Рог белого медведя - Олла Дез

— Карл? Тебя то же касается — добавила Лотти.

Карл закатил глаза, но послушно молча встал с кресла, куда успел сесть после того как разделся. А парень не похож на сына бургомистра вот совсем. Да и одежда у него хоть и добротная, но тоже не сильно дорогая. Он выдвинулся в комнату, где располагалась вторая ванная комната. А! Ну точно. Это же его дом. Он знает хорошо, что тут и где.

Девочки соскочили с дивана и побежали за Карлом. А Чаплин лениво встал и поплелся следом.

Мы проводили всю эту честную компанию в ванну, а я направился в спальню. Асти спала, почти в той же позе что я ее и оставил. Думал разбудить, но потом решил, что пока не стоит. Тихонько достал из шкафа свой халат и повесил его на спинку кресла. А потом направился на выход.

Вернувшись в гостиную, взглянул на Талека.

— Я как в отчете про детей прочел, так сразу понял, что ты крупно попал, Бьорн.

— Нужно оборудовать детскую в столичном особняке. Пошли депешу Ребекке. Пусть купит все самое необходимое на первое время. Астрид приедет, потом сама отдаст распоряжения.

— Понял, сделаю. А что с Ребеккой?

— Понятия не имею. Если сумеет подружиться с Асти и девочками, то пусть остается жить в особняке. Не получится, переедет к тебе.

— Ко мне? Да ты с ума сошел! Нет. Мы так не договаривались! — зашипел друг.

— Ладно. Тогда к твоей маме.

— Гуна Адела тебя за это по головке не погладит.

— Слушай…. — договорить я не успел.

Из ванны вышла все та же процессия. Только вот на этот раз Чаплин шел первым.

Стали рассаживаться ужинать и тут я понял, что ел всегда не правильно. Оказывается, строжайше запрещено есть сладкое, пока не съешь кашу или суп. И мне стыдно этого не знать, ведь я уже такой большой. Талек фыркал весь ужин. Девочки чувствовали себя очень раскованно. Все были рядом. И собака, и Карл, и мама спала за дверью. Их мир сложился, и они не унывали, наоборот ждали перемен и радовались им. Карл молчал весь ужин, но глаза больше не закатывал.

— Нужно почитать книжку перед сном — сказала Анника после того как Лотти выдала что она больше не может есть, потому что лопнет как мыльный пузырь, которые они любят надувать в ванной с мамой.

— Книжку? — и я воззрился на Талека.

Тот пожал плечами. Книжки у него не было. И что? И как теперь? И тут дверь отворилась, и я услышал голос жены:

— Девочки?

Астрид

Было очень странно просыпаться не от громкого крика «Мама». Я потянулась, и высунула нос из под теплого одеяла. Колокол, который набатом гремел у меня в голове, больше не давал о себе знать, и это было просто замечательно. Только вот явно что-то было не так. Не холодно. Это еще почему? Я от испуга открыла глаза и поняла, что я не дома.

Воспоминания навалились снежным комом, и я лежала несколько минут, пытаясь их осмыслить. Но потом одна мысль настойчиво пробилась через все остальные. Девочки! Древний медведь! И я поспешно вскочила с кровати, обнаружив, что из одежды на мне только бельё. Да…! Я поспешно огляделась. Платья не было. Зато прямо на спинке кресла лежал просто огромный пушистый мужской халат. Я быстро всунула в него руки и обнаружила, что он не только прикрывает меня всю, но еще и по полу волочиться. А руки вообще утонули в рукавах так — что я сама их с трудом отыскала. Подхватив полы халата, я ринулась к двери и, открыв ее, застыла.

В гостиной царила самая идеалистическая картина. Девочки сидели на диване и что-то оживленно рассказывали Бьорну и Талеку. Рядом в кресле сидел Карл, как всегда невозмутимый. Ну и Чаплин развалился посреди комнаты, завершая идиллию. Меня даже не сразу заметили и я позвала.

— Девочки!

— Мам! — завопили они, радостно улыбаясь.

Фух. Они в порядке, а с остальным разберусь.

— Милая, ты зачем встала. Да еще босиком! — я даже и понять не успела, как рядом со мной оказался Бьорн.

Меня подхватили на руки и перенесли в кресло. Вид у меня был явно очень удивленный, потому что Лотти махнув ручкой сказала:

— Мам, не обращай внимание. Папа сильный. Ему нравится на ручках всех катать.

Я аж поперхнулась от этого «всех». Но потом посмотрела на довольные мордашки девчонок и поняла, что это они себя имеют ввиду.

— Мам, а мы папу нашли! Ты представляешь? Сами!

— Сами?

— Цветочек, тебе нужно поесть — сказал Бьорн, подавая мне тарелку наполненную всем и сразу.

Девочки прыснули было, но потом взглянули на отца и Анника серьезно так сказала:

— Мам. Мы уроки сделали, обедали, а потом папу нашли.

— Можно с этого места поподробнее?

А дальше на меня посыпалось. И как они варили кашу с каким-то дядей Эгилем.

— Ой, мам. Он был такой недовольный. Все время говорил, что у нас ранца нет…

— Да не ранца, а этого как его….

— Померанец?

— Да! — хором.

— Мам, а еще у нас шарпея нет или шарфа?

— Шалфея?

— Нет, мам. Другой.

— Шафран?

— Да. Вот его у нас тоже нет. Представляешь?

— Представляю. Он очень дорогой, а главное, зачем он нам? И не используют шафран для каши. Что вы готовили?

— Не знаю. Было похоже на кашу — пожала плечиками Лотти.

— Мам, он вообще странный какой-то.

— Талек? А за каким…. Мне личный повар? — вдруг спросил Бьорн.

— Модно? — ответил тот.

— Уволь его. Ну, или переведи куда? Зачем он с нами таскается? В который раз задаюсь этим вопросом.

— Я разберусь.

— Мама! А вот потом!

И на меня в красках посыпался рассказ, как они сами ходили к праздничной ели, как загадывали желание и как нашли папу. Я слушала и не понимала. Откуда? Я никогда же не упоминала Бьорна. Ничего про него не рассказывала. Глянула на Карла. Тот пожал плечами и бросил:

— Эффраим.

— Понятно — кивнула я Карлу.

— Мам, да мы уже поняли — сказала Лотти.

— Что? — испуганно спросила я.

Древний медведь! Что эти разумницы еще поняли?

— У папы были эти… обстоятельства.

— Да, мам. Как у дедушки. Обстоятельства — ты про них рассказывала.

— «Непреодолимой силы» — вот! — довольно выдала Анника.

— А теперь он их преодолел. Ну, мы ещё, правда, помогли. Да? — и на меня посмотрели с надеждой.

Я перевела взгляд на Бьорна. Бывший муж внимательно слушал и пристально смотрел на меня. Ох.

— Да. Все так и было. У папы