Наследница жрецов - Анастасия Миллюр

Я резко повернула голову и метнула в Рейгана взгляд полный презрения.

— Забудьте все, что я вам сказала, лорд Пентлог. Вы — ужасный человек.

Он нахмурился.

— Сесилия, поговорим позже. Ребекка, подожди, ты…

— Достаточно, — оборвала я его. — Можете продолжать разговор, леди Сесилии незачем уходить, потому что ухожу я.

Сдерживаясь из последних сил, я рванула к выходу и еще долго бежала, пока не добралась до своей комнаты. Эвелин все еще спала, и я, чувствуя невероятное одиночество и ощущая себя совершенно раздавленной, забралась к ней в кровать.

— Ребекка? — сонно пробормотала Эв, и когда я громко всхлипнула, она подскочила, как ошпаренная. — Что случилось?!

Я помотала головой и уткнулась в подушку, чувствуя себя полной дурой. А ведь я едва ли не призналась ему в любви. Тело сотрясло от новых рыданий. И на что я надеялась? Почему я полагала, что в этот раз все будет не так?

Дверь в нашу комнату затряслась под градом ударов.

— Ребекка? Нам нужно поговорить.

Эвелин вытаращилась на дверь.

— Это Рейган? — пораженным шепотом спросила она.

— Я не хочу его видеть, пусть он уйдет, — выдавила я и сжалась в комочек. Почувствовала легкое прикосновение к плечу, а затем ощутила, как Эвелин поднимается. Скрипнула и закрылась дверь. Похоже девушка вышла из комнаты. Раздались приглушенные голоса, послышался глухой удар в стену, затем все смолкло.

— Все хорошо, Бекка, он ушел.

Я шмыгнула носом и разревелась сильнее.

— У меня одной такой ощущение, что, если ее тронуть, будет взрыв? — тихонько спросила Софи у Эвелин.

Я посмотрела на них исподлобья, Эвелин активно закивала.

— Вот, ты только пришла, а я с этой бомбой замедленного действия с ночи маюсь!

Фыркнула, и продолжила переписывать конспекты, с такой силой надавливая на перо, что едва-едва не прорезала бумагу. Я старалась сосредоточиться на записях, всячески гоня от себя мысли о Рейгане, свадьбе и темнопоклонниках. Последним, возможно, стоило уделить более пристальное внимание, возможно, мне следовало рассказать девочкам. Но тогда, они расскажут Рейгану, и тот придет ко мне с допросами… Не думаю, что я готова его видеть. Да, это неразумно. Да, я веду себя как инфантильная дурочка. Но мне больно. И пока мое бедное глупое сердце не обрастет хотя бы тонкой кожицей, которая сможет хоть сколько-нибудь меня защитить, я предпочту не видеться с «королем».

— Вы вполне вольны идти и заниматься своими делами, — буркнула я. — Не нужно стоять у меня над душой и ждать, что я вот-вот рассыплюсь.

— Мы так совсем не думаем! — тут же проговорила Эвелин.

— Совсем не думаем! — также быстро подхватила Софи.

Я снова на них посмотрела, приподняв бровь. Они сделали вид, что увлеченно рассматривают потолок. Вздохнула.

— Хорошо, что вы предлагаете?

Они переглянулись. На лице Эвелин возникла радостная улыбка, она бросилась к своему столу и загремела там какими-то баночками. Видимо, на моем челе отразился испуг, потому что Софи ободряюще мне улыбнулась.

— Нашла! — Эв издала победный клич. С нездорово блестящими глазами девушка обернулась к нам, сжимая в руке большую бутылку с булькающей внутри нее жидкостью бурого цвета.

Я сглотнула.

— Я так понимаю, ты решила прекратить мои страдания, просто убив меня?

— Но-но! Я ведь и обидится могу. Это лучший самогон в королевстве. Рецепт еще моей прабабушки!

Натянуто улыбнулась.

— А вы уже это пили?

Софи кивнула.

— Было один раз.

Ну, один раз они и случайно могли не умереть… Как говорится, раз в год и палка стреляет.

— Что-то меня перспектива глотнуть сего снадобья не прельщает, — осторожно проговорила я, и Эвелин тут же зацокала.

— Не принимаю возражений. Этот самогон — лучшее лекарство от разбитого сердца. По крайне мере, хуже тебе не станет.

Мне никогда не нравилось это выражение. Потому что обычно, как раз-таки после таких слов все становилось не просто плохо, а из рук вон ужасно. Но я решила довериться своей подруге. Вздохнув, я вызвала горничную и попросила принести нам три бокала, а Эв приказала нести фрукты на закуску.

— Фрукты? — уточнила я и с опаской посмотрела на булькающую бутыль.

— Вот увидишь, все будет хорошо! — заверила меня Эвелин. Нам принесли стаканы, и мы выпили.

Глава 12

Пьянка шла полным ходом.

Самогона осталось на самом донышке.

— Чего вы совсем не пьете? — недовольно воскликнула Эвелин и разлила нам в кружки оставшееся пойло. Софи осоловело моргала, и по большей части молчала. На нее алкоголь подействовал, как снотворное. Эв бросила на нее недовольный взгляд и пошатываясь направилась к своему столу.

— Ты куда? — спросила я заплетающимся языком, двигая телом под звучавшую в моей голове музыку.

— Надо вас разбудить! — произнесла девушка и икнула. — Нам предстоит серьезная миссия, и мы не можем отправиться на нее в таком состоянии.

— Что еще за миссия? — спросила Софи, глядя в одну точку, и моргнула.

— Поиск новых ухажеров! Мне мой Николас уже надоел, у тебя все не клеится с Аштоном, а Бекка разочаровалась в нашем Регги.

— Регги? — переспросила я.

— Ага, — закивала Эв и полезла за чем-то под стол. — Мы раньше так его звали. А потом он стал большим и грозным, и язык как-то сам собой не поворачивался его так назвать. И вообще, он так зыркал… Аж жуть.

Я попробовала представить маленького Рейгана, и тут же надавала себе мысленных подзатыльников. Мы не думаем сегодня об этом неприятном человеке. Не думаем. Ну да, конечно, то-то я вспомнила первую встречу и спор о демократии…

Встряхнула головой и нахмурилась. Не думаем!

— Вот она родненькая! Не зря я ее несколько ночей настаивала! Пригодилась-таки.

Я посмотрела, как шатающая конструкция под именем Эв тиколяет назад до нашего своеобразного лагеря и нахмурилась.

— А разве тебе не запрещено использовать свой дар на светлочтивцах?

Мысль была неожиданно трезвой для моего пьяного состояния.

— Я не знаю, как это работает, но такие безобидные и даже полезные штучки, как вот это, — она потрясла флакончиком, который сжимала в руках, — не считаются нарушением заповеди.

После она протянула его Софи и велела выпить. Та преобразилась на глазах. Словно у нее открылся второй источник энергии.

— Другое дело! — довольно протянула Эв и пошла к моему столу. — Сейчас каждая напишет на двух листочках по имени, мы раскрутим бутылку и решим, кого будем целовать сегодня.

Софи радостно захлопала в ладоши, я икнула.

— Целовать?! — переспросила я. — Вот еще! Не дай боже кому-нибудь в голову залезу, то-то