Наследница жрецов - Анастасия Миллюр

Я подперла голову ладонью, уперев локоть о колено.

— Ты довольно любопытный фрукт.

— Вот поэтому я и говорю, что нам нужно дружить, — подмигнул он, и я просто не смогла не рассмеяться.

— Продолжаем тренировку! — послышалась команда от преподавателя.

Мы поднялись. Настенные часы, которые висели под самым потолком пробили три часа. Джошуа поднял голову и посмотрел на них. На его лице возникло нечитаемое выражение, потом он перевел взгляд на меня.

— Прости, Бекс. Мне очень приятно было с тобой пообщаться, но мне нужно бежать.

— Что? У нас же занятие, куда ты…

Но пока я говорила, он привлек меня к себе, чмокнул в макушку и, отстранившись, направился к двери. Преподаватель даже бровью не повел.

Я же все еще приходила в себя от этого дружеского жеста. Да… наши отношения развивались как-то слишком стремительно. Я почувствовала на себе взгляд и обернулась.

Рейган смотрел то на дверь, то на меня, я надеялась прочитать в его взгляде полыхающую ярость, как тогда, когда я вышла из комнаты Аштона. Но там была пустота. Он еще мгновение задержал взор своих глаз на мне, а затем отвернулся к Николасу.

Чертов Рейган!

— Хитрюга. Ты хотела скрыть это от меня?

Я с удивлением посмотрела на готовящуюся ко сну Эвелин. Та в ответ кинула на меня хитрый взгляд.

— О чем ты?

— Джошуа. Кажется, у вас с ними большое, — она, подмигнув, сделала акцент на этом слове, — прошлое.

— Ты удивишься, — фыркнула я. — Но я его сегодня в первый раз увидела.

— Ты шутишь! — глаза девушки загорелись. — Вы выглядели так будто знаете друг друга лет сто, а то и больше.

Выражение ее лица стало совсем хитрющим.

— Кажется, один наш знакомый то и дело посматривал на вашу сладкую парочку.

— Глупости, — отмахнулась я и, откинув оделяло, залезла в кровать. — Ему все равно.

— Разумеется, — с готовностью согласилась Эв и задумчиво посмотрела в пространство. — Возможно именно поэтому весь остаток дня он проходил смурной, как туча. И наверное, совершенно случайно каждый раз, когда кто-то рядом с ним говорит о Джошуа, у него начинает дергаться глаз…

Девушка пожала плечом и кивнула.

— Ведь действительно, всякое бывает.

Я рассмеялась.

— Что? Ты выдумываешь! У Рейгана не дергается глаз!

Эвелин изобразила на лице изумление и ахнула для полноты образа.

— Что?! Так мы все это время говорили о Рейгане! Какой кошмар!

Я покачала головой.

— А если серьезно? — она пересекла комнату и, забравшись на мою кровать, уселась поверх одеяла. Ее взгляд стал задумчивым. — Кто он?

— Джошуа? — уточнила я. — Не имею ни малейшего понятия, но его манера общения сводит меня с ума… К слову… Он знал мое имя. Я не представлялась ему.

— Ты довольно популярная фигура.

Я фыркнула.

— Да, так и вижу. К нему подходит некая леди и говорит: «Добрый день, мы рады видеть вас в нашей академии. К слову, тут неподалеку ходит Ребекка, о вы можете легко ее узнать по бордовым перчаткам. Она у нас не от мира сего, не водитесь с ней. Не показать ли вам беседку?».

Девушка усмехнулась.

— Знаешь ли, учитывая интеллект наших девушек, вполне возможно, что именно так оно и было.

— Не знаю, — я покачала головой. — Это странно. Он вел себя со мной странно.

— Ну, одно можно сказать точно. Если раньше ты не нравилась только фанаткам Рейгана, то теперь тебя ненавидит вся академия! — торжественно заявила Эв.

Я приподняла брови.

— Вот уж новость так новость! И что теперь? Мне ждать грязных носков, просунутых под нашу дверь и записки с угрозами? И, пожалуй, мне стоит избегать темных переулков, да?

— Насчет носков я не уверена, все же это и моя комната тоже, и это тебя спасет.

Эвелин улыбнулась и посмотрела на свои руки.

— Тебе он понравился?

— Кто? — удивилась девушка.

— Джошуа.

— Я похожа на человека, которому он может понравится? — фыркнула она. — Да и вообще, у меня уже есть жених.

— Жених?! — переспросила я и даже подалась вперед. — И ты молчала! Кто это?

Она отмахнулась.

— Николас.

— Николас? — энтузиазм в моем голосе заметно поубавился.

— Ага, — кивнула она. — Наши родители решили обручить нас «на всякий случай». Это странно, потому что сами-то они заключили браки по любви.

— И зачем же тогда?

— Они посчитали, что в наше время сложно найти достойную партию, и будет неплохо, если на крайний случай мы с Ником будем друг у друга.

— Я видела и твою мать, и его. Мне они не показались похожими на женщин, которые насильно потянут своих детей в петлю брака.

Эв усмехнулась.

— Не спрашивай меня. Я сотню раз билась головой об стену, пытаясь понять их логику. Ее очевидно просто нет. Наверняка, матушка с тетей Лисой напились и по пьяни решили состряпать такой гениальный план.

— Никогда бы не подумала, — я откинулась на подушки. — Так что насчет Джошуа? Ты так красиво ушла от темы.

— Кажется мы в оппозиции, — рассмеялась она. — Так что нет.

— В смысле?

Эвелин закатила глаза.

— Неужели ты не поняла? Джошуа бросил вызов Рейгану, который мокрого места от меня не оставит, если узнает, что я в тайне болею не за него.

— Да уж… — мрачно протянула я. — Демократия… Скорее ее руины. Но если серьезно, кажется, Рейган старается прислушиваться к вашим желаниям? Разве нет? Не думаю, что он был бы против твоего общения с Джошуа.

Девушка покачала головой.

— Ты просто общаешься с нами еще слишком мало. Дело ведь не просто в нашей тусовке в школе. Мы — будущий совет. Мы — один клан. Я не могу просто взять и сказать Рейгану идти лесом, а сама упорхнуть к понравившемуся мне парню.

— Но ничего критичного же не произойдет! — воскликнула я. — Господи, Эв. Джошуа — такой же студент, как и мы. Он — не всемирное зло. Просто человек. Даже я не настолько подозрительная.

Эвелин фыркнула.

— Мне не нравится, что наш разговор проходит в таких серьезных тонах. Закругляемся. Пора спать.

Я смотрела как она отходила к своей кровати и не могла перестать думать о том, что, если клан для всех был так важен, почему же мама ушла и более того, не сказала мне о нем ни слова. Почему она предпочла врать о моих способностях, а не все толком объяснить?

Кажется, пока это так и останется загадкой.

Глава 11

Я провела рукой по лицу и тяжело вздохнула.

— Прости за откровенность, Ребекка, но ты выглядишь ужасно, — мягко произнесла Софи, положа руку мне