ты потратила? — возмущаюсь я, тыкая пальцем в сторону бригады.

— Привет, Эл! — улыбается она одному из рабочих. — Вы просто супер! Спасибо, что так быстро все организовали!

— Элизабет! — к нам тут же подходит улыбающийся парень, одетый в черный джинсовый комбинезон. — Для тебя мои ребята всегда рады стараться. В любое время!

Она кокетливо смеется, а я замечаю проходящего рядом с нами Джорджа. Его губы плотно сжаты, лицо непроницаемо. Может, он с кем-то поругался?

— Друг, ты нам не поможешь? — окликает его Эл.

И обычно приветливый Шептон, холодно кидает:

— Конечно.

— Ричард! — обращается Эл уже к одному из своих работников. — Я нашел нам помощника. — и, улыбаясь, говорит Джорджу. — Иди с ним, ладно? Нам надо еще кое-что притащить из машины.

— Может, тогда и ты пойдешь с нами, раз вам не хватает рук? — задает вопрос капитан «Волков».

Эл немного теряется от тона его голоса, а затем смеется и кивает:

— Конечно! — и вместе с футболистом направляется к выходу.

— Не знаешь, что с Джорджем? — спрашиваю у подруги, когда парни отходят настолько далеко, что не могут нас услышать.

— Откуда мне знать?! Может у него жесткий пмс, а рядом никого нет, чтобы дать шоколадку. — едко отвечает Лизи, поправляя рукава своего светлого льняного пиджака.

— Так сколько денег ты потратила? — вспоминаю свой допрос.

— Нисколечко! — кажется, хмурость уходит с ее лица, и возвращается хитрая улыбка. — Честно! Ни единого заработанного мной цента. — вздыхает она. — Это все деньги любимого папы.

Глава 29

Райан

Пробы прошли великолепно. Результат мне пока не огласили, но Роя однозначно был хорошо ко мне расположен. Нам даже удалось немного пообщаться и перекинуться парой шуток.

Я волновался, словно мальчишка, а потом гнал машину, не желая опоздать на дебют моей русалочки.

И вот я, Райан Лив, замаскированный благодаря талантам сестры, сижу в зале студенческого театра и с кучей подростков жду начала долгожданного спектакля.

Свет гаснет, а следом загорается несколько прожекторов.

Элизабет призналась, что Хлоя не просто написала пьесу, но и прошлась по всем составляющим. Декорации, свет, музыка, костюмы.

Мне не требуется большого воображения, чтобы отчетливо представить картину культурно-наглого и пробивного участия своей сестры в реализации идеи ее подруги. Перед мысленным взором вырисовывается то, как эта изящная дамочка, сидя в костюме от Prada, берет со стола белоснежную чашечку с кофе. Отпивает маленький глоточек и ангельским голосом сообщает главе местного кружка о необходимости получше рассмотреть детали нового проекта.

Знает ли об этом Хлоя?

Я сильно в этом сомневаюсь.

Похоже, русалочка умело совместила несколько произведений классиков. На первый взгляд совершенно разные между собой истории составляют вполне удачное полотно сменяющих друг друга эпох, в каждой из которых, вновь и вновь встречается влюбленная пара, в исполнении моей сестры и, признаемся, не такого убогого, как мне бы хотелось, футболиста.

Виляя бедрами под звуки мелодичного французского рэпа, на сцену выходят ночные бабочки. Быстро прохожусь глазами по девушкам и застываю.

«Ты будешь удивлен. — вспоминаю довольное лицо сестры, облизывающей ложку с арахисовой пастой, когда она отвечала на мой вопрос, есть ли роль у самой Хлои.»

Теперь я точно знаю, что есть. Она в короткой красной юбке и дырявом черном топе, под которым виден яркий розовый лиф. Но главное — эти ее чулки. А то, как она двигается…

Вызов в глазах, кошачьи шаги.

В жизни — совершенно другой человек.

Какого, спрашивается, хрена я ее учил, если она уже так умеет??!!

И какого хрена у нее не получалось в доме??!!

Кровь отливает вниз. Надвигаю кепку пониже, сцепляю руки в замок и приземляю их себе на брюки.

«Райан Лив радует зрителей своей эрекцией во время просмотра студенческих постановок» — не тот заголовок газет, который мне бы хотелось видеть.

В мелодии появляются звуки барабанов. Девушки, нежно поглаживая друг друга, меняются местами, а с двух противоположных сторон сцены выходит несколько парней. Они заинтересованно свистят и выказывают бабочкам всяческий интерес.

«Настоящий талант приковывает взгляд зрителей, даже когда играет обыкновенную вешалку, — уверяла меня как-то Хелен.

Мы были с ней в тот день в Нью-Йорке. Смотрели постановку молодого режиссера. Она активно искала себе девочку. Новую актрису, которую можно было бы продвигать, увеличивая вес своего кошелька.

— И кто здесь талант? — тихо спросил я.

— Никто. — жестко отрезала она. — Пустая трата времени. Есть кто-то, от кого ты не можешь оторвать взгляда?

— Мне нравится кресло. — честно признался, — Давно ищу что-то подобное себе в квартиру.

— Значит, кресло сегодня лучшее. — искренне рассмеялась Хелен.»

*

А сейчас тот самый случай, когда я сижу и наблюдаю, затаив дыхание.

И, должно быть, порядком свихнулся, раз я завидую парнишке, перед которым она трясет задом, слегка дотрагиваясь до его паха бедрами.

Остальные девчонки тоже хороши, но смотреть хочется только на Хлою. От нее будто исходит шлейф желания и чего-то запретного.

Неужели я, уверенный в своей способности всегда отличить настоящую качественную актерскую игру, заворожен только из-за личной симпатии?

Она заходит за спину парню, и зрительный зал наблюдает, как руки девушек проходятся по груди довольных юношей. Затем бабочки их отталкивают и выходят на край сцены.

Бл***… она нагибается поправить свои чулки. Ты издеваешься надо мной? Слегка приподнимаю кепку. Увидишь меня? А, Хлоя Райт?

— Это Райт! Охереть! — произносит где-то сзади мужской голос.

— Я бы ее прямо сейчас трахнул, — хмыкает второй. — У меня стоит.

— Говорят, она не любит трахаться…

Это мы еще посмотрим.

Девушки начинают соблазнять зал и получают гул довольных