Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии - Мария Павловна Лунёва

Выпятив губы, я беззвучно произнесла: «Ну, пожалуйста...»

Темная бровь на лице жесткосердечного амбала приподнялась.

— А что я ему сказать должен? — шепнул одногруппник, будто Дункан нас не слышит. — Что у нас там свидание было?

— Плохая мысль, студент! — рявкнул громогласно профессор Рамирье. — За такое я тебя вот прямо здесь рядом с этой тварью паучьей и прикопаю. Это для тебя худший вариант.

Я окончательно скисла. Вот чуяла моя... В общем, душа шептала — весело в ближайшие часы мне ну совсем не будет.

— Хорошо хоть наказание розгами отменили еще сто лет назад, — обреченно пробубнила. — Все же, Дункан, твои предки были гуманными драконами.

— Спасибо, что напомнила, прелесть моя! Как отменили, так и назад введу. Принял же закон об истинных парах. Так что мне помешает и розги в веселую студенческую жизнь вернуть? Для особо неусидчивых. Тебя что в это подземелье потащило? Что вы здесь оба делали? Корский? Отвечай четко и по делу.

— Не знаю я, профессор, — мой весьма ненадежный сообщник, наконец, приподнялся на локтях и сел. — Она совсем без головы. Заявилась ко мне в комнату и шантажом приволокла сюда.

— Шантаж! — во взгляде Дункана мелькнуло уважение. — И чем грозила?

— Сначала отцом, — Корский сложил руки на груди, — а потом, как давай меня учить за женщиной ухаживать. У меня за дверями уже дама в одних панталонах, а эта — подари цветочки, да на эклерах не экономь. Тут любой озвереет и поплетется куда сказали.

Хм... Уважения в глазах Дункана поприбавилось. Склонив голову набок, он слегка призадумался. Растер ладонью подбородок и покосился на дверь, ведущую в подсобки бытовиков.

Оттуда было высунулся скромный такой паучок, размером со сторожевую собаку, но узрев нашу дружную компанию, запищал, поднял переднюю пару ножек и, развернувшись, дал деру, посчитав, что подземелье все же безопаснее будет.

— А неплохие там умертвия водятся. Добротные, — протянул профессор Рамирье. — Завтра приведу сюда на экскурсию третий курс. А пока прикроем это дело.

Вскинув руку, он щелчком пальцев создал черный вихревой смерч, который, сорвавшись с места, задрал подол моего платья практически до колен, а после исчез в зияющем темном проходе. Хлопнула дверь, ведущая в подземелье.

— А теперь вы двое встали на ноги и в мой кабинет. Буду выяснять, что вы там забыли и что видели.

— А можно мне сразу назначить часы отработки и отпустить, а? — теперь уже Корский смотрел на нашего куратора с пробивающим на жалость лицом.

— Поздно, студент! — Дункан не купился. — Мне нужен будет кто-то, чтобы следить за моей неуемной невестой. А ты, я смотрю, прекрасно с проблемами справляешься.

— А, ну раз за невестой, то ладно. Главное, подальше от Лакруа.

— Так она и есть невеста, студент, — как-то зловредно усмехнулся Дункан.

— Что? — опешил Корский.

— Я не говорила «да», — возмутилась я.

— Бель — моя невеста, — это он ответил Корскому. — И ты говорила мне «да»! Более того, сама предложила пожениться без всяких отборов, — а это уже прилетело мне.

Надувшись, я еще немного повалялась на земле и, сообразив, что никто не спешит подать мне руку, кряхтя, встала на четвереньки. И тут же испустила дух... то есть тяжко выдохнула. Мой бедный бок пылал огнем. От шока и страха я даже не заметила этого.

— Бель? — Дункан соизволил присесть.

— Тебе очень невеста нужна? — прокряхтела, судорожно вспоминая, когда в последний раз бегала и бегала ли вообще.

— Это вопрос с подвохом? — он сурово всмотрелся в мое лицо, о чем-то размышляя.

— Нет, — выдохнула и поморщилась. — Просто если я сейчас разогнусь, то никакой свадьбы точно не будет. И как бы не столь кардинальным способом я собиралась ее избежать. Не на тот свет отправляться же.

— Больно? — наконец догадался он.

— Леди не бегают, — выдавила из себя. — Их все как-то больше на руках носят.

— Ну не я это предложил, — он прямо просиял, склонился еще ниже и подхватил меня за плечи и под колени. Я и пискнуть не успела, как оказалась на его руках.

— А с виду ты легче кажешься, — выдал он, подкинув, проверяя вес.

Я икнула повторно и, испугавшись, обняла его за шею.

Крепко как только могла.

Тишина вокруг давила. Над деревьями висела полная луна, намекая, что все приличные студенты давно уже спят.

— Оказывается, путь к твоему сердцу, Бель, лежит через подземелье и сожжение тупой простенькой нежити. Все оказалось так просто.

— Можно подумать, ты тот путь искал! Весь день со своей жердиной клювоносой таскался, — выпалила уязвлено и, прижимаясь к его широкой груди, специально язык прикусила, чтобы не лез вперед здравых мыслей.

— Клювоносая? — Дункан вскинул голову и глубоко так задумался. — А Жоржета! Мы в свое время называли ее Жердьжета. Некрасиво, но чего уж. Она была самая высокая в группе и жуткая заучка. Собственно, это оказалось полезным, через нее я и выяснил про подземелье. Но, видимо, твои осведомители получше моих.

Я фыркнула. Вот врал же! Врал!

Развернувшись, Дункан кивнул притихшему Корскому, приказывая следовать за ним.

— А может все же отработка? — простонал одногруппник.

— Конечно, и она тоже, — профессор потер бы ладони от радости, да руки заняты мной. — Все семьдесят два часа будешь работать на меня. Лицо у тебя знакомое, студент. Корский говоришь?

Мой бедолага обреченно кивнул.

— Самый старший в группе, — продолжил Дункан, спокойно таща меня на себе в профессорскую берлогу. — На три года старше Бель. А-а-а... Как любопытно.

Лицо наследного принца сделалось ну совсем счастливым.

— Да, Корский, работать тебе на меня не покладая рук!

Мой несчастный амбал и вовсе скис. Казалось, его книжным стеллажом со всеми талмудами сверху приложило.

— Нет, все-таки сегодня вечер удался! — провозгласил профессор, прижимая меня теснее. — И лезть в подземелье не пришлось, вы там за меня всю грязь подчистили и, чувствую, пока улепётывали — все закутки посетили. И дама сердца пала, наконец, к моим ногам! Да так растелилась на земле, что встать не смогла. И на руках сидит, обнимает почти как мужа родного. И тобой, Корский, я обзавелся, будешь у меня за