Драконья Кровь - Маргарита Зайцева

— Она потеряет всю силу, — ответила Риза.

А я слушал, слушал и не понимал:

— Что за красный цветок?

— Кровь, — ответила уже Роса. — Раз в месяц у каждой женщины идёт кровь. Разве вы не знали?

Кровь! Так вот, что это был за запах. Такой знакомый и такой необычный. Словно труп прошелся поблизости, да потерся обо все углы. Такой терпкий и в тоже время горьковатый запах, от которого захотелось вонзить клыки в зеленоватую жилку на женской шейке, хозяйка которой так удобно сидела на моих коленях.

Я уже было потянул девушку к себе, заставив ее прогнуться в пояснице, обнажил клыки, как во дворе раздался громкий женский визг… а потом все стихло…

— Несса! — в столовую вбежал частично обнаженный офицер светлой стражи лорд де Дранг. По его внешнему виду можно было смело сказать — ночь он провел жаркую.

— Что вы здесь делаете? — затуманенный взгляд офицера начал трезветь, и он уже серьезно повторил: — Что вы здесь забыли?

— Не твое дело, ушастый, — сказал, как отрезал офицер де Рандар.

Женский визг вновь огласил округу. И теперь уже никто не желал нарушить повисшую над головами тишину, в которой снова раздался громкий голос госпожи Дарг.

— Гончие! — только и смог сказать, когда осознал, что девушка вышла на улицу, где…

— Вы притащили адских псов в Северянский лес?! — гнев озарился на лице мага.

— Разлом! — офицеры одновременно поднялись, уронив стулья.

И мы все вшестером кинулись в сад, где надеялись застать девушку ещё живой. Вот только в нашей помощи никто не нуждался. Госпожа Дарг лежала на земле и руками прикрывала свое лицо от пытающихся облизнуть ее псов.

— Что вы так переполошились? — раздалось спокойное.

— Мы… Вы… Что вы здесь делаете? — запинаясь, озвучил общий вопрос.

Гончие никогда ни к кому подобным образом не относились. Единственной их забавой была игра «убеги и умри». Своих жертв они разрывали, как пуховую подушку. Но чтоб кого-то облизывать…

— Завтракаю в приятной компании, — передернула плечами девушка и протянула руку к сидевшему возле её ног адскому псу, вместо глаз у которого полыхал огонь.

— Госпожа Дарг, спокойно, только без паники, — стал медленно подходить к девушке.

Пёс, сидевший возле ведьмы, напрягся, чёрная шерсть поднялась дыбом, из носа вырвался пар, а из горла послышался зловещий рык.

— Аган, сидеть!

Пес не послушал. Он начал медленно обходить девушку, направляясь в мою сторону. Другие псы последовали его примеру и тоже приняли боевое обличие.

— Гром, Заг, Гор, место! — Кайсери принялся успокаивать гончих.

— Так тебя Аган, зовут, — слабая улыбка коснулась белых губ госпожи Нессы. — Хороший мальчик, — девушка погладила пса между ушами. — С красивым именем, — она принялась чесать его за ушком, и пёс медленно осел на сухую землю, радостно виляя длинным пушистым хвостом.

— Несса, — офицер светлой стражи шумно сглотнул. — Ты знаешь, что они за существа?

— Они не что, а кто, Ланс! — совсем серьёзно заметила ведьма.

— Ты только посмотри какие они милые и послушные, — прекратив рычать, ещё десять псов Разлома подошло к девушке. Они все словно с ума по сходили, виляли хвостами, ластились к девушке и рычали, стоило только нам сделать шаг в её сторону.

— Вы такое хоть раз видели?

— Точно ведьма! — подтвердил свои подозрения Измир.

— Ваше счастье, офицер де Рандар, что колдовать я не могу, — решила напомнить об угрозе госпожа Дарг.

— Ры-ы, — зато вместо её заклятий в адрес тёмного полетел предупреждающий рык.

— Вы мои мальчики. Такие хорошие. Верные. Честные. Самые лучшие! Ну как вас можно не любить, а? — и девушка поцеловала Агана в черный сухой нос.

Глядя на происходящее во дворе Школы чародейства, я не мог поверить в то, что эти озлобленные на весть мир, жестокие и беспринципные псы могли быть добрыми и проявлять чувства. Рядом с этой девушкой они превращались в ручных щенков, что и близко не стояло с их истинной природой.

— Василена, пойдёшь с нами, — всё ещё играя с гончими, госпожа Дарг поставила сестру перед фактом. И было что-то угрожающее в ее тоне, словно отказа девушка не ждала.

— Что? Зачем?!

— Я без магии, Василена! А ты эти леса знаешь лучше, сестер, — голос, не терпящий возражений. — Ещё вопросы будут?

— Нет, сестра, — покорно согласила девушка. — Кого ищем.

— Селиуса, — и столько боли, столько горечи прозвучало в ее голосе, что сразу стало понятно — этого чародея девушка знала очень хорошо. — Найдём его, найдём и остальных девятерых.

С каждой минутой эта женщина удивляла меня всё больше. Сколько она уже знала? Сколько ей предстоит ещё узнать и скрыть от нас? Какую цель преследовала простая подавальщица «Кровавого ногтя»?

— Госпожа Дарг, вы останетесь здесь! Приказ офицера де Горна, — решил напомнить девушке и офицерам.

— Пусть ваш офицер де Горн подавится своими приказами, — сказал, как выплюнул офицер де Дранг.

— Что ты там вякнул, ушастый? — Измир уже готов был оторвать уши офицеру светлой стражи.

— Что слышал, верзила, — отмахнулся от него тот. — Несса не страж и подчинятся приказам какого-то тёмного не имеет права.

— Какого-то? — теперь вспылил Энест.

— Тем более, — лорд де Дранг замер и обернулся к нам, — Он ей кто? Отец, Разлом ему пухом? Брат? Муж? Господа, стражи, ваш лорд даже не любовник госпоже Дарг, а значит она имеет полное права делать всё, что захочет, — после чего развернулся и направился к девушке, оставляя нас обдумывать полученную информацию.

А собственно, к чему это было?

— Василена, ты идешь? — Ланс повернулся к стоявшей за нашими спинами девушке, которая и шагу боялась сделать.

— Идём, не будем ждать этих остолопов, — маг подхватил госпожу Дарг, помогая ей встать, и придерживая за талию повел к воротам, по пути создавая себе рубашку.

Глава 20

Альваро де Дракасес

Выходной. Наконец-то можно было весь день провести с семьёй. Не надо было никуда идти, рано вставать. Лежишь сколько тебе вздумается в тёплой кроватке, обнимаешь ещё сонную жену и совершенно не думаешь о том, что твоя сестра с вечера не объявлялась дома…

— Лилияна, — резко открыл глаза и посмотрел на крепко спящую жену. Её густые черные ресницы мирно подрагивали, щеки розовели, а на губах играла добрая улыбка, видно снилось ей в этот момент что-то хорошее, от созерцания чего уж больно не хотелось отрывать супругу, но другого выхода не было.

— Лилияна, — уткнулся носом ей в шею.

Любимая не любила, когда я так делал. Такой жест проявления чувств был для неё неприличным и интимно личным, а потому она каждый раз начинала смущаться, что мне очень в ней нравилось.

Лилияна была